Соленый ветер Ле Баркарес - Мила Дуглас

Его глаза светились гордостью, такой же искренней, как моя радость.

Мари подошла, брызгая. Ее лицо светилось.

– Пять метров? Анна, это огромный шаг! – воскликнула она. – Месяц назад – выше колен боялась зайти. Теперь – начинающая русалка! – Она рассмеялась. – Твоя мама была бы рада.

Прилив нежности. К этой женщине, к ее словам, к этому месту, где мамины мечты о море становились моей реальностью.

– Спасибо, Мари! – улыбнулась я. – Ты… классная. Кажется, мы с тобой уже почти подруги.

Этьен фыркнул, глаза снисходительно блеснули.

– Почти? – Покачал головой с напускным осуждением. – Анна, ты такая болтушка. Но любимая. Весь Баркарес у тебя уже в друзьях.

Я легко рассмеялась. Он был прав. Этот год, море, медленное изгнание страха распахнули двери в новый мир.

Вечер на уютной террасе был полон запахов гриля и моря. Мы с Этьеном вернулись с рынка. У Жана-Клода выбрали лучшую рыбу. Этьен тыкал в бока дорад, проверяя жабры. Я слушала байки о «той самой, огромной рыбине», любуясь переливами чешуи на солнце. Две дорадо, крабы, мидии, пахнущие льдом и океаном оказались нашими покупками.

Готовили вместе – слаженно. Этьен чистил рыбу и крабов. Движения рук – точные, привычные. Я резала овощи – помидоры, перец, базилик с подоконника. Манки крутился под ногами, нос – вечный детектор.

– Манки, терпение! – смеялась я, бросая кусочек морковки. Он ловил с комичной серьезностью.

Вечерний воздух застыл, окутанный ароматом жареной рыбы и вина. Этьен отложил вилку. Его пальцы, обычно такие уверенные в работе с деревом, теперь медленно, почти задумчиво обводили край бокала. Я почувствовала, как внимание в комнате сгустилось, как туман над утренним морем. Его глаза, секунду назад светившиеся тем особым огнем, что зажигался только при мысли о верфи, древесине, обводах корпуса, теперь были прикованы ко мне. Не мягкий взгляд влюбленного, а пристальный, вовлекающий. Голос, когда он заговорил, был ниже обычного, с легкой хрипотцой, выдавшей волнение.

– Говорил с людьми. Из Марселя. Тулона…

Этьен выдержал мой взгляд. В уголке его губ я уловила знакомую искорку – ту самую, что всегда предвещала что-то важное.

– Серьезный интерес. К моему новому проекту. Восстановление старой верфи не просто как мастерской…

Он сделал акцент, отчеканивая слова:

– А как уникальной верфи для строительства малых судов. Классических деревянных яхт, Аннет. Таких, как раньше строили здесь.

Вспышка в его глазах. Тот самый внутренний огонь страсти к возрождению традиций, к идее вдохнуть жизнь в забытое ремесло. Я знала этот взгляд. Видела его, когда он говорил о качестве древесины или о плавности линии киля.

– Инвесторы… есть.

Он наклонился вперед, через стол, сокращая дистанцию. Его голос понизился, стал интимнее, но в нем отчетливо звенела стальная нота решимости.

– Готовы вложиться. В эту идею. В мой замысел.

В моей груди что-то екнуло – смесь жгучей гордости за него и чего-то более острого, личного. Я видела не только триумф, но и редкую уязвимость в этом моменте признания, в этой демонстрации его мечты, выставленной на суд других. Его страсть, обнаженная перед мной, заставила сердце биться чаще.

– Этьен, милый, это фантастика!

Вырвалось у меня искренне, неподдельно. Я сделала глоток вина, не отводя глаз. Восхищение смешивалось с вызовом, который я всегда чувствовала рядом с ним.

– Ты заслужил! – решительно подчеркнула я. – Каждой каплей пота, каждой занозой… Каждым чертежом. Это твоё.

Этьен не ответил сразу. Он смотрел на меня словно взвешивал не только мои слова, но и мой потенциал – как партнера, чье мнение, чья поддержка, чьи возможности могли иметь вес в его мире, который он создавал. Искорка на губах стала явной, игривой. Он откинулся на спинку стула, приняв комплимент, но явно переводя разговор в иную плоскость.

– Заслужил… Возможно, – произнес он небрежно, но глаза выдавали волнение. Палец легонько забарабанил по столешнице. Он налил нам вина. Когда Этьен снова заговорил, в его голосе появилась бархатистая, соблазнительная игривость. – Но идея… Она требует вложений. Не только чужих, а именно…хм, семейных. Серьезных вложений от личного партнера.

Я поняла игру мгновенно. Не опустила глаза, ощущая, как легкий румянец разливается по щекам. Но это был не стыд. Это был азарт, страсть. Наклонила голову, изобразив наивное любопытство, которое не обмануло бы и ребенка.

– Ох уж эти инвесторы… Вечно со своими условиями. – Мой голос звучал сладко, с легкой насмешкой. – И что же… твой идеальный партнер должен предложить, мсье Дюран?

Под столом моя нога – совершенно намеренно – на мгновение коснулась его. Легкое, едва ощутимое прикосновение. И тут же я убрала ее.

Этьен замер. Прикосновение не осталось незамеченным. Его глаза сузились, игривая улыбка сменилась откровенной, полной уверенности и взаимного вызова. Он отодвинул стул чуть назад, создавая пространство для маневра.

– Идеальный партнер… – Он сделал паузу, его взгляд скользнул по моему лицу, задерживаясь на губах. – Должен верить. Но не в прибыль. В идею, в человека. Готов погрузиться с головой. Рискнуть.

Этьен встал. Неспешно, с кошачьей грацией. Его тень накрыла меня, как накрывает теплая волна прибоя песок. Этьен не приблизился, остановившись у своего стула, но его присутствие я ощущала всем телом.

– И… быть готовым к близкому сотрудничеству. Очень тесному. Без выходных. – Глаза его смеялись, приглашая продолжить партию.

Я тоже поднялась. Не отступила ни на шаг. Взяла пару тарелок – жест скорее автоматический, предлог собраться с мыслями. Мои движения были плавными, сознательно замедленными, полными скрытого смысла. Я смотрела на него, выдерживая его тяжелый, испытывающий взгляд. Моя собственная сила била ключом внутри.

– Тесное сотрудничество… – Уголки моих губ дрожали, сдерживая улыбку. – Звучит… очень энергозатратно.

Я задержала дыхание на долю секунды.

– Ты уверен, что твоя…хм, верфь готова к такому интенсивному… партнерству?

Я сделала акцент на слове «верфь», глядя ему прямо в глаза. Этьен сделал шаг вперед. Теперь он был близко. Очень близко. Я чувствовала запах моря, впитавшийся в его кожу, легкий аромат древесной стружки. Его голос, когда он заговорил, был почти шепотом, обволакивающим меня.

– Верфь… – Он слегка наклонился к моему уху, не касаясь, но тепло его дыхания я ощущала всем телом. – Готова к любым испытаниям. А моя личная мастерская…

Он подчеркнул слово, и я поняла, что говорит он не о дереве и инструментах.

– …Имеет все условия для глубокого погружения в детали проекта. И обсуждения стратегии… в любое время.

Его голос стал еще тише, интимнее.

Легкая, едва заметная улыбка тронула мои губы. Я с тихим стуком поставила тарелки обратно на стол.

– Переговоры… о деталях стратегии…

Я сделала шаг по направлению к мастерской Этьена, потом обернулась,