Затруднение Джареда - Кей Хупер

В этот четверг ночью, Морган с трудом, отговорила себя от обычного поиска Куинна. Она занялась документами и посмотрела позднее кино, затем приняла душ и переоделась в обыкновенную и удобную ночную рубашку. Девушка потратила немного времени, проверяя свою шкатулку с драгоценностями и изучая пылающий, квадратный камень кольца. Сказала вслух несколько сердечных слов о вероятной родословной Куинна, и, слегка выпустив пар, легла спать.

Когда она проснулась, светящийся дисплей ее будильника показывал 2:20 ночи. Было очень тихо, но Морган настороженно застыла под одеялом и напряженно прислушивалась. Что-то разбудило ее, она знала это. Что-то…

Вот. Слабый шум из прихожей. Царапающий звук, затем очень мягкий скрип, похожий на скрип половицы под чьим-то весом.

Девушка придерживалась радикальных взглядов на оружие, хотя и считала, что огромному большинству людей, владеющих оружием, вероятно, нельзя доверять и рогатку, полагая, что всякий, кто держал оружие и ребенка любого возраста под одной крышей — виновен в преступной небрежности.

Но Морган была самостоятельной слишком долго, чтобы глупо рисковать, и поэтому научилась у специалистов обращаться с оружием, а потом купила автоматический пистолет, чтобы хранить в квартире. Два раза в месяц она ходила в тир и старательно практиковалась в меткости. Фактически, девушка была первоклассным стрелком.

Так что, почти рефлекторно, она тихо соскользнула с кровати, бесшумно открыла ящик тумбочки, и достала оружие. Потом также рефлекторно сняла предохранитель большим пальцем и опытно крепко сжала пистолет двумя руками.

Конечно, было бы более умно прокрасться в ванную с пистолетом и мобильным телефоном, который также лежал на тумбочке около кровати, запереть дверь, и вызвать полицию. Но Морган даже не подумала об этом. Вместо этого она пошла на цыпочках к двери спальни, напряженно прислушиваясь и пытаясь действовать бесшумно.

Коридор был коротким, и она прижалась к стене как раз у гостиной, обшаривая взглядом, погруженную во тьму комнату, в поисках любого признака движения. Там… у окна. Это была только неясная тень, но раньше ее не было.

Прижимаясь к стене для укрытия, Морган зафиксировала взгляд на тени и жестким голосом предупредила:

— У меня оружие. И, поверьте мне, я его использую.

— Я верю тебе. — Голос был глубоким, мужским, и немного сухим. — И так как американские власти еще не назначили цену за мою голову… Я бы, предпочел, чтобы ты не делала этого. Стрельба в меня за награду имеет прекрасный смысл, но я не вполне готов к убийству из милосердия.

Она резко обмякла.

— Куинн.

— Не надо говорить с таким отвратительным облегчением, Моргана — укорил он её еще более сухим голосом. — Я, возможно, и не кровожадный злодей, но ты должна, по крайней мере, считать меня умеренной угрозой. Я — известный преступник, в конце концов.

 Ты — сумасшедший.

От облегчения она непроизвольно, опустила пистолет к полу дулом вниз щелкнув предохранителем. Морган вошла в гостиную и положила оружие на столик у стены, затем включила, стоявшую на нем лампу.

Минуту ее глаза приспосабливались к внезапному свету, но когда привыкли, девушка обнаружила Куинна около окна, его руки в перчатках, отдыхали на высокой спинке ее кресла для чтения. Более разочарованная, чем хотела признаться себе, Морган отметила, что его обычный абсолютно черный костюм взломщика включал лыжную маску, скрывающую лицо. Зачем он закрыл от нее свое лицо, она ведь уже видела его?

— Что ты здесь делаешь? — требовательно спросила Морган.

— Случилось так, что я был по соседству — пробормотал Куинн.

Морган сделала шаг к нему, затем другой, нахмурилась. Мужчина оставался на месте, и ей показалось, что Куинн был слишком напряжен. Было что-то неправильное в том, как он говорил.

— О, неужели? Случилось так…. И ты только поднялся по моей пожарной лестнице и выбил замок на окне?

— Паршивый замок — сказал он, тихим, почти нечленораздельным голосом. — Ты должна поставить другой.

Позднее, Морган не была уверена, в какой момент поняла, что же случилось. Она поспешно двинулась, быстрыми шагами покрывая расстояние между ними. Возможно, это был чистый инстинкт, сказавший ей, что не так — примитивное ощущение крови и слабости — но девушка знала с абсолютной уверенностью, ему ужасно больно, и как только подошла ближе, это стало очевидным.

— Никакой полиции, Моргана — пробормотал Куинн тихим, невнятным голосом. — Доктора должны сообщать о таких ранах.

Он пошатнулся, и Морган едва успела вовремя добежать, чтобы помешать его голове удариться о пол, когда мужчина упал.

— Куинн? Куинн? — На его черном свитере, высоко на груди слева, показалось маленькое влажное пятно. Расползавшееся пятно. И когда Морган стянула лыжную маску, то увидела худое, красивое лицо, ставшее бледным, как смерть, покрытое капельками пота. Его тело было ледяным. Глаза закрылись.

Девушка никогда не чувствовала такого ледяного страха, но обучение первой помощи вступало в права, первым делом, она нащупала пульс на его шее. Его сердце билось, но слабо, и ритм был рваным; он входил в шоковое состояние.

Мужчина был слишком тяжел, чтобы она могла перенести его. Держи тело в тепле и подними ноги, сказал ей хладнокровный внутренний голос, который Бог знает, откуда взялся. Девушка стянула тяжелое одеяло со своей кровати и накрыла Куинна, затем осторожно подняла ему ноги, пока они не оказались перекинуты через низкую подушечку. Морган не хотела смотреть на рану, но знала, что это необходимо, и последние слова, которые пробормотал Куинн, звенели в ушах. Нельзя вызывать доктора, потому что врачи должны сообщать о насильственных ранах в полицию — а полиция давно разыскивает Куинна.

Даже в таком случае, с абсолютной уверенностью Морган знала, что всегда предпочтет живого Куинна в тюрьме, мертвому Куинну, остающемуся загадкой для полиции; и если возникнет необходимость принять подобное решение — она уже приняла его.

Аккуратно разрезав свитер ножницами для шитья, Морган обнажила рану. Девушка не очень— то в них разбиралась, но была уверенна, что видит перед собой пулевое ранение. Одного взгляда было достаточно. Сделав толстую прокладку из нескольких чистых лоскутов ткани, борясь с тошнотой, мягко прижала ее к тихо кровоточащей ране. Прохладный внутренний голос в ее голове остался спокойным.

Все не так плохо. Кровотечение почти остановилось. Если нет выходной раны… Подсунув руку под его плечо, Морган не знала, должна ли чувствовать облегчение от того, что пуля все еще оставалась в его теле. Пуля не возле сердца или легкого. Так кажется.