Нарусэ собирается захватить мир - Мина Миядзима

Токийский университет – цель достойная, но какой в ней смысл, если из-за этого меня начнут сторониться? Краем глаза наблюдая, как одноклассники протягивают ниточки дружеских отношений, я расширяла свой английский вокабуляр.

Время до вступительных экзаменов всем дается одинаковое, но у меня было преимущество: мой дом находился рядом со школой. При мысли о том, что, пока все тратят время на дорогу домой, я уже сижу за письменным столом, мне начинало казаться, что судьба мне благоприятствует.

Семье я тоже рассказала о том, что хочу поступать в Токийский университет. Мать отреагировала реалистично: «А ты сможешь? Но ведь Киотский университет ближе», а отец выступил на удивление позитивно: «Ты справишься!» Сестренка, которая младше меня на три года – любительница всяких телевикторин, – заявила: «Здорово, если тебя возьмут в “Короля Тодая”», но я не считала, что подхожу для этой программы.

В конце марта я все еще обедала вместе с Юко. Я думала, что она предпочтет связи в команде, но, видимо, мне повезло, что из нашего класса там была только Нарусэ и Юко решила сохранить наши отношения. Значит, до марта дотяну, не оставшись в одиночестве.

Юко рассказывала, что Нарусэ в карточной команде постепенно выделяется все больше и усердно тренируется, чтобы получить первый дан.

– А она общается с членами команды? – спросила я, и Юко посмотрела на меня, как будто удивляясь, почему я задала такой вопрос.

– Конечно общается. Все ее зовут Нарусечка[19].

Я попыталась произнести про себя «Нарусечка», и во рту как будто наждаком провели – настолько это не соответствовало моим впечатлениями о ней.

В классе Нарусэ, как обычно, существовала сама по себе. Пятиклассницы вычеркнули ее из своей компании, но и сейчас, в десятом классе, ее избегали, считая «немного странной». Голова у нее уже почернела, и я даже скучала по ее пепельно-серому цвету.

Как и у Нарусэ, у меня тоже отросли волосы, которые бесконечно пытались виться. Пока еще они подпадали под определение «прямых» – по крайней мере, по сравнению с тем, что было раньше, но при мысли о том, что мне придется постоянно подвергаться «выпрямлению», я чуть не падала в обморок. Приходила даже в голову мысль побриться наголо, но я не могла допустить, чтобы кто-то подумал, будто я подражаю Нарусэ.

В школе началась подготовка к июльскому «Фестивалю соленого ветра», и было заметно, что ученики сплачиваются все больше. Наш класс решил устроить «дом с привидениями», и мы с Юко записались в группу, отвечавшую за декорации, чтобы не выделяться.

Я бы, конечно, хотела учиться, а не тратить время на все это, но и действовать опрометчиво, чтобы наживать себе врагов, тоже не стоило. Я сдружилась с другими членами группы настолько, чтобы вести с ними разговоры. Понимаю тех, кто именно вложение сил в такие мероприятия считает достойной школьной жизнью, но мне не хотелось тратить энергию на что-то иное, кроме занятий.

К счастью, мои старания приносили успехи. Оценки за тесты были отличными – не зря я отключила игровую приставку. Когда я сообщила преподавателям на подготовительных курсах, что собираюсь поступать в Токийский университет, мне сказали, что с таким прилежанием это вполне возможно.

По субботам на курсах я взяла за правило сосредоточенно трудиться в комнате для самостоятельной учебы. Как-то раз, когда я шла к улице Токимэки, где проводили занятия, я увидела, что Нарусэ и Симадзаки в парке Бамба репетируют мандзай. Периодически рядом останавливались родители с детьми, чтобы посмотреть.

Я прибавила скорость и отвернулась в другую сторону, чтобы они меня не заметили. Через дорогу, на том месте, где стоял универмаг «Сэйбу-Оцу», строили жилой дом. Обычно я проходила мимо, не обращая на стройку внимания, но теперь вдруг почувствовала сожаление, что магазина больше нет.

Поговаривали, что примерно перед началом фестиваля и после него увеличивается количество парочек, поэтому и в десятом «В», как и положено, в воздухе разливалось любовное томление. Я краем уха улавливала болтовню о том, кто кому признался в любви, и отражала это на своей схеме отношений. Кто-то начал встречаться со старшими или с учениками других классов, так что связи между людьми расширялись. Кто-то покидал уже образовавшиеся группы, а кто-то сохранял свои ниточки. Были парочки, появление которых с самого поступления можно было предвидеть, но были и совершенно неожиданные союзы, так что я получала такое удовольствие, как будто смотрела реалити-шоу.

И тут, пока я собиралась наслаждаться зрелищем, произошло непредвиденное.

– Онуки, пойдем домой вместе?

Меня окликнули, когда я вышла из школы. Я обернулась – это был мой одноклассник, Наоя Суда. Мы с ним вместе занимались декорациями и несколько раз перебрасывались фразами, однако это были не те разговоры, которые могли бы послужить появлению дружеских чувств. Паренек он был спокойный, из тех, кто специально не обидит даже таких девочек, как мы, но мне и в голову не приходило, что он протянет ко мне ниточку.

Если не ошибаюсь, Суда говорил, что живет недалеко от станции Кусацу. Наши маршруты никак не совпадали.

– Почему?

Суда незаметно огляделся и сказал:

– Ты ведь собралась поступать в Токийский университет?

– Откуда ты знаешь?

Он раскрыл рюкзак и показал мне краешек учебника «Английский для поступающих в Токийский университет». Им пользовались у нас на курсах, у меня тоже был такой.

– Я случайно увидел, что у тебя в сумке такой же. Я тоже хожу на курсы, возле станции.

Я, ничего не говоря, опустила глаза, и Суда снова заговорил:

– Я не имею в виду встречаться или что-то там такое – просто подумал, что мы могли бы делиться информацией…

Обломил он меня, конечно, но и это неплохо. Мне показалось, что рассеялся окружавший нас туман, и я отчетливо увидела черную оправу очков Суды.

– Я собиралась дома позаниматься. Пойдешь ко мне? – сказала я и тут же пожалела о таком дерзком предложении, хотя мы ведь уже установили, что у нас не те отношения.

Суда ответил:

– Если тебе удобно. – И пошел со мной.

Открыв дверь в квартиру, я сразу же почувствовала досаду. Моя комната совсем не рассчитана на гостей. С тех пор как я закончила начальную школу, ко мне даже девочки не заходили.

Для начала я усадила его за обеденный стол, сказав:

– У меня в комнате не убрано.

Мамы с сестрой до шести не будет. Я решила, что будет невежливо ничем его не угостить, и налила в стаканы ячменный чай.

– Начнем с математики? Хочу узнать, как ты решаешь вот это.

Я боялась, что буду невнимательна, если придется