Нарусэ собирается захватить мир - Мина Миядзима

class="p1">Мне захотелось схватить Юко за руку, но я побоялась, что напугаю ее.

– Точно? – как можно веселее спросила я, и Юко кивнула.

В обеденный перерыв я рассказала ей обо всем, о чем не говорила раньше: о своих планах на Токийский университет и об отношениях с Судой.

– Прости. Мне почему-то было неловко, не могла тебе сказать.

– Бывает.

Юко рассказала мне, что, окончив университет, хочет пойти на госслужбу. Она явно серьезнее думала о будущем, чем я, которая просто выбрала хороший университет. У меня естественным образом вырвалось:

– У тебя точно получится.

Утром того дня, когда в Токио проводили день открытых дверей, мы с Судой встретились на станции Киото в семь утра. Готовясь к поездке, я еще раз сходила в салон красоты на выпрямление, поскольку вот уже четыре сантиметра волос от корней начали завиваться. Я надеялась, что, поскольку часть волос, которую обработали в прошлый раз, оставалась прямой, можно будет уложиться в более короткое время, но мне утюжили волосы по всей длине, так что удалось лишь сократить пять часов до четырех.

Хоть в «Синкансэне» мы и сели рядом, но не разговаривали, а занимались. Мне нравилось, что присутствие Суды мне не мешает. Я молча выполняла задания по английскому, сдвигая красный лист[20].

Перед знаменитыми университетскими красными воротами толпились школьники и их родители, фотографируя друг друга. Это было похоже на парк аттракционов. Я вспомнила, как насмотрелась на похожие кадры на фоне голубого неба, когда Universal Studio Japan открыли территорию, посвященную «Нинтэндо».

Сначала я сходила с Судой на лекцию инженерного факультета, которую он хотел послушать. Я хотела попасть на какой-нибудь гуманитарный факультет, но решила, что лекция про искусственный интеллект обещает быть интересной.

Большая аудитория не сильно отличалась от аудитории в Рицумэйкане, куда я ездила сдавать экзамен по иероглифике. Видимо, то, что мы находимся в Токийском университете, ничего особо не меняло. Лекцию я с интересом слушала только в самом начале, но затем содержание усложнилось, и мое внимание стало рассеиваться.

По кампусу бродили старшеклассники. Толпа была такая же, как в Оцу на фестивале фейерверков у озера Бива. Я вспомнила тихую улицу Токимэки, поднимавшуюся от станции Дзэдзэ, и мне вдруг страшно захотелось домой. Люди вокруг казались мне какими-то городскими, и мы в своей школьной форме выглядели среди них чужеродными элементами. Обычно я не интересовалась модой, но утонченные наряды и форма необычного дизайна привлекали мое внимание.

Вдруг я увидела такой же матросский воротничок, как у меня. Это не оригинальный фасон, и ничего странного не было бы в том, что в другой школе носят похожую форму. Но в тот миг, когда мой взгляд упал на лицо человека, я чуть не завопила. Девочка тоже заметила нас и приветственно подняла руку:

– Надо же, какое совпадение!

На спине у Нарусэ был тот же черный рюкзак, с которым она ходила в школу, а в руках – вместительная сумка-тоут с нашим местным персонажем Оцу Хикару. Волосы у нее отросли до такого состояния, что их можно было назвать «очень короткие», и в глаза она не бросалась.

– Ух ты, Нарусэ!

Суда, похоже, удивился не так сильно, как я.

– Ты где с утра была?

– Слушала на физическом факультете лекцию «Расщепление и обогащение редких изотопов с помощью ИСП-МС: путешествие в пико-мир».

Она вытащила материалы и собиралась было пуститься в объяснения, но я перебила:

– Мы идем обедать.

– Не хочешь с нами? – предложил Суда.

Это было лишнее. Возможно, для него Нарусэ – драгоценная одноклассница, которую он встретил в далеких землях, но для меня она – человек, с которым я хочу иметь как можно меньше общего. Да и она вряд ли думает обо мне хорошо. Я ожидала, что она откажется, но она сказала: «Неплохая мысль» – и увязалась за нами.

Студенческая столовая была организована по типу кафетерия, можно было самому выбрать основное блюдо и гарнир и расплатиться. Я взяла рис, куриные грудки с сыром в панировке и закуску из тофу, Нарусэ выбрала такие же грудки. Наверное, если девять лет есть одну и ту же школьную еду, пожелания начинают совпадать.

За стол мы с Судой сели рядом, а Нарусэ – напротив.

– Нарусэ, а ты на чем приехала? – спросил Суда.

Нарусэ ответила, что ночным автобусом. Там можно отгородить свое место от других, так что это оказалось на удивление удобно. Я сначала тоже слушала и кивала, но потом меня стала раздражать эта ситуация, и я замолчала и переключилась на еду. Нарусэ вернулась к лекции про изотопы, или как там их, и Суда, кивая, ее слушал.

– Я после обеда одна погуляю.

Суде явно будет лучше с Нарусэ, раз они оба интересуются естественными науками. Я встала, и он беспечно бросил:

– Пока. Увидимся позже.

На Нарусэ я старалась не смотреть – боялась, что если встречусь с ней взглядом, то опять застыну.

Я отнесла посуду и вышла из столовой. Собиралась после обеда зайти на филологический факультет, но мне вдруг стало все равно. Решив уйти, я направилась к воротам, но сзади меня окликнули:

– Онуки!

Я обернулась. Там стояла Нарусэ. Одна.

– Я хотела кое-куда сходить. Не хочешь со мной?

– А как же Суда?

– Я с тобой хотела.

Она держалась независимо – забыла, что ли, что произошло у меня дома? Я после того с ней и словом не обмолвилась. Может, у меня был жар и я видела сон?

– И не делай такое страшное лицо. Говорят же: если с другом вышел в путь – веселей дорога.

Нарусэ легонько коснулась моей руки и зашагала вперед. Мы вышли из ворот и вскоре добрались до входа на станцию метро. Я заколебалась, не пойти ли назад, но любопытство пересилило.

Нарусэ зашла в вагон поезда, идущего в сторону Икэбукуро. Мы сели рядом на свободные места.

– Народу было – как на фестивале фейерверков.

Ее слова заставили меня живо ощутить, что мы выросли в одном городе.

– Мы куда едем?

– В Икэбукуро.

– А что там?

– Увидишь.

Зря я спросила. Но вот и Икэбукуро.

Я довольно быстро поняла, куда Нарусэ направляется. Как только мы вышли со станции, в глаза бросилась надпись: «Универмаг “Сэйбу-Икэбукуро”. Главное здание». Везде виднелся знакомый логотип «Сэйбу». Снова увидев картину, которой лишились жители Оцу, я поверх маски приложила руку ко рту. Да уж, с Судой – уроженцем Кусацу – ей бы это чувство разделить не удалось.

– Сфотографируешь меня?

Нарусэ сунула мне в руки цифровую камеру, встала у входа на минус первый