Планета под следствием - Энн Маккефри

Мармион и Фабер были просто счастливы, что последовали этому совету: по узкой тропе машина шла гораздо ровнее, чем по скользкому размытому речному берегу.

— О, как тут красиво! — проговорила Мармион, вдыхая густые запахи влажной земли. — Деревья распускаются! — воскликнула она.

— Думаю, в этом году Сурс решил не придерживаться расписания. — Фиске, кажется, был весьма доволен собой. — И я бы посоветовал тебе, Марми, поступить так же. Ты быстрее доберешься туда, куда захочешь?

— Тогда откуда ты посоветуешь мне начать. Вит?

— Оттуда же, откуда и я, — ответил тот, откидываясь назад. — Поезжайте прямо по дороге, Фабер, а когда доберетесь до поселка, поверните направо.

— Несмотря на кучи барахла, прежде скрытого под снегом, Килкул выглядел покинутым. Мармион отметила это, но решила воздержаться от комментариев.

— Очень многие воспользовались оттепелью, чтобы посетить своих родственников в других поселениях и обменяться рассадой.

— Очень разумно. Они тоже не придерживаются расписания?

— Они поняли намек, если так можно выразиться. И пусть тебя не обманывает то, что ты видишь возле домов, Мармион. Никто не выбросит ни одной вещи, если она еще на что-то может сгодиться. — Тут он указал на нескольких молодых парней, аккуратно перебиравших на заднем дворе какие-то части машин, явно ища одну нужную.

Проезжая мимо, Марми услышала часть их разговора:

— Я знаю, что она была здесь до первого снега. И знаю, что лежала с этой стороны.

— Мой отец тут кое-что разыскивал; он мог все перевернуть. Знаешь же, какой он.

— Тогда попробуй искать внизу... Внезапно Фабер затормозил: перед ними на дорогу выскочили три оранжево-полосатые кошки.

— Бог ты мой, и часто они совершают такие самоубийства?..

— Это я виноват, — невинно проговорил Вит. — Надо было вам сказать, чтобы вы остановились у того дома, слева от дороги. Здесь я работаю; отсюда стоит начать и вам.

— Но если ты здесь работаешь, Вит, я не хочу мешать...

— Я работаю снаружи, Марми, — сказал Фиске, открывая дверь. Из-под брюха старушки 4х4 выскочили кошки и принялись с урчанием бродить вокруг; две поставили лапы ему на колени, напрашиваясь на ласку. Третья потерлась о его ноги, потом развернулась и принялась ждать, когда выйдет Марми.

— Вас приглашают внутрь, — прибавил Вит. — И это хорошо, поверь мне.

— Я всегда рада приглашениям, — ответила Мармион, подав Фаберу знак покинуть машину. — Какой чудесный оттенок рыжего цвета, — проговорила она, обращаясь непосредственно к кошке; когда та повернулась и пошла к дому, лениво подергивая кончиком хвоста, Мармион последовала за ней.

— Мирандабелла Тервей-Уэст отдала бы пару коренных зубов за такой оттенок волос! — пробормотала она про себя.

Кошка взлетела вверх по заляпанным грязью ступенькам. Мармион, опиравшаяся на руку Фабера, старалась найти места посуше, прежде чем сделать очередной шаг.

Дверь отворилась, и на пороге появилась одна из самых эффектных женщин, каких когда-либо встречала Мармион: у нее было великолепное телосложение и улыбка, которая была прекраснее всего, что Мармион до сих пор видела.

— Slainte, Виттэйкер, миссис Алджемен, полковник Ник, прекрасное утро для прогулки, не так ли? Я — Клодах Сенунгатук и очень рада видеть вас. Заходите, у меня есть свежий кофе и печенье только что из духовки.

Мармион, очарованная этим приглашением не меньше, чем самой женщиной, протянула ей руку, которую Клодах коротко, но тепло пожала. На ее коже остались следы муки. Так же сердечно Клодах приветствовала и Фабера.

— Материал для новой кровли привезли с рассветом, Вит, — сказала Клодах, — но, думаю, у тебя есть время для того, чтобы сперва выпить кофе и перекусить.

— Прекрасно! — с удивившим Мармион энтузиазмом заявил Вит. — Может, сегодня я закончу крышу. Я, пожалуй, начну прямо сейчас, а перекушу потом.

Кивнув остальным, он подошел к краю крыльца и спрыгнул вниз. До Мармион донесся короткий прерывистый вздох.

— У него еще не все в порядке с ногой, чтобы он мог тут прыгать и скакать, как мальчишка, — сказала Клодах, осуждающе поцокав языком, и пригласила своих ошеломленных гостей в дом.

Внутренний вид дома озадачил Мармион, однако удивление сменилось радостным предвкушением, когда она ощутила запах теплой выпечки, сдобренной пряностями, и приятным удивлением, когда она осознала, что этот маленький дом был прекрасно обустроен и необыкновенно опрятен. Здесь было еще несколько кошек, которые одна за другой подходили к гостям и тщательно обнюхивали их.

— Ну как, мы прошли тест? — спросила Мармион, когда Клодах указала ей на кресло-качалку, а Фаберу — на прочную и широкую скамью.

Клодах ответила не сразу: сначала она подала своим гостям кофе и горячие рулеты с корицей и поставила перед ними кувшин с молоком и большую миску сахара. Наполнив свою чашку, она уселась напротив Мармион, поставив локти на стол и улыбаясь.

— У меня всегда было много кошек... — начала она.

— И все оранжевые? — поинтересовалась Мармион. — Или это уникальная особенность кошек Сурса?

— Вы вполне можете говорить так.

— А я и сказала только что. Боже, какие прекрасные рулеты! — сменив тему разговора, воскликнула Мармион. — И, слава богу, вы умеете готовить настоящий кофе. Правда, Фабер?

— О да, мисс Сенунгатук, святая правда, — подтвердил Фабер, чье лицо озарилось неожиданно очаровательной улыбкой, обезоруживавшей столь многих. Клодах усмехнулась и подмигнула ему: он совершенно правильно запомнил ее фамилию. Эта особенность Фабера Ника также всегда восхищала Мармион. — У вас регулярные поставки?

Клодах хмыкнула:

— Этот кофе добыл для меня Вит, Он сказал, что просто стыдно смотреть, как на космобазе обращаются с кофе в зернах. — Она кивнула в угол комнаты. — Когда мне это нужно, я сама жарю их, а до тех пор замораживаю.

— А разве сейчас это не слишком сложно? — вежливо поинтересовалась Мармион.

— Нет, вечной мерзлоте никакая оттепель не повредит.

— Ах да! — воскликнула Мармион. — Я читала о том, что слой вечной мерзлоты больше похож на промерзший камень, но до сих пор не представляла, какое практическое применение ему можно найти.

— Обычно мы этим пользуемся только летом, — заметила Клодах.

— Значит, вы любите хороший кофе не меньше, чем мы, — с благодарным выражением лица отпив еще глоток, сказала Мармион. Молоко в кувшине также было свежим, на поверхности собрались густые сливки. Судя по тому, что куски сахара были разного размера, это тоже был домашний продукт.

— Это верно, — согласилась Клодах. Мармион почувствовала, как что-то прижалось к ее ноге, и, опустив руку, коснулась покрытой мехом головы, которую и принялась послушно чесать за ушами.