Бессмертное желание - Линси Сэндс

Ли подозревала, что это всего лишь защитная маска, способ держать других на расстоянии. Вообще порой это бывает очень действенно. В работе ей и самой приходилось натягивать подобную маску, чтобы не допускать фамильярности и панибратства. Чтобы держать дистанцию, она нередко изображала холодность и даже, можно сказать, вела себя, как стерва, хотя такое поведение совсем не в ее натуре. Но в ее случае это было вызвано необходимостью, а вот зачем Люциану такой защитный «панцирь» — совершенно непонятно.

Отвлекшись от данной темы, Ли продолжила соображать, что еще она могла бы о нем сказать, но в голову лезла только мысль о том, что он выглядит чертовски соблазнительно в полуобнаженном виде.

— В полуобнаженном? — с интересом спросила Маргарет.

Ли захлопала ресницами. Неужели она это произнесла? Дурацкая привычка — размышлять вслух. Обычно, когда она бормотала себе что-то под нос, ее слова вряд ли кто-то мог разобрать, но Маргарет, судя по всему, была такой же бессмертной, как и Люциан, и, естественно, обладала исключительным слухом.

— Ли, — позвала Маргарет, нарушив неловкое молчание.

— Да? — настороженно отозвалась она.

После непродолжительной паузы Маргарет заговорила:

— Возможно, Люциан кажется грубым и ворчливым, но, поверь мне, он хороший человек. Мой муж, его брат-близнец, говорил, что Люциан, пока не потерял жену и детей, был очень веселым, постоянно шутил и улыбался. Я уверена, что вся его мрачность — это напускное, стремление держать окружающих на расстоянии.

Ли снова удивленно заморгала. О том же она подумала и сама пару минут назад.

— У него были жена и дети?

— Да… Очень давно, еще до того, как я вышла замуж за его брата.

Чуть помолчав, Ли спросила:

— Почему вы мне об этом рассказываете?

— Потому что он не способен тебя читать.

— Не понимаю.

— Естественно. — Маргарет вздохнула. — Тебе еще многое нужно узнать, и по телефону всего этого не рассказать. Но ты не беспокойся, я обо всем позабочусь. Я позвоню своей дочери, и она разъяснит тебе все, что нужно. Наверное, так будет даже лучше. Люциан — мужчина, и он вряд ли понимает, что наиболее важно для нас, женщин.

— Хорошо, — отозвалась Ли.

— Я позвоню ей сразу же, как мы закончим разговор, ну а пока можешь быть абсолютно уверена, что находишься в полной безопасности и все будет замечательно. Договорились?

— Да, — откликнулась Ли. — Спасибо.

— Ну ладно, сейчас кладу трубку и сразу же звоню Рейчел. Скоро ты ее увидишь. Можешь пока сварить кофе, она его обожает.

— Хорошо.

— В общем, добро пожаловать в наше семейство, — сказала Маргарет и отключилась, оставив Ли в некотором недоумении.

С полминуты она слушала доносившееся из трубки гудение, затем вернула ее на место. Еще около минуты она просто стояла, не зная, что делать. Потом вспомнила совет Люциана поискать в шкафу какую-нибудь одежду. Тогда, после душа, она постеснялась копаться в чужих вещах и предпочла надеть висевший в ванной махровый халат, но теперь ей казалось, что к приезду упомянутой Рейчел лучше быть облаченной во что-то другое — так она будет чувствовать себя комфортнее, если только не окажется, что она натянула вещи этой самой Рейчел.

В некотором сомнении Ли прошла к шкафу, открыла дверцы и испытала облегчение, обнаружив на плечиках и полках исключительно мужскую одежду. Что ж, будет даже предпочтительней, если она позаимствует что-нибудь у Люциана. Уж лучше напялить мужские вещи, чем встретить Рейчел в ее собственном наряде, взятом без разрешения.

Просмотрев содержимое шкафа, Ли выбрала штаны для бега трусцой и довольно просторную тенниску. Конечно, она просто утонет во всем этом, но штаны по крайней мере имеют пропущенный по поясу шнурок, так что не свалятся, если его как следует затянуть.

С выбранными вещами Ли поспешила в ту комнату, которую уже считала своей, и, скинув халат, быстро переоделась. Как и следовало ожидать, футболка и штаны оказались непомерно большими, но она затянула на поясе шнурок и, удовлетворившись результатом, отправилась на кухню. Неизвестно, сколько времени оставалось до прибытия Рейчел, но приготовлением кофе можно было заняться прямо сейчас.

Как оказалось, кухонные шкафы отнюдь не ломились от припасов — на полках были лишь соль, перец, мука и сахар. В холодильнике имелись кое-какие соусы и приправы, что же касается других продуктов, то они, к удивлению Ли, отсутствовали.

То, что ей нужно, она обнаружила, просмотрев выстроившиеся на столе контейнеры из нержавеющей стали. Первый содержал в себе сухое молоко, второй — пакетики чая, третий — сахарный песок, и, наконец, в четвертом, самом большом, хранился кофе.

Загрузив и включив электрическую кофеварку, Ли стала прохаживаться по кухне, одолеваемая вопросами, которые следовали друг за другом, словно солдаты в строю. Если они не проклятые, то кто же тогда? И какой теперь будет ее жизнь? Она прекрасно понимала, что Люциан устал, однако до чего же трудно терпеть, пребывая в неведении, и дожидаться Рейчел, когда он и сам может ответить на ее вопросы.

Как только кофеварка звякнула, извещая о готовности кофе, Ли покинула кухню, проследовала по коридору и, открыв входную дверь, выглянула наружу.

Никаких признаков чьего-либо присутствия… Протянувшаяся вдоль дома подъездная аллея пустовала, на дороге также не было видно приближающихся машин. Скрипнув зубами, Ли оглянулась на лестницу.

Скорее всего Люциан уже помылся. И вполне возможно, ощущение чистоты и свежести сделало его более разговорчивым.

Повернув голову, Ли еще раз глянула на дорогу. Какие-либо транспортные средства в пределах видимости по-прежнему отсутствовали. Ну что ж, тогда она нальет сейчас две чашки кофе и, если Рейчел так и не появится, поднимется с ними наверх и попробует получить у Люциана кое-какие разъяснения.

Глава 7

Зайдя в комнату Люциана и не услышав из ванной шума воды, Ли сочла это хорошим знаком. Должно быть, он, как она и надеялась, уже закончил мыться. И только прикрыв ногой дверь и окинув взором пустую комнату, Ли осознала свою опрометчивость — ведь она могла застать Люциана в одном полотенце вокруг бедер, а то и вовсе голым! Это было бы очень неловко. По крайней мере для него. При мысли о подобной возможности в ее сознании возникла весьма яркая картина, а щеки вспыхнули. Однако отнюдь не от смущения. «Да, этот мужчина опасен, когда разгуливает, выставив напоказ свою мускулатуру», — подумала она, вспомнив, как Люциан стоял на кухне в одних джинсах, с обнаженным торсом.

Отогнав воспоминания и порожденные ими мысли, Ли прошла через комнату и опустила принесенный поднос на прикроватную тумбочку. На подносе стояли две чашки кофе, сахарница и банка с сухим молоком — не зная, какой кофе он предпочитает, она захватила все, что может понадобиться.