Под покровом лжи - Джеймс Лучено

— Видимо, нечем, капитан, — утешил его Бойни.

Коул вместе с креслом отвернулся от обзорных экранов и уставился на Реллу, сидевшую на месте пилота.

— Сколько еще осталось до выхода на прыжок?

Она ожгла его злобным взглядом.

— Навигационный компьютер не хочет нас слушать.

Коул обернулся к Бойни.

— Вразуми эту штуковину!

Родианец, пошатываясь, пересек рубку и хлопнул ладонями по кожуху компьютера.

— Это поможет, — с облегчением заметила Релла.

Корабль снова тряхнуло.

— Мощность на кормовые дефлекторы, — приказал Коул.

— Я этим займусь, капитан, — отозвался Бойни, который уже прихромал обратно к своему месту и теперь пристегивался.

— Знаешь, Коул, — проговорила Релла, не отрываясь от компьютера, — а ведь по лезвию ходить не всем дано.

Тот неестественно расхохотался.

— И это мне говорит та, что сроду по широкой дорожке ходить брезговала?

— Я изменилась, — парировала Релла. — И у меня нынче другие представления о том, что смешно, а что — не очень.

— Тогда лучше засунь эти нынешние представления куда-нибудь поглубже, пока мы не выберемся.

Ужаленная в хвост «Нетопырка» опять содрогнулась и завалилась набок.

— Где координаты прыжка?! — взревел Коул и добавил еще кое-что вдохновляющее.

— Сейчас будут, — спокойно заверила его привычная к таким сотрясаниям воздуха Релла. — Пора сматываться из этого сектора, Коул. Все наши схоронки под присмотром.

— Ну так и куда ты предлагаешь отправиться? — не без яду поинтересовался Коул.

— Да хоть к хатту под хвост. Но здесь нас определенно не любят.

Коул скорчил мину.

— Только не говори мне, что стала бы работать с этими дутыми червяками.

— А разве я упоминала о работе? — очень натурально удивилась Релла.

— А как же насчет «уйти с шиком»? — напомнил капитан.

— В данный конкретный момент я хочу просто уйти, тихо и мирно.

Коул покачал головой.

— Я это себе не так представлял. И кроме того, меня бесит, когда меня пытаются прогнать с моих охотничьих угодий.

— Даже когда ты определенно превратился из хищника в жертву?

Коул внимательно посмотрел на нее.

— Ты ведь серьезно, да? Ты думаешь о том, чтобы меня бросить.

Она закусила губу и кивнула.

— Если ты не одумаешься, Коул. Мы уже стары для всего этого. Я хочу, чтобы исполнилось хоть что-то из того, что мы обещали друг другу. Пока не стало слишком поздно.

Он честно подумал, потом рассмеялся.

— Ты не уйдешь. Ты же сама знаешь, что будешь слишком скучать по мне, и рано или поздно примешься меня разыскивать и все равно ко мне придешь. Сама.

Релла насупилась.

— Ты забыл, что я теперь другая, Коул.

Коул весело покосился на Бойни.

— Эй, я прав или нет? Насчет того, что она сама станет меня искать?

Родианец быстренько втянул голову в плечи.

— Не путайте меня в ваши разборки! Вот команды я хорошо исполняю, а в ваши дела — не впутывайте!

Коул снова повернулся к Релле и покачал головой.

— Наша первая ссора.

— Нет, Коул. Последняя, — она потянулась к рычагу сектора газа. — Уходим в прыжок.

«Нетопырка», по-прежнему зажатая в «вилке», рванулась вперед. Звезды за ее иллюминаторами растянулись в сплошные линии, и канонерка исчезла из поля зрения преследователей.

Глава 17

В приемном зале офиса верховного канцлера в здании Галактического сената Валорум накинул на плечи парадную мантию и придирчиво оглядел свое отражение в обрамленном искусной резьбой зеркале. Его правая рука почти зажила и покоилась в мягкой повязке, задрапированной широким рукавом плаща.

У дверей стояли на страже двое гвардейцев, но Валорум в ожидании встречи с мастерами джедаями Мэйсом Винду и Йодой не обращал на охрану внимания. Джедаи должны были прибыть с минуты на минуту.

Династия Валорумов издавна лелеяла надежду, что кто-нибудь из ее отпрысков будет обладать способностями к Силе. Но, судя по всему, таковых способностей пока не наблюдалось. Это достойное сожаления обстоятельство, однако, вовсе не мешало Финису Валоруму относиться к джедаям с уважением, даже с благоговением. Когда он был юношей из почитаемой на Корусканте и в других Центральных мирах семьи, то провел бесчисленное множество часов над семейными хрониками, жадно глотая подробности отношений и дел предков с джедаями, зачастую ставшими уже легендой. Эти истории только укрепили его к тому времени уже сформировавшуюся веру в могущество и справедливость Ордена, Пусть он не мог стать джедаем — зато он мог строить свою жизнь, опираясь на их идеалы, жить так, словно Сила была его союзником, и посвятить себя защите мира и справедливости.

Но Республика, которую унаследовал Валорум, предоставляла ему мало возможностей для заботы о мире и справедливости. Ослабленный алчностью и коррупцией Сенат превратился в инструмент для расширения пропасти между богатыми и бедными, для раздувания амбиций влиятельных и знатных. Стараясь сохранять верность своим идеалам, Валорум обнаружил себя беспомощным перед разжиревшими на взятках и погрязшими в эгоизме сенаторами. К чему работать во имя всеобщего блага, когда гораздо более выгодно работать на Корпоративный союз, Технологический союз, Гильдию купцов или Торговую Федерацию?

Кто по личным мотивам, а кто — в обмен на торговые привилегии для своих миров, сенаторы подчинялись влиятельным корпорациям, а те, в свою очередь, требовали только одного: чтобы одни предложения отклонялись, а другие — поддерживались. Снова и снова Валорум оказывался в ситуации, когда он выглядел слабым, потому что его предложения не проходили через Сенат. И эта мнимая слабость заставляла особо сведущих считать его беспомощным.

Конечно, именно доказать его непригодность и стремились те, кто предпочитал покупать голоса в Сенате. Если слабый лидер будет смещен, его заменят новым, который просто-напросто откажется от борьбы и будет единодушно признан лучшим во всех отношениях.

Валоруму оставалась печальная участь балансировать меж двух зол. Так было долго, слишком долго, пока (совсем недавно) вокруг него не начали объединяться такие сенаторы, как Бэйл Органа, Хорокс Риидер, Палпатин. Они заверяли его, что окажут поддержку, чтобы положить конец коррупции или, на самый крайний случай, взять ее под контроль. Многие полагали, что нынешний кризис с Торговой Федерацией будет своего рода испытательной площадкой, что его исход покажет, чего ждать в будущем. Валоруму оставалось только надеяться, что он сможет до конца срока оставаться на своем посту, защищая права всех и каждого, верой и правдой служа миру и справедливости.

Именно поэтому «Невидимый фронт» должен был быть остановлен.

Обычно к джедаям не обращались за помощью в коммерческих разногласиях, но покушение на жизнь Валорума переводило дело из разряда коммерческих разногласий в класс дел, касающихся нарушения закона и порядка. Поскольку джедаи несли ответственность перед верховным канцлером и департаментом юстиции, теперь вполне можно было запросить их вмешательства, и в этом смысле попытка покушения имела свои положительные стороны.

Во всяком случае, Валорум не мог припомнить случая, чтобы джедаи отказали в помощи. Однако порой Валоруму казалось, что тут он имеет дело с силой более грандиозной, чем все торговые консорциумы вместе взятые или даже сама Республика.

Объединенная мощь десяти тысяч джедаев была так велика, что они могли бы править Республикой по своему разумению — если бы захотели, если бы их приверженность делу мира не была столь сильна. Орден получал финансирование из бюджета Республики, но порой Валорум начинал всерьез опасаться, что одним финансированием тут не отделаешься, что в один прекрасный день они явятся к нему и потребуют, чтобы их помощь и поддержка были возвращены в десятикратном размере. Хотя Валорум и не мог вообразить, чем им могла бы помочь Республика или он сам. Джедаи активно участвовали в мирских делах, но сами при этом оставались в стороне, погрузившись в свои таинственные взаимоотношения с Силой, словно в иную реальность.

А еще порой казалось Валоруму, что джедаи исходят из того, что миром правит Сила, а их роль состоит в том, чтобы до скончания времен поддерживать равновесие добра и зла, тьмы и света, не давать ему сместиться ни на йоту ни в ту ни в другую сторону. Не впустить в мир потоки тьмы и не позволить свету ослепить всех и каждого некой высшей истиной.

Две тысячи лет назад джедаи столкнулись со страшной угрозой, которая нависла над миром в Галактике — в лице ситхов и армии их учеников, последователей Темной стороны Силы. Ситхи верили, что не использовать власть — значит попусту тратить энергию. Они стремились к единоличной власти, а дороге последовательного понимания предпочитали путь подчинения, и насилия.

К счастью, энергию темной стороны оказалось не так-то легко обуздать, и за тысячу лет ситхи успешно и всецело истребили друг друга.