Новобранец. Служба контрмагии (СИ) - Александр Тув

Правда, среди горожан упорно циркулировали лишенные всяких оснований слухи, что услугами банщиков пользуются не только вдовы, а банщиц не только вдовцы, но оставим этот вздор на совести распространителей подобных нелепиц.

Всю эту, в высшей степени, познавательную информацию сообщил компаньонам Авлос. Кстати, он и был одним из распространителей этих нелепых слухов про банщиков и банщиц, причем он пошел гораздо дальше в своих домыслах, уверяя что услугами банщиков пользуются не только почтенные матроны, но даже их юные дочери… если их конечно оставить без присмотра. Оставив все эти россказни на его совести, а его самого дремать на облучке, компаньоны направились ко входу в здание, расположенное непосредственно около устья, и омываемого, по этой причине, наиболее чистой речной водой.

— Счастлив приветствовать досточтимых пиров в Царской Купальне! — На пороге здания, чем-то напоминавшем сказочный теремок, перед компаньонами предстал крупный, черноволосый и чернобородый человек в белом хитоне, или в простыне обмотанной вокруг тела… иди знай — ни Шэф, ни Денис не были экспертами в области высокой моды и однозначно определить простыня это, или хитон, им было затруднительно. Для себя, Денис решил считать это — хитоном.

— А уж как пиры-то счастливы! — осклабился в ответ Шэф. — Любезный…

— Ставрас, я, — ласково улыбаясь на удивление белозубой улыбкой представился чернобородый, — распорядитель…

… ишь зубища какие… прямо Голливуд…

… а в основном народец гнилозубый…

… что и неудивительно — средневековье — с…

… дефицит стоматологов… мать их!..

— Это замечательно, уважаемый Ставрас! — не менее ласково улыбнулся верховный главнокомандующий. — Что ты можешь предложить двум усталым, грязным путешественникам? Северным… — он сделал паузу, — так сказать… варварам.

— Не испытывающим материальных затруднений? — вкрадчиво поинтересовался бородатый.

— А это зависит от расценок… — не менее вкрадчиво отозвался главком. После этого ответа, командор и распорядитель уважительно улыбнулись друг другу, словно два профессионала, обменявшихся подачами, или ударами, или уколами, — не важно чем. Важно, что каждый почувствовал руку такого же мастера.

— Прошу! — Ставрас сделал широкий жест сеятеля, приглашая северных варваров проследовать внутрь купальни.

После осмотра «местных достопримечательностей», Шэф выбрал один из «люксов». Главным его достоинством было, кроме двух огромных мраморных ванн, наличие выхода к реке. Без этой дополнительной опции было бы невозможно качественно вымыть шкиры — непременным условием для этого была проточная пресная вода.

— Стирать сами будете? — полюбопытствовал Ставрас, окидывая опытным взглядом запыленные камзолы и штаны путешественников, а так же выразительно поводя носом — что правда, то правда фиалками они не благоухали. Вины компаньонов в этом не было, — судя по всему, одежда не стиралась с момента пошива, а особой тяги к чистоте прежний владелец, скорее всего не испытывал, и уж болезненно чистоплотным точно не был. И опять же, можно ли поставить это ему в вину? — Вряд ли. Средневековье в целом, а уж быт моряка в частности, даже такого высокопоставленного, как капитан «Арлекина», особых возможностей, а если говорить прямо — то никаких, для соблюдения современных гигиенических норм, не предоставлял. Правда, капитан не пренебрегал парфюмерией, — для того она и была создана, — чтобы перешибать неприятные запахи, но как справедливо заметил мудрый руководитель, когда они с Денисом впервые извлекли «парадные мундиры» на свет Божий: «если говно полить духами, то будет не запах духов, а запах говна политого духами… а это еще хуже…»

— Не сопрут? — с интеллигентной улыбкой поинтересовался Шэф, на что управляющий сделал лицо типа: «Раньше небо упадет в Дунай, чем русские возьмут Измаил!» — Ну — ну… отвечаешь! — продолжил верховный главнокомандующий уже серьезно, и видимо он на секунду показал чернобородому свое истинное лицо, потому что тот сразу как-то подобрался, и если раньше его почтительность была какая-то несерьезная — театральная что ли… чувствовалось, что он играл в почтительного управляющего заведением, то теперь он глядел на Шэфа с полным уважением, безо всякой игры.

«У меня так не получится…» — с завистью подумал Денис.

«Учись, студент!» — то ли подколол, то ли всерьез посоветовал внутренний голос.

— Банщицы?.. — то ли спросил, то ли предложил Ставрас. Причем спросил таким нейтральным тоном, чтобы в любое мгновение можно было как обратить предложение в шутку, если клиент знатный пуританин и спит только с законной супругой и то в кальсонной паре, так и услышать в ответ: «Банщики!»

— А как же! — подмигнул ему Шэф, как бы говоря, что не стоит принимать его так уж всерьез, но бородатый, судя по всему, был человек опытный, повидавший виды, и взглянув на мгновение в глаза командора чуть глубже, твердо решил что этого клиента надо принимать именно, что всерьез… целее будешь.

— Каких предпочитаете: толстых, худых, рыжих, брюнеток…

— Приводи всех, на месте разберемся. — На секунду у Ставраса возникло желание сказать, что так не делается… не положено мол… не принято так в Царской Купальне, но взглянув в улыбчивое лицо главкома, он только молча кивнул.

Как только чернобородый распорядитель скрылся за дверью, компаньоны достали денежки из карманов своих камзолов и убрали в рюкзаки, а верховный главнокомандующий достал свое «волшебное» нанотехнологическое колечко.

— За каким?.. — удивился Денис, увидев что Шэф натягивает на палец перстенек из светлого металла, украшенный невзрачным черным камнем.

— За таким! Сейчас повожу у них между ног… у которой будет синий цвет — можно! Красный — нельзя! Ясно?

— Клево! — восхитился Денис. — Где взял?

— Ларз подарил.

В ответ, Денис только завистливо покачал головой.

Ставрас привел восемь молодых, достаточно привлекательных, девиц, одетых в пресловутые простыни — хитоны. Шэф, ничтожно сумняшеся, произвел незаконный осмотр, под хихиканье вышеупомянутых тружениц банно — прачечного треста. Результаты тестирования были неутешительными — восемь красных «карточек».

— Ты что, заразить нас решил? — нехорошо прищурившись, спросил командор у побледневшего распорядителя Царской Купальни, после того, как ласковыми шлепками выпроводил девиц за дверь. А побледнел Ставрас вот от чего… Он не был коренным горожанином, происходил из маленького клана, — скорее даже просто большой семьи, кочевавшей среди множества себе подобных в Великой Степи.