Жажда безумия (ЛП) - Пирс Р. К.

— Я не уверен, — признаюсь я, проводя пальцами от ее плеча к локтю и обратно. — Боюсь, что все мои друзья уже встретили свою смерть, и страшусь узнать, кто, если вообще кто-то, еще жив. Но если бы мне пришлось выбирать, я, наверное, пошел бы искать Эббота.

— Эббота?

— Ты, возможно, знаешь его как Белого Кролика, — объясняю я, вспоминая этого трусливого ублюдка. Если повезет, он где-то прячется, вероятно, лучше, чем большинство, и его будет трудно найти. Он знает о Стране чудес больше, чем кто-либо другой из тех, кого я знаю. Если существует какой-то секрет, чтобы собрать остальных чудаков и победить монстров, он его знает. Просто он слишком напуган, чтобы действовать.

— О, — ее глаза загораются. — Да, мы можем искать его следующим. А что насчет Гусеницы? Королевы? Что с ними случилось?

Я пожимаю плечами.

— Замок захватили в самом начале, солдаты королевы стали марионетками тьмы. Некоторые присоединились к врагу добровольно, других уговорили. Пока что ты видела монстров только в их естественной форме. Ты не видела, на что способна их темная магия.

Она злая и способна управлять сознанием. Я видел это однажды, солдат был одержим чем-то темным, чем-то злым. Не знаю, могут ли они все это делать, или есть разные виды с разными силами. Трудно узнать что-то полезное, когда все время тратишь на то, чтобы убегать от них.

— Ты правда думаешь, что у нас вообще есть шанс? — спрашивает она.

Я провожу кончиками пальцев по ее фарфоровой коже, поднимая их к ее челюсти, обводя щеку.

— Я в любом случае не собираюсь сдаваться. Я буду сражаться так долго, как смогу, со всей силы, но мне нужно знать. Ты правда думаешь, что у нас получится?

Я колеблюсь, понимая, что мои следующие слова могут либо полностью укрепить, либо окончательно сломать ее волю продолжать. Она может говорить, что будет сражаться, но ее вопрос говорит об обратном. Ее вера разрушена, и ей нужен кто-то, кто будет верить за нее. Не так важно, что думаю я сам, а я думаю, что мы закончим как Грифон и Шляпник, если продолжим этот путь, как важно то, что ей нужно услышать.

Глядя в ее темные глаза, я вижу в них безмолвную мольбу. Я сделаю все, что ей нужно, стану тем, кем ей нужно, и сейчас ей нужно, чтобы я верил. В нее, в нашу миссию, в спасение Страны чудес.

Она нуждается во мне, и я ненавижу то, как сильно мне это нравится.

— Сколько вещей в этом мире ты видела, которые казались невозможными?

— Десятки, — она тихо смеется. — Может, сотни. Почти все в Стране чудес невозможно.

— Но ты их видела, — бросаю я вызов, останавливая пальцы под ее подбородком. — Значит, они не такие уж и невозможные.

Ее губы приоткрываются, на миг притягивая мое внимание, я думаю о том, каково это, если они окажутся прижатыми к моим, и ее лицо чуть светлеет. Я вижу, как в ее голове начинают крутиться шестеренки, как она цепляется за мои слова.

— Я не стану лгать и говорить тебе, что это будет легко, — продолжаю я, сопротивляясь невидимому притяжению, которое тянет меня ближе к ней и умоляет сократить расстояние между нами. — И не скажу, что мы не должны жить так, словно наши дни сочтены. Но я знаю, что в Стране чудес не существует понятия «невозможно». Я верю, если кто-то и сможет нас спасти, то это ты, Алиса.

— А если я не смогу? — ее голос становится шепотом. — Если я всех подведу, и тьма уничтожит Страну Чудес?

— Тогда для меня будет честью сражаться рядом с тобой.

Из-за близости и разговоров о надвигающейся гибели я умираю от желания прикоснуться к ней. Я хочу, чтобы ее губы прикоснулись к моим, а мои руки исследовали каждый сантиметр ее тела, как будто это мое последнее желание. Это последнее, что мне нужно, прежде чем отправиться в бой и встретить почти верную смерть, а ее небольшая улыбка только разжигает мое желание.

Я смотрю в ее карие глаза, и все вокруг исчезает, будто ничего больше не существует. Ни монстров, ни войны, ни опасности. На мгновение остаемся только мы, и я больше не в силах сопротивляться желанию поцеловать ее. В этом больше нет смысла. Не колеблясь, я наклоняюсь и прижимаю губы к ее губам, уступая тому, чего хочу больше всего на свете в этот момент — Алисе.

Глава 18

Алиса

Сначала я слишком ошеломлена, чтобы отреагировать, дыхание застревает в легких, а сердце взрывается. Я могла бы предвидеть, что окажусь в постели с Дионом после нашего поцелуя в доме Чеса, но осознание того, что у Чеса такие же намерения, становится приятным потрясением. С того самого момента, как я увидела его, когда он вышел из тюремной камеры, то знала, что хочу его, но не понимала, как сильно. Однако теперь, когда его рот на моем и его рука скользит вокруг моей талии, я знаю ответ: я хочу его всего.

Он раздвигает мои губы языком, проникая внутрь, чтобы переплести с моим. Я поражена тем, как мы двигаемся в идеальном унисоне, словно делали это тысячу раз раньше, но это только убеждает меня, что все правильно. Даже если наша связь всего лишь на одну ночь, я наслажусь каждой секундой. Может быть, это наша единственная возможность. Не факт, что завтра будет, особенно учитывая, что мы отправляемся на поиски Белого Кролика и, вероятно, встретим новых монстров.

Это может быть мой единственный шанс потерять девственность, прежде чем умереть, и я собираюсь воспользоваться им без колебаний.

Чес невероятно силен, твердые мышцы его тела разжигают мое желание, когда он притягивает меня к себе. Я уже представляю себе все, что он собирается со мной сделать, но не хочу спешить. У нас в распоряжении вся ночь, если только не случится чего-то ужасного. И если это единственный раз, то хочу, чтобы все было идеально.

Он стонет мне в губы, закидывая мою ногу себе на бедро, моя кожа покрывается мурашками, а киска пульсирует. Я еще даже не сняла одежду, но уже чувствую, что намокла для него. Мое дыхание сбивается, когда он перекатывается и тянет меня сверху на себя, и я ощущаю твердость его члена, прижимающегося между моих бедер.

— Ты этого хочешь? — спрашивает он, одной рукой притягивая меня за шею, для нового, ошеломляющего поцелуя. Он подает бедра вверх ко мне, и трение о мою киску посылает крошечные импульсы удовольствия по телу.

Мое тело горит, отчаянно желая прикосновений и отдаться этому мужчине, но робкий голос в глубине сознания напоминает мне, что я не имею ни малейшего понятия, что делаю.

— Я… — я колеблюсь, размышляя, не изменится ли его решение, если скажу правду. В любом случае, я могу соврать и сказать, что это не мой первый раз. Теоретически у меня есть представление, как все происходит, но мои навыки могут не оправдать его ожиданий. Когда он снова поднимает бедра, заставляя мои мысли кружиться от вожделения, я решаю, что лучше быть честной. — Я никогда этого не делала.

Он замирает, его тело напрягается под моим, и я боюсь, что совершила ошибку. Он отстраняется, смотрит на меня с растерянным выражением лица, от чего жар обжигает мое лицо. Почему так стыдно говорить вслух, что я девственница? Раньше этот факт меня никогда не беспокоил, но теперь, когда он наконец стал иметь значение, он кажется существенным.

— Никогда?

Я качаю головой, внутри меня все сжимается от нервов, пока я пытаюсь понять его реакцию.

— Это проблема?

— Конечно, нет.

Он снова прижимается губами к моим, его руки скользят по моей спине. Он хватает меня за задницу, сжимая и притягивая к своему твердому члену, заставляя мою киску еще больше намокать.

— Я буду делать все медленно.

Я киваю, закрывая глаза, когда он целует мою шею, посасывая нежную кожу под моим подбородком. Прошло слишком много времени с тех пор, как я была близка к сексу, и каждый сантиметр моего тела вибрирует от предвкушения, готовый к его исследованию. Я знаю, что он сказал, что будет делать все медленно, но, если он не поспешит, я могу не выдержать всего давления, нарастающего внутри меня.