И аз воздам - Ирина Чернова

— А разве маги там больным не помогают? — видимо, дурная слава об этом месте была хорошим пугалом, но какой в этом смысл?

— А зачем? — удивилась женщина. — Там тоже кто-то нужен, а те, кто отказался от мага-протектора, могут выйти и оттуда на свободу, если выживут.

— И много оттуда вышло?

— Мужчин — не знаю, а женщин ни одной. Бальор первый бы узнал, коли такое случилось. Год и все, почитай, похоронят. Ну, поняли? — повысила она голос так, что завибрировало в ушах. — Хватит тут нытья, — тон сменился на приказной, — нечего валяться, подымайтесь и быстро за мной.

— Элта, я разведу их, — одернула женщину Тора, — а ты иди в мастерскую, пока Верна высоко. Там тоже глаз за порядком нужен, кто, кроме тебя справится?

Элта подарила нам еще один неприязненный взгляд, но спорить не стала и первой пошла вниз по лестнице, немного переваливаясь с боку на бок. На повороте она вошла в яркий столб света, падающий из окна, и стало хорошо видно, что она в положении.

Топая следом за Торой и Элтой, оставалось лишь поблагодарить Айди и еще кого-то неизвестного, который, как я поняла, поменял меня на другую жертву, оказавшуюся более несчастливой, чем я.

— И-иэх! Ха!

— Ну, ну!

— Давай, Герлет, поддай ему!

— И-иэх! Ах-ха!

— Ну-ка, вдарь еще!

— И-иэх!

Непонятные возгласы обозначили кружок крепких мужиков, в середине которых, поднимая песок и пыль толклись двое, меся друг друга кулаками. Оба были без рубашек, мокрые от пота, но прекращать драку ни один не собирался, а окружающие то и дело подбадривали их свистом и топаньем ногами. Светловолосый парень с широченными плечами потихоньку сдавал своему противнику, темноволосому худому мужчине, несмотря на свою молодость и более развитые мышцы. На ярком солнце было хорошо видно, что у парня уже подбит глаз, течет кровь из разбитой губы и носа, оставляя следы на земле и сам он уже держится с трудом, то и дело вскидывая голову и щеря зубы. Темноволосый лихо увернулся от здоровенного кулака, летящего ему прямо в лицо, крутанулся вокруг себя и со смачным хэканьем ударил парня в скулу так, что у того мотнулась голова в сторону. Видимо, удар был настолько силен, что парень постоял некоторое время в оцепенении, а его противник размахнулся и добавил удар снизу в подбородок, отчего светловолосый рухнул со всего маху на спину, а окружающие завыли и затопали ногами, выражая свое одобрение. Темноволосый передернул плечами, подошел к лежащему и пнул его сапогом в бок.

— Подымайся!

— Все, Герлет, — хлопнул его по плечу один из стоявших вокруг, — спекся он!

— Хорошо ты его уделал, — еще один из зрителей дружески стукнул победителя кулаком в плечо, измазанное кровяными пятнами, — отличная работа.

Кто-то с размаху облил лежащего водой, лежащий очнулся и застонал, а стоявшие вокруг захохотали, тыкая друг друга кулаками. Парень перевернулся на живот и попытался встать на ноги, но ему поддали сапогом под зад и он снова рухнул на землю, подняв тучу пыли.

— Слабак, — сплюнул Герлет, — тащите его отсюда!

Двое из зрителей ухватили парня за руки и поволокли в сторону ближайшего навеса, где бросили его, как куль с мукой. В пыли остался только след от сапог, перемежаемый там и тут каплями крови, быстро подсыхающей на жарком солнце.

— Водой облейте, — Герлет тут явно был за старшего, раздавая приказы, — и пусть к себе валит, нечего тут прохлаждаться. Чего встали? — последнее относилось к зрителям, которые уже отходили от увлекательнейшего зрелища и начинали осматриваться по сторонам. — Тора? — заметил он нас, — уже привезли?

Пока шла драка, Тора не сделала ни одной попытки прекратить это избиение, даже когда парня уже оттащили под навес, к нему так никто и не подошел и теперь он стоял на четвереньках, мотая головой. Подбежавший мужчина со всего маху обдал его ведром воды и розовые потеки мокрыми языками протянулись из-под навеса на открытое пространство двора, где очень быстро стали светлеть. Парень с трудом поднялся по стенке, постоял, уткнувшись в нее лбом, и, шатаясь, двинулся к раскрытой двери. На светлом камне стены остался только темный отпечаток.

— Как видишь, — женщина неопределенно пожала плечами, — пока еще не знаем о них ничего.

— Значит, нас решили порадовать, — Герлет натянул услужливо поданную рубашку на мокрый торс и подошел к нам, встряхивая влажными волосами, — представляться будете, красавицы?

— Геда, — неожиданно кокетливо выдала брюнетка, уставившись на подтянувшихся следом за ним мужиков.

— Перта, — с достоинством представилась девушка.

Айна потихоньку отодвинулась за мое плечо и ухватилась за локоть, выглядывая оттуда и Герлет с любопытством уставился на нее.

— А эти, что, немые? Или считают, что называть своим имена нам не обязательно? Эй, птичка, тебя как кличут-то?

Поскольку я тоже повернулась к Айне, то всех подошедших видела исключительно боковым зрением, которое у меня, как у автомобилиста со стажем, было хорошо развито. Не то, чтобы особые приметы могла описать, но в общих чертах предметы различала и лиц не путала. Особенно это приносило свои преимущества в сумерках, когда надо было уловить малейшее движение и я часто пользовалась этим интересным свойством в щекотливых ситуациях, делая вид, что смотрю в другую сторону.

— Герлет, не пугай ее, — вступилась за Айну Тора, — до тебя Лион ей страхов наговорил, так она из повозки вылезать боялась.

— Ничего, привыкнет, — хмыкнул тот, — не маленькая, раз сюда отправили. А эта глазастая чего молчит, тоже напуганная или мы тебе не по нраву? — дернул меня за рукав мужик. — Морду-то повороти к нам, а то отвернулась…

Поворотила, как прошено, только вот лица моментально смазались и превратились в светлые размытые блики с темными провалами глаз, как будто я смотрела на них сквозь матовое стекло… ни одной черты ни разглядеть, как ни старайся. На Герлета такая реакция или на всех? Переводя взгляд на остальных, попыталась сфокусировать зрение на ярком солнце, но потерпела полную неудачу. Ну вот еще какая-то напасть на мою душу…

С того момента, как я пришла в себя, лица людей, с которыми мне довелось разговаривать, расплывались перед глазами, но я сочла это несущественным — под веками что-то царапалось сухим песком, в сумрачном помещении и так было плохо видно, а на ярком свету глаза заслезились и заболели, вдобавок от слез начало щипать и жечь… словом, упадок зрения я отнесла к временным неприятностям, которые имеют свойство проходить. В лица попутчиц я не всматривалась, на встречающих тоже не особо пялилась, вот и получилось, что Герлет, по сути дела, был первым, с кем я начала говорить. Значит, что-то с глазами у меня не в порядке и не усталость тому виной… для проверки я попыталась присмотреться к Торе и совершенно нормально разглядела ее лицо… разглядывала до тех пор, пока она не посмотрела мне в глаза, потому что результат был такой же — размытое пятно вместо лица и все. Вижу лица, пока не встречаюсь взглядом?