Планета под следствием - Энн Маккефри

— Это верно, — согласилась Клодах. Мармион почувствовала, как что-то прижалось к ее ноге, и, опустив руку, коснулась покрытой мехом головы, которую и принялась послушно чесать за ушами.

— Как ваши кошки переносят колебания температуры на Сурсе?

— Они для этого и выведены. Кроме того, они умны и слушаются своих инстинктов.

— Как и большинство обитателей Сурса, сказала бы я, — заметила Мармион, переходя непосредственно к цели своего визита.

Клодах сложила руки перед собой на столе и со значением проговорила:

— Мы научились жить здесь. И, сказать по правде, я бы не хотела жить где-либо еще.

"Умная женщина, — подумала Мармион с одобрением, — и не без хитрости”.

— Я не представляю вас где-либо еще, кроме как в вашем доме, одаряющей своим гостеприимством тех, кому посчастливилось сюда попасть, мисс Сенунгатук, — продолжала Мармион. — В наши дни так редко удается найти людей, которые довольны своей жизнью.

Клодах несколько мгновений смотрела на нее” оценивая практичный и элегантный костюм Мармион и ее выразительное лицо.

— У человека возникает масса проблем, если он не знает, кто он такой, и не осознает своего места в мире. Жить на этой планете нелегко, но все мы привыкли к этому и прекрасно справляемся...

В воздухе ощутимо повисло несказанное: когда нас оставляют в покое и дают нам жить своей жизнью.

— У вас еще осталось что-нибудь в кофейнике, мисс Сенунгатук? Я хотела бы выпить еще полчашечки, — попросила Мармион, все еще не выпуская своей чашки из пальцев, дабы не возникло впечатления, что она не ожидает отказа.

Напряженное выражение исчезло с лица Клодах, она внезапно улыбнулась:

— Прошу вас, зовите меня Клодах, я к этому больше привыкла.

— Мои друзья называют меня Мармион или даже Марми. — И очень богатая и умная дама Алджемен протянула Клодах свою чашку.

— И вам тоже, Фабер Ник? — спросила Клодах, наливая Мармион больше половины чашки.

— Не буду возражать, Клодах. Клодах налила ему кофе и снова передала гостям тарелку с рулетами.

— Я надеялась встретиться еще с кем-нибудь из жителей Килкула, Клодах, — сказала Мармион уже более деловито. — Я нахожусь здесь, как вам уже вероятно сказал Вит, для того, чтобы расследовать необычные происшествия, за которые, как говорят, вину на себя берет сама планета.

— Планета не берет на себя вину, Мармион. — Усмехнувшись, Клодах махнула рукой. — Планета делает то, что нужно. Показывает людям, что она позволит делать с собой, а что — нет. Вы бы тоже не захотели, чтобы в вашем дворе понарыли ям или чтобы взорвали бомбу в вашем саду, верно? Доктор Фиске прекрасно понял это — в отличие от его сына. Не понимают этого и некоторые другие, зато остальные видят все даже слишком хорошо.

— Вы знаете, что планета делает это сознательно? — мягко спросил Фабер. Он всегда говорил так, когда не хотел, чтобы ему лгали из страха.

— Если вы имеете в виду, что она делает все сама, без нашей помощи, то да. Это не значит, что кто-либо может помочь планете, когда у нее на уме что-то свое, и она прекрасно может дать это понять.

— Проблема, которая стоит перед нами, — продолжал Фабер, — заключается в том, чтобы доказать, что причиной необычных явлений является сама планета.

Мгновение Клодах смотрела на него непонимающим взглядом.

— А что еще может сотворить такие удивительные вещи? Вы знаете, сколько времени уйдет на то, чтобы растопить на огне большую льдину? Или вы думаете, что мы, — с удивительной грацией она описала над столом круг, подразумевая Килкул, — способны были заставить лед таять так рано? Или могли разбудить вулкан? Или тряхнуть землю с той же легкостью, с какой я сметаю крошки со стола?

Она не спорила и не доказывала: она была просто удивлена тем, что такой интеллигентный человек может задаваться такими глупыми вопросами.

— Нет, планета сама решила, что слишком много в ней копаются и взрывают ее, слишком много дыр в ней понаделали и она хочет, чтобы это прекратилось.

— Значит, по вашим представлениям, планета разумна? — спросила Мармион.

— Планета — живое существо, и, — во взгляде Клодах, обращенной к Фаберу, читалось лукавство, — она прекрасно понимает, что делает.

Мармион рассеянно вращала чашку на блюдце, осмысливая сказанное. По чести сказать, сейчас она гораздо более тревожилась за Клодах, чем за планету. Женщина действительно верила во все это — Мармион и сама была готова уверовать, — а Мэттью Лузон сумеет вывернуть все наизнанку.

— Есть ли возможность каким-либо образом доказать то, что вы говорите? Так, чтобы не осталось никаких сомнений?

— Неужели ранней весны, вулканов и землетрясений недостаточно для подтверждения? — вопросом на вопрос ответила Клодах.

— Я не единственный человек в комиссии, расследующей происшествия на Сурсе, Клодах, — медленно заговорила Мармион. — Скажите, нет ли какого-нибудь места, куда вы могли бы уехать так, чтобы вас не нашли? На неделю или около того?

— Зачем? — Клодах посмотрела ошеломленно, потом с возмущением поднялась из-за стола. — Попе чему я должна куда-то уезжать, тем более сейчас, когда я нужна Килкулу больше, чем когда бы то ни было? Она снова опустилась на скамью, положила руки на стол, широко разведя пальцы.

— Нет, мадам, я останусь! И останусь здесь! Ник-то не выгонит меня из моего дома!

— Это было бы нелегко, но, боюсь, не невозможно, Клодах, — Мармион подалась вперед. — Есть ли для меня какой-нибудь способ.., испытать.., ощутить планету...

— Как Вит и другие в пещере? — Клодах немного расслабилась, но в ее позе, в скрещенных на груди руках читался вызов.

— Да, что-нибудь конкретное, чтобы я могла выступить на вашей стороне с аргументами в руках.

— Ага! Так вы, значит, хотите выступить за нас и против того болвана.., как его назвала Яна?

— Его зовут Мэттью Лузон, Клодах, — сказал Виттэйкер Фиске с широкой усмешкой, появляясь в дверях. Он ненадолго задержался, чтобы счистить с ботинок налипшую грязь. — Я чувствую запах рулетов с корицей!..

Он взял себе чашку и уселся за стол, развернув стул так, чтобы не сидеть спиной к Фаберу, налил себе кофе и откусил кусок рулета, переданного ему Клодах. — Нам повезло, что ты решила прилететь сюда, Марми. У тебя в одном волоске больше здравого смысла, чем в голове у Лузона, но... — Тут он умолк, ударив кулаком по столу. Мармион заметила подпрыгнувшие на столешнице крошки и задумалась о том, как планета может сделать то же самое в гигантских масштабах.

— Но.., нам придется иметь дело с Мэттью Лузоном, а ты знаешь, что он из себя представляет. Он никогда не признает правды, даже если его ткнуть в нее носом. Если бы в комиссии не было тебя, я бы.., нет, я не оставил бы Сурс. — Он снова ударил кулаком по столу.