Тропой Кота (СИ) - Марина Чернышова

- Времени у нас, я так понимаю, мало? – спросил Крысолов.

- Да. Отправляйтесь немедленно, может быть, каратели уже скачут по моим следам!

- Спасибо, Горди! – Кот поблагодарил посланца и бросился седлать лошадей. Сорока побежала собирать вещи, и уже через десять минут, забравшись в седла, беглецы распрощались с Кротом и поехали прочь.

Дождавшись, когда всадники исчезнут среди деревьев на вершине холма, Горди неторопливо вернулся к своему коню и из той же сумки вытащил туго набитый золотом мешок из зеленого сукна с королевской печатью. Слушая, как звенят внутри монетки, Крот злорадно посмотрел вслед беглецам и усмехнулся:

- Скачите, скачите, да…

Они проехали сырую дубраву, затем светлую, вечно залитую солнцем сосновую рощу и вышли на ту самую дорогу, на которую когда-то пытались заманить карателей. Им хотелось вернуться немного назад, в «Медвежий угол», взять с собой припасов и поблагодарить Билла за помощь, но страх гнал их вперед. Желтоватая лента широкой караванной тропы прихотливо легла перед ними на горбы холмов, утопающих в изумрудной зелени, и устремилась к болотистой низине, такой же мрачной, туманной и зловонной, как и все прочие в Брестоле. Сразу за болотами вздымались из-под земли низкие древние горы, разрушенные ветрами и льдом, узкий проход между которыми – Медвежье ущелье – вел в заветную точку на реке Оленек.

Было уже не просто тепло – жарко. Пыль, взметаемая лошадиными копытами, не желала укладываться обратно и тянулась за всадниками, словно длинный шлейф. Это беспокоило Крысолова: если отпечатки подков на сухой дороге различить сложно, то облако пыли выдаст вернее любого следа. Однако по лику лазурной небесной твердыни уже плыли редкие паруса тяжелых дождевых облаков, так что, возможно, не все еще потеряно для наших беглецов.

И все же Сорока заметила, что Кот на протяжении всего пути был как-то особенно задумчив и даже сердит. Кони, устав от стремительного галопа, перешли на спокойный, размеренный шаг, что позволяло их седокам побеседовать между собой.

- О чем ты думаешь? – спросила девушка.

- Странно все это как-то… - отозвался Крысолов. – Десото не мог отослать меня так далеко от Гильдии. Я не верю, что он бросил меня и никак не попытается выручить. Это противоречит Кодексу – да что там Кодексу, всем законам дружбы! И Горди… почему Доберман не прислал кого-то другого? Странно…

- Ты не доверяешь Кроту?

Кот замялся.

- Меня больше смущает другое. Я не слышал и даже не видел на картах Добермана никакого лагеря беженцев на северной реке. Если он и был – почему Десото о нем молчал?.. Есть еще кое-что: к западу оттуда стоит брестольский пограничный гарнизон и башня Заппа – храни нас Могура от этого адского места. Необычное место укрытия беженцев, ты не находишь?

- По берегу Оленька много разных поселений, - заметила Танока. – Но подумай сам: есть ли у нас выбор? В Моркву нам возвращаться опасно, а Доберман не станет просто так рисковать нашими жизнями. Оставаться в долине тоже рискованно – если даже этот Горди без труда нас отыскал. А переезжать куда-то еще – пустая потеря времени. Если рыцарей действительно так много, подумай, какую площадь они смогут покрыть за сутки? Я только в одно не могу поверить… - она опустила голову. – Неужели все это – только ради того, чтобы принести мерзавцу Орхольду наши с тобой головы?..

- Это судьба вора, - тяжело вздохнул Крысолов и вдруг, наклонившись, взял тонкую ручку Сороки в свою ладонь. – Не бойся, Танока. Пока я дышу, эти грязные псы не посмеют причинить тебе зло.

Девушка улыбнулась: может быть, она не очень верила в такие слова, но это была улыбка, пусть даже и слабенькая. А с улыбкой любая беда уже не выглядит такой страшной.

- Доберемся до Медвежьего ущелья, а там посмотрим, - решил Крысолов.

Через час Горди Крот, весьма довольный собой, уже брел по улице в направлении городской ратуши. Монетки весело побрякивали в зеленом мешочке у него на поясе, а на лице играло безмятежно радостное выражение. О чем, интересно, думает человек, перерезавший горло своей совести ради пригоршни золотых кружочков? Наверное, о том, что он поступил честно, по правде. А правда, как известно, у каждого своя…

Внезапно какая-то тень вынырнула из подворотни и пошла наперерез Кроту. Горди флегматично скользнул по ней взглядом – силуэт соратника по Гильдии, Руфуса Лемура, был ему хорошо известен. Он даже не остановился, не попытался взглянуть бывшему товарищу в глаза и спокойно двинулся дальше, надеясь, что Лемур заторопится куда-то и не обратит на него внимание.

И это стало его роковой ошибкой.

Руфус быстрее кошки метнулся к Кроту, схватил его могучими руками за плечи и утащил в темный зев переулка. Там, среди нагромождения бочек и ящиков, набитых каким-то мусором, предателя уже поджидала вся компания: Пересмешник и Зимородок с заряженными арбалетами, Брекки и Белла Лисички с обнаженными короткими саблями. Судя по их лицам, они не искали с Горди милой дружеской беседы.

- Итак, презренный бес, - ледяным тоном произнес Эдвиг. – Обсудим с тобой пару вопросов. Во-первых, что ты делал возле ратуши среди королевских рыцарей и о чем разговаривал с ними, а во-вторых, куда ты ездил после этого и почему так скоро вернулся обратно?

Крот молча таращился на обступивших его воров, лихорадочно пытаясь придумать какую-нибудь отговорку. Сначала это у него не получилось; он попытался вырваться и сбежать, но руки Лемура держали его мертвой хваткой, не давая даже шевельнуться. Предателю пришлось выкручиваться:

- Что вы, ребята… - залепетал он. – Я ничего плохого не замышлял, зачем вы меня держите?..

- Отвечай, - с нажимом сказала Белла, свободной рукой обнимавшая Пересмешника за талию.

- Солдаты остановили меня на улице, - Крот начал отчаянно юлить. – Привели на крыльцо и начали допрашивать, мол, вор я или нет и кто мои покровители. Я им ничего не сказал, клянусь! Они меня отпустили, а после этого я уехал из города, чтобы встретиться с одним человеком, вот и все!..

- Собака, ты врешь! – рявкнул Банди, с чувством пнул Горди в колено и, когда тот с кряхтением разогнулся, превозмогая боль, поднял арбалет и прицелился ему в голову. – Мы видели, как каратели дали тебе денег, чтобы ты привел к ним Крысолова и Таноку! Где они?! Куда ты их отправил?! Отвечай, или я вышибу твои крысиные мозги!!

Предатель выпучил глаза и словно онемел, продолжая что-то невнятно лепетать и обливаясь потом. Но тут вмешалась Брекки: положив изящную ручку поверх арбалета, она спокойно сказала Зимородку:

- Не петушись, красавчик. Такие, как он, смерти не боятся. Посмотри, как он заговорит, если оставить его в живых, но… - быстрым движением она сорвала мешочек с золотом с пояса Крота. – Лишить честно заработанных денег.