Плохой день в Блэк Роке - Михаэл Ниалл

— Угощайся, Тим! — бросил коротко Смит, не отрывая глаз от кроссворда.

Хорн быстро наполнил половину своего стакана и сразу же сделал из него три глотка. Он нашел виски отменным, чувствуя как приятная жидкость скользнула в его желудок, согревая по пути сердце. Выразив свое удовольствие глубоким вздохом, который даже заставил колыхнуться страницы журнала в руке Рино Смита, он снова потянулся к бутылке, но потом немного заколебался.

— Валяй, Тим, не стесняйся! — вновь бросил Смит.

Тим Хорн вновь наполнил свой стакан: на его лице застыла смущенная улыбка. Потом он сел и стал неловко передвигать ногами, почти сбрасывая сапоги. Благодаря виски он чувствовал себя гораздо лучше.

В эту минуту в холл вошли Макреди и доктор Вели. Маленький ветеринар ответил гневным взглядом на смущенное приветствие Хорна. «Впрочем, мне все равно на него наплевать…» — подумал шериф и снова сделал глоток виски из стакана.

Джое Макреди направился к конторке, спросив у служащего:

— Никаких посланий для меня?

— Ничего, — коротко ответил Пете.

— Никакой телеграммы?

— Нет, ничего.

Отворилась дверь в глубине холла, откуда с независимым видом вошел Гектор Дэвид. Он щелчком сдвинул назад свою шляпу, чтобы открыть вспотевший лоб, и прислонился к стене.

— Если вас это еще интересует, — заявил он Смиту, — то я считаю, что Коли выкарабкается.

Рино Смит сделал жест, что он слышал, но промолчал. Лишь Вели по-своему прореагировал на это:

— Я очень сожалею, если это так.

Гектор Дэвид ухмыльнулся и жестом головы показал на Макреди:

— Ваш друг действовал немного слишком уж сильно, док.

— Да, — решительно возразил Вели, — когда на него нападают, он активно защищается.

Макреди сделал вид, что не слышит этого разговора. Он, правда, поздравил себя с присутствием здесь шерифа. Хорн был всего лишь жалкой личностью. Рино Смит делал с ним все, что хотел, но он не смог бы перейти в эти минуты к открытой агрессии. Когда Смит решится на новое нападение, — лично ли сам или же с помощью своего приспешника Дэвида, — это произойдет, безусловно, только тогда, когда не будет свидетелей.

На ступеньках входа раздался шум шагов, дверь со скрипом распахнулась, пропустив Гастинга. Он резко остановился, обеспокоенный присутствием Макреди. Начальник вокзала держал в руке желтый бланк телеграммы.

— А, это, должно быть, для меня! — воскликнул Макреди.

Сделав головой отрицательный жест, Гастинг проскользнул стороной, почти наступая на вытянутые ноги Хорна, и поспешно протянул телеграмму Смиту.

— Одну минуту, — твердо проговорил Макреди. — Я уверен, что это для меня! — он медленно приблизился к Смиту, чтобы дать тому возможность прочитать текст, а сам пристально вглядывался в невозмутимое лицо владельца ранчо Трипл Бар. Тот протянул ему телеграмму, сопровождая этот жест насмешливой улыбкой.

Макреди было достаточно одного взгляда на бланк, чтобы узнать собственный почерк и текст. Под его строгим взглядом начальник вокзала топтался с ноги на ногу, не зная куда себя деть. Он то краснел, то бледнел, потом стал нервно покусывать свою собственную губу.

— Где ответ? — строго спросил Макреди.

— Вы ожидаете ответ на телеграмму, — заметил бесстрастно Рино Смит, — которая никуда не была послана?

Странная улыбка появилась на лице Макреди. Его пристальный взгляд медленно переходил со Смита на Гастинга, потом вновь вернулся к Рино Смиту. При этом его улыбка стала еще шире.

— Что же вы видите здесь забавного? — не выдержав напускного безразличия, спросил Смит.

— Одна интересная мысль, мистер Смит. Видите ли, вы оба совершили определенное преступление. И как раз под носом у шерифа.

— Преступление? — раздался возглас Тима Хорна, который сразу же вскочил на ноги, опрокинув недопитый стакан виски.

— Эта телеграмма написана моей рукой, шериф! — Макреди протянул ее Тиму Хорну. — Это мой почерк, я оплатил ее полностью. Как вы сами только что видели, Гастинг передал ее Смиту, передал чужую телеграмму, не отправив ее по назначению.

— Боже мой! — воскликнул Вели. В его голосе чувствовалась еле сдерживаемая радость. — Знаете ли, Гастинг, это ведь серьезно! Речь идет о нарушении федеральных законов!

— Итак, шериф! — настаивал Макреди.

Все взгляды устремились на Тима Хорна, вчитывавшегося в текст телеграммы. Одна фраза в ней заставила его с трудом проглотить комок слюны. Он прочитал весь текст трижды, и был поражен тем, как о нем отзывались. «Макреди обратился в полицию штата, потому что не мог рассчитывать на него, городского шерифа Тима Хорна…»

— Итак, шериф! — вновь повторил Макреди, не отрывая настойчивого взгляда от лица Хорна.

Тим Хорн с трудом выпрямился. Его мозг уже был немного одурманен выпивкой, но он хорошо знал свои обязанности, имея богатый опыт. «Наконец-то меня попросили действовать!» — мелькнула у него мысль. Но ему было трудно произнести полузабытые нужные слова… Слова обвинения и осуждения, которые из покровителя сделают Рино Смита его серьезным врагом…

— Ну же, Тим, сделай что-нибудь! — торопил его Вели.

Шериф слышал его настойчивые призывы. Но он все же выпрямил плечи и облизал свои вмиг высохшие губы, вспотев от внутреннего страха. К тому же он был наполовину пьян. И все же он решился:

— Я считаю, мистер Смит, этот человек прав… — пробормотал он, старательно выговаривая слова. — Я вынужден буду задержать…

Гектор Дэвид подошел к Рино Смиту и встал рядом с ним. Огромный, молчаливый, угрожающий… Он зло сказал Хорну:

— Не строй из себя дурака, Тим!

Не давая себя сбить, шериф продолжил:

— Гастинг нарушил закон, обнародовав содержимое теле…

— Тим, — перебил его Рино Смит на полуслове, — сейчас ты делаешь ошибку!

Вмешательство Смита на несколько секунд остановило Хорна. Он подумал немного, потом покачал головой:

— Может быть, — тихо ответил он. — Но я ведь шериф!

— Вот к этому-то я и хотел подойти, — сказал Смит. — Ты больше не шериф. Ты потерял работу, старик!

Протянув руку, Рино Смит оторвал звезду шерифа от лацкана пиджака Хорна и прицепил ее к карману рубашки Гектора Дэвида. Все это Рино Смит проделал очень быстро, с полной уверенностью, которую ощущает только могущественный человек.

Тим Хорн сощурил глаза, слишком удивленный, чтобы протестовать. Некоторое время он стоял молча.

— Вы не смеете этого делать! — гневно воскликнул Вели.

— В самом деле? Не смею? — стал открыто насмехаться над ним Рино Смит. — Это я его когда-то назначил, а сегодня отобрал у него звание шерифа. Гектор, теперь ты — шериф! Значит, тебе играть!

Нечленораздельное ворчание вырвалось из горла Хорна, а его рука потянулась к оружию. Но выпивка, видимо, помешала ему сделать это достаточно быстро. Когда пальцы Хорна сомкнулись на рукоятке револьвера, Гектор Дэвид уже наставил на него свой пистолет, резко проговорив:

— Послушай, Тим! Не строй из себя дурака!

Тим Хорн весь покачивался, будто кто-то расталкивал его.

— Я стал слишком стар и медлителен…

Он сел, согнул плечи и опустил подбородок на грудь… В его руке по-прежнему виднелся бланк телеграммы.

— Итак, — медленно проговорил Гектор Дэвид, поворачиваясь к Макреди, — вы желаете подать жалобу? — Не дожидаясь ответа, он забрал телеграмму из руки Хорна, предварительно возвратив пистолет в свою кобуру. Потом демонстративно разорвал телеграмму Макреди на мелкие кусочки.

Макреди молча смотрел, как маленькие желтые клочки бланка медленно падали на пол.

— Чтобы подать официальную жалобу, у вас должны быть веские вещественные доказательства, — продолжил Дэвид. — Есть ли они у вас, мистер?

— Добавятся! — твердо ответил Джое Макреди, смотря прямо в глаза Рино Смиту.

— Не советую строить иллюзии, — ответил Смит, нахмурив брови.

Он встал, подошел к старому шерифу, снял с него кобуру с пистолетом и веско сказал:

— Будет лучше, если я заберу это, Тим. Ведь ты можешь ненароком себя поранить.

Потом он вышел из холла вместе с Гектором Дэвидом и Гастингом, покорно следовавшим за Смитом: только один из них двигался выпятив мощную грудь, а второй еле волочил ноги.

Джое Макреди мрачно смотрел им вслед. «Этот раунд выиграл Рино Смит… — подумал он. — Но с каждым новым раундом он вынужден раскрываться все больше и больше. Он унизил Тима Хорна с той грубостью, которая выдает в нем гангстера, а не подходит внешности богатого владельца ранчо».

Когда Макреди повернулся, его взгляд остановился на Пете Вирте. Служащий отеля смотрел на развенчанного шерифа Хорна с явным неодобрением, даже презрением. Его выражение сразу же сменилось, как только взгляд Пете встретился с Макреди. Поведение Пете заинтриговало гостя. Ведь он знал о его роли здесь, в отеле. Это была, по существу, сторожевая собака Рино Смита, контролировавшая телефон на своем посту. «Почему же, черт возьми, Пете с таким презрением и недовольством оценил неудачу, постигшую только что Тима Хорна?»