Под покровом лжи - Джеймс Лучено

— "Протуберанец", они детонируют мины! Мы не можем маневрировать! Неопознанные корабли приближаются. Четыре истребителя и одна канонерка класса «буря».

У Оби-Вана глаза полезли на лоб — от волнения.

— "Нетопырка"?! — задохнулся он.

— Это мы скоро узнаем, — проговорил Куай-Гон.

Динамики принялись выть и хрипеть. И в ту же секунду «Протуберанец» жестоко затрясло.

— Нас тормозят, — изумленно проговорила пилот.

Они со вторым пилотом принялись бороться с управлением. Куай-Гон прислонился лбом к холодному транспаристилу лобового иллюминатора. В наклонной поверхности одной из пирамид появилось прямоугольное отверстие, откуда показалась антенна луча захвата.

— Это гражданская модель, — сказал Куай-Гон. — Мы можем вырваться?

— Попробовать можно, — сказала пилот.

А можно и досветовые двигатели перегреть, подумал Оби-Ван, но промолчал.

Второй пилот открыл проход в центр связи.

— Отправьте сообщение на Корускант, предупредите их о нашем положении.

Внизу, под ними, раздвинулась плоская крыша одного из зданий. Из образовавшегося люка выдвинулся ствол орудия.

— Ионная пушка, — с усмешкой процедила пилот.

Куай-Гон присел на корточки рядом креслом пилота.

— Нас здесь ждали, капитан, — сказал он.

Пилот резко повернулась к системе аварийного сброса пассажирского салона.

— Магистр, скажите вашим спутникам, чтобы они покинули салон. Это может быть выходом из положения.

Куай-Гон взглянул в иллюминатор. Один из «невидимок» изменил направление и пошел наперерез крейсеру. Посадочная площадка была прямо перед ними, до нее оставалось всего несколько километров.

— Выходы существуют всегда, капитан. Но не те, что вы имеете в виду.

— Делайте, что сказано! — рявкнула она.

Куай-Гон поколебался, потом наклонился к интеркому.

— Мастер Тийн, уходите все из салона немедленно, — сказал он в микрофон.

— Почему?

— Нет времени объяснять. Быстрее.

Пилот дождалась подтверждения, что капсула салона опустела. Потом запустила механизм сброса. Нос крейсера дернулся, когда отсоединились магнитные захваты, расположенные прямо под рубкой, и капсула отделилась от фюзеляжа.

Невосприимчивая из-за малых размеров к действию луча захвата, капсула устремилась вперед, оставляя позади тормозящий «Протуберанец». Она была снабжена автономными двигателями, но курс капсулы задавала капитан крейсера.

Пилот ведущего «невидимки» так и не узнал, что его ударило.

Получив хороший удар капсулой под хвост, истребитель накренился на нос, потом отчаянно ушел в сторону. Пилот пытался скорректировать курс, но репульсорные двигатели были необратимо повреждены, и маленький истребитель потерял управление. Он завалился на правый стабилизатор и, оставляя за собой хвост белого дыма, ушел в штопор в направлении площади.

Пилот наклонилась вперед, впившись взглядом в горящий истребитель.

— Так держать, — умоляла она его, — так держать…

«Невидимка» врезался носом в косую стену пирамиды, скрывающей аппаратуру луча захвата, и взорвался на множество осколков. Антенна, в которую он чуть не попал, мгновение еще держалась, потом по периметру ее невидимого дефлекторного щита заплясали искры.

— Это-то нам и нужно! — воскликнула пилот.

Она подала полную тягу на строенные двигатели и только-только начала набирать высоту, когда крейсер содрогнулся и застыл, потом освободился, только затем, чтобы содрогнуться еще сильнее и затормозиться уже окончательно.

— Вы повредили антенну, капитан, — сказал Куай-Гон. — Но вы ее не уничтожили.

Пилот продолжала биться над приборами и добилась исключительно того, что крейсер, начал вращаться в горизонтальной плоскости, вызвав у Оби-Вана приступ головокружения. По-прежнему наполовину зажатый в хватке луча захвата «Протуберанец» резко завалился на правый борт и пошел над площадью прямо в северной пирамиде. Куай-Гон был уверен, что они со всего размаха врежутся в допотопное сооружение, но в последний момент крейсер рванулся вверх. Но хвост все равно задел верхнюю площадку пирамиды, и они лишились центрального и правого сопла.

И в ту же секунду ионная пушка открыла огонь.

Энергетические импульсы; извергаемые вибрирующими стволами орудия, нашли слабое место в обороне корабля. Ионные заряды беспрепятственно проникали сквозь дефлекторный щит, ветвились, словно молнии, и окутывали корабль паутиной голубых всполохов.

Все системы корабля вышли из строя.

Мгновение царила тишина, потом приборы ожили. Крейсер начал плавное скольжение, удерживаемый в воздухе последним уцелевшим двигателем.

Под ними раскинулась черная гладь озера.

— А я думал, вы в переносном смысле сказали насчет промокнуть, учитель, — удрученно проговорил Оби-Ван, оглядываясь в поисках, за что бы уцепиться.

Глава 19

«Протуберанец» коснулся поверхности воды и заскользил на брюхе к центру озера. Казалось, они врежутся в один из скалистых островов, но корабль вдруг клюнул носом. Крейсер тряхнуло, движение вперед прекратилось, они завалились на поврежденный борт и стали медленно погружаться.

Семеро джедаев и те несколько приставов, что были на борту, собрались у шлюза правого борта. Люк открылся, они погрузились в ледяную воду и поплыли в сторону ближайшего острова — груды обточенных водой и ветрами валунов, поднимавшейся метров на сто над водой.

Первым до берега добрался Куай-Гон. Он выбрался на сушу, встал на ноги, оглядел узкую полоску каменистого пляжа и, как мог, отжал длинные волосы. Волны, расходившиеся кругами от тонущего крейсера, лизали щиколотки. Тогда он стащил сапоги и промокшую тунику и накинул плащ, который, пока плыл, предусмотрительно держал над водой. Отцепил с пояса световой меч, опробовал клинок. Убедившись, что меч не пострадал, деактивировал его и вернул на широкий поясной ремень.

Он глубоко дышал, но легким не хватало кислорода — высокогорный воздух был слишком разреженным. Небо казалось гигантской опрокинутой пронзительно-синей чашей, упавшей на белые бесконечные горные цепи. Солнце Асмеру огромным красным пятном клонилось к западу. Температура быстро падала, подмораживало.

На юге небо перечеркивали белые перистые следы кораблей, идущих на посадку, без сомнения, на ту самую площадь. Куай-Гон на мгновение задумался, который из них «Нетопырка»?

Он повернулся спиной к озеру и окинул взглядом безжизненные неприветливые скалы. Над островом кто-то основательно потрудился: если когда-то это и было естественное образование, то сейчас этот клочок представлял собою пирамиду, увенчанную какими-то древними развалинами.

Тут и остальные подоспели, принялись выбираться на сушу, волоча за собой пропитанные водой одежды. Оби-Ван выкарабкался из воды на один из некрупных валунов и теперь стучал там зубами. Вержер покачивалась на поверхности как водоплавающая птица. Добравшись до берега, она оттолкнулась от дна мощными задними конечностями с вывернутыми назад суставами и оказалась на суше. Саэссие Тийн греб большими руками словно ластами. Йадль путешествовала на широких плечах Ки-Ади-Мунди, обхватив его голову короткими ручками; ее золотистый хохолок намок и облепил зеленую макушку. А неподалеку на каменистый берег грациозно, словно из теплой ванны, вышла Депа Биллаба.

В трех сотнях метров от них еще виднелась над водой верхняя часть тонущего «Протуберанца». Огромные воздушные пузыри всплывали на поверхность и громко лопались.

Всем было не по себе. Больше всех пострадала пилот крейсера — у нее была сломана рука. Морщась от боли, она пробралась по камням к Куай-Гону и долго не могла отдышаться.

— Я думала, мы сумеем прорваться, — извиняющимся тоном произнесла она.

— Не стоит во всем винить только себя, капитан, — утешил ее Куай-Гон. — Случайностей не бывает.

Пилот кивнула и спросила, обращаясь к Тийну:

— Это Вандроны нас предали?

Иктотчи скрестил руки на широкой груди.

— Для нашего нынешнего положения это не очень важно, — он посмотрел на Йадль. — Вопрос в том, что нам теперь делать.

— Ответа немедленного этот вопрос требует, — ответила крошечная женщина. — Ибо не одни мы тут скоро будем.

Куай-Гон проследил ее взгляд. От южного берега озера к ним приближались несколько кораблей.

Оби-Ван сразу же потянулся к оружию, но наткнулся на взгляд Куай-Гона и тут же раздумал.

— Это мы всегда успеем, — пояснил учитель. — А сейчас надо разобраться, где мы находимся.

Оби-Ван добросовестно огляделся.

— На острове посреди озера, по которому к нам приближается неприятель, учитель, — поделился он результатами своих наблюдений.

— Разве не ты говорил, что вещи — не всегда то, чем они кажутся?

Оби-Ван насупился.

— Вечно меня поправляют.

Куай-Гон потрепал падавана по плечу и кивнул остальным.