Речные заводи. Том 2 - Ши Найань

называлось «Юйхучунь» – «Весна в яшмовом кувшине», – этим вином славился Цзянчжоу. Вынув глиняную пробку, Ли Куй сказал слуге:

– Ты принеси большие чашки. Из маленьких и пить не стоит.

– Какая же ты деревенщина, дорогой мой! – воскликнул Дай Цзун. – Ты бы уж лучше молчал! Пей вино и молчи.

Но Сун Цзян приказал слуге:

– Нам двоим ты подай маленькие чашечки, а этому почтенному брату – большую.

Слуга послушно выполнил его распоряжение, принес Ли Кую большую чашку и, расставив перед гостями закуски, налил им вина.

– Сразу видно, уважаемый брат Сун, что вы настоящий человек, – сказал, смеясь, Ли Куй. – Правильно о вас люди говорят. Вы мигом поняли, каков я! Большая честь побрататься с таким человеком, как вы.

Время шло, и слуга уже несколько раз подливал гостям вина. Глядя на своих приятелей, Сун Цзян радовался. Когда выпили еще по нескольку чашечек, ему вдруг пришло в голову, что не плохо было бы поесть рыбного супа с острой приправой.

– Можно здесь достать хорошей свежей рыбы? – спросил он Дай Цзуна.

– Разве вы не видите, уважаемый друг мой, что на реке полно рыбацких лодок? – отвечал тот. – В этих местах ловят рыбу и разводят рис. Где еще водиться свежей рыбе, как не здесь?

– А ведь после вина лучше всего поесть немного рыбного супу, – сказал Сун Цзян.

Дай Цзун подозвал слугу и приказал ему приготовить на троих рыбного супу, хорошо сдобрив его красным перцем. Суп быстро приготовили. Когда его подали на стол, Сун Цзян сказал:

– Как суп ни хорош, а посуда еще лучше. Ресторанчик небольшой, а посуда у них, по совести сказать, замечательная.

Он взял палочки и пригласил Дай Цзуна и Ли Куя есть рыбу. Сун Цзян поел немного и отхлебнул несколько глотков супу. А что касается Ли Куя, то он не счел нужным пользоваться палочками и, вылавливая куски из чашки прямо пальцами, жевал рыбу вместе с костями.

Глядя на него, Сун Цзян не мог сдержать улыбки. Он сделал еще несколько глотков и отложил палочки в сторону.

– Дорогой брат! Вам, наверно, не нравится эта рыба, потому что она соленая, – заметил Дай Цзун.

– Да, по-моему, эта рыба не совсем подходит к выпивке, – отвечал Сун Цзян. – Я люблю суп из свежей рыбы, а эта не очень хороша.

– И я тоже не могу ее есть, – согласился Дай Цзун. – Соленая и невкусная.

Ли Куй тем временем покончил со своей чашкой и сказал:

– Если вы, уважаемые братья, не хотите рыбы, так я съем ее за вас. – С этими словами он протянул руку и выловил рыбу сначала в чашке Сун Цзяна, а потом и Дай Цзуна и все съел. Сделал он это так неосторожно, что залил супом весь стол.

Наблюдая, как Ли Куй поглощает суп и рыбу вместе с костями, Сун Цзян подозвал слугу и сказал:

– Этот почтенный человек, очевидно, проголодался. Вы нарежьте цзиня два мяса и подайте ему. А потом мы за все расплатимся с вами.

– Я должен предупредить вас, – сказал на это слуга, – что у нас есть только баранина, – говядины мы не держим. Зато жирной баранины сколько угодно.

Услышав это, Ли Куй швырнул слуге в лицо остатки супа и залил его с головы до ног.

– Что же это ты опять вытворяешь? – закричал Дай Цзун.

– Да как же можно терпеть бесцеремонность этого негодяя? – возмущенно воскликнул Ли Куй. – Уж не думает ли он, что я ем только говядину и откажусь от баранины?

– Я жду ваших приказаний и ничего особенного не сказал, – заметил слуга.

– Хорошо, иди и нарежь мяса, – сказал Сун Цзян. – А потом мы расплатимся за все.

Сдерживая гнев, слуга пошел, нарезал два цзиня баранины и подал ее на стол на блюде. При виде мяса Ли Куй, не ожидая приглашения, принялся уплетать его полными пригоршнями. В один миг все два цзиня мяса были уничтожены.

– Вот это молодец! Вот это настоящий мужчина! – воскликнул Сун Цзян.

Обращаясь к нему, Ли Куй сказал:

– Ну, уважаемый брат Сун Цзян, вы хорошо угадываете мои желания. Конечно, мясо куда сытнее рыбы!

Дай Цзун подозвал слугу и сказал:

– Суп ты нам подал в очень хорошей посуде, но рыба была соленая и нам не понравилась. Если у вас есть свежая рыба, так приготовь другой суп для этого почтенного господина.

– Не хочу обманывать вас, господин начальник, – сказал слуга, – эта рыба действительно была вчерашнего улова. А свежая все еще находится в лодках. Рыбаки не осмеливаются продавать ее, пока не придет инспектор. Поэтому у нас нет свежей рыбы.

Услышав это, Ли Куй вскочил и сказал:

– Я сам пойду и достану две живых рыбы, чтобы угостить моего уважаемого брата!

– Нет, ты не пойдешь, – возразил Дай Цзун. – Мы попросим достать рыбу слугу.

– Я сам пойду, – настаивал Ли Куй. – Рыбаки не посмеют мне отказать. – С этими словами он исчез, и Дай Цзун не успел его задержать.

– Не сердитесь на меня, уважаемый брат, что я привел этого человека и познакомил его с вами, – сказал Дай Цзун, обращаясь к Сун Цзяну. – От его бесцеремонности и грубости можно сгореть со стыда.

– Такова его натура, – промолвил Сун Цзян. – Ведь его уже не переделаешь. Но что мне очень нравится в нем, так это его прямота и честность.

Так беседуя, они продолжали сидеть в «Павильоне Лютня».

Однако вернемся к Ли Кую. Подойдя к берегу, он увидел около сотни рыбацких лодок, привязанных в ряд к ивам, которые росли у самой воды. Многие рыбаки в лодках спали, другие, сидя на носу, вязали сети, а некоторые – купались.

Была середина пятого месяца; красный диск солнца уже склонялся к западу, а инспектор все не показывался. Подойдя к одной лодке, Ли Куй окликнул:

– Эй вы, там! Уступите-ка мне парочку живых рыб!

– Да вот никак не можем дождаться инспектора, а без него мы не смеем начинать торговлю, – отвечали из лодки.– Посмотри, сколько на берегу торговцев. Все ждут.

– Какого там еще черта ждать инспектора! – заорал Ли Куй. – Две-три рыбы можете отпустить мне и без него!

– Мы еще не совершали обряда возжигания, – сказал один из рыбаков. – Как же мы можем открыть наши лодки и начать торговлю?

Ли Куй понял, что рыбаки не хотят продавать ему рыбы, и тут же прыгнул в одну из лодок. Конечно, никто не мог остановить его.

Надо сказать, что Ли Куй не знал устройства рыбацких лодок и потому решил, что следует вытащить бамбуковый заслон на корме. Рыбаки с берега увидели это и подняли