Затруднение Джареда - Кей Хупер

— Ты уверена, Дани?

— Что хочу тебя? Да, уверена.

Мужская рука поднялась с бедра, и сжатые пальцы вытянулись, Джаред коснулся ее щеки. Даника поворачивала голову, пока ее губы не коснулись шершавой теплоты ладони.

С хриплым стоном, Джаред притянул ее в свои объятия и накрыл ее рот. Даника растаяла, прижавшись к нему, ее руки скользнули вокруг его шеи, а губы жадно раскрылись под нажимом рта. Желание прошло по ней с настоящим жаром чистой энергии, эта сила была изумительной.

Она удивленно поняла, что это был не просто поцелуй. Это было сродни взрыву. Прямо как тогда в музее, несколько дней назад, когда он занимался с ней любовью, доведя ее желание до лихорадочного пика. Теперь он не был отстраненным или безразличным, не просил ее ответа, и в нем не было ничего, похожего на спокойствие.

— Боже. Дани, — прошептал он ей в губы. Лицо мужчины было настолько напряжено, что казалось маской, и эта маска пылала таким голодом, словно в гримасе боли.

Даника дотронулась до его лица дрожащими пальцами, когда их дыхание смешалось, внутри нее все встрепенулось в почти болезненном ожидании. Вот это Джаред и подразумевал, когда заявил, что она была слишком молода, чтобы полностью ответить ему, пока они были женаты, потому что Даника не припоминала подобной настойчивой потребности.

Ее сердце быстро и сильно билось, как будто девушка была почти на финише ужасного марафона, или гонки, в которой ей следовало победить, чтобы жить. Она не могла сказать ни слова, но чувствовала, что сойдет с ума, если он сейчас же не займется с ней любовью.

Джаред резко вздохнул, и снова поцеловал ее, медленное проникновение его языка было настолько эротичным, что Даника всхлипнула и снова закрыла глаза, испытывая голод. Ее груди были болезненными, горячими и налившимися. А она хотела умолять его коснуться их руками, избавиться от ее свитера и лифчика, и от всего остального из-за того, что одежда была невыносимой, Даника желала быть обнаженной в его объятиях.

Девушка почувствовала, как рука скользнула под край свитера, прошла по позвоночнику, что заставило двинуться навстречу его прикосновению также эротично, как двигается кошка, когда ее гладят — чувственно и бездумно. Она еще сильнее прижались к его твердой груди, и захныкала, словно моля о чем-то.

Джаред что-то пробормотал, но Дани не смогла этого понять, он на мгновение крепко прижал ее к себе, как будто хотел, чтобы их тела стали единым целым. И снова двинулся, все еще целуя. Крепко держась за него, губы к губам в дикой ласке, девушка почувствовала, как ее поднимают с дивана. Потом, почти сразу же, ощутила толстую поверхность ковра под собой, когда ее опустили на пол.

Если ей нужно было доказательство того, что Джаред ее хочет, это крайнее нетерпение явно доказывало. Он не собирался, да и не мог ждать, чтобы добраться до спальни. Данике больше не нужны были доказательства, и так как ее потребность была такой же, стало все равно, где они находятся.

Джаред наклонился к ней, когда она открыла глаза, его голос был дрожащим шепотом. — Мне необходимо тебя увидеть…

Он схватил край ее свитера и потянул, стягивая, она подняла руки вверх, чтобы помочь ему.

Руки девушки оказались свободными, она потянулась к нему, нащупывая пуговки рубашки. Мужчина почти сорвал ее, горящие глаза смотрели на Данику, и как только рубашка была отброшена, он наклонил свою голову к ней.

Дани почувствовала, как его рот двигается между грудями, как руки скользнули в поисках застежки лифчика, и ее ногти впились ему в плечи, когда Джаред снял и отбросил шелк, чтобы оставить ее обнаженной до талии. Девушка смотрела на него, когда он поднял голову, и выражение его лица, то, как он смотрел, вызвало в ней новое, острое желание.

Желание. Потребность. Настолько сильный голод, будто голодная смерть, впивалась когтями, требуя пищи.

Джаред дрожал, Даника это чувствовала. Дрожал так же, как и она. Также потерял контроль, как и она. Его рука трепетала, когда накрыла ее грудь, массируя и лаская, заставляя стонать и выгибаться навстречу прикосновению. Волны обжигающего удовольствия прокатились по Данике, став даже более напряженными, пока он ласкал и мучил ее, и когда его рот жарко накрыл ноющий сосок, это ощущение было настолько острым, что девушка могла только корчиться в молчаливом удовольствии, и цепляться за него с мольбой.

Мужчина тяжело дышал, его тело было жестким от напряжения, но Джаред был слишком покорен ею и ее отзывчивостью, чтобы спешить с занятием любовью, несмотря на дикие требования его собственного желания. Ее груди, округлые и налившиеся от страсти, идеально подходили его рукам, бархатные, розовые соски были настолько чувствительны, что пульсировали у него во рту. Ее золотая кожа была нагретым шелком, а горловые стоны желания стали самым сильным афродизиаком, который он когда-либо знал или представлял.

Ему нужно было видеть ее всю, касаться ее. Резко снимая ее удобные брючки, Джаред одновременно освободил ее и от туфель. На Данике остались только изящные, бежевого цвета трусики, тонкий материал которых порвался под его нетерпеливыми пальцами, когда он от них избавлялся.

Дани смотрела на него. Огромные, темные глаза были влажными и бездонными. Ее губы, опухшие и покрасневшие от силы его страсти, раскрылись и трепетали, а дышала она также быстро, как и он. Милостивый Бог, она была прекрасна.

Он снова накрыл ее рот, глубоко лаская и призывая её язык к немедленному ответу. Джаред целовал ее груди, пока она не застонала в его рот, потом скользнул рукой по ее дрожащему животу. Рука накрыла мягкие, темные кудряшки, а пальцы нырнули между бедер. Издав дикий, гортанный стон, Даника выгнулась, а ее ноги резко раскрылись для него.

Джаред подумал, что его сердце может вырваться из груди, так стремительно оно билось, и это было больше, чем он мог вынести, чтобы продолжать касаться ее медленно и нежно, но сильное удовольствие от ее возбуждения совершенно и полностью компенсировало растущую боль от сдержанности. Он касался мягких, женственных складок, погружал пальцы в ее влажное тепло, найдя и лаская крохотный, чувствительный комочек плоти.

Бедра Даники поднимались навстречу его прикосновениям, инстинктивно и волнообразно. А ее рот под его губами раскрылся еще шире. Джаред поднял голову, принеся в жертву удовольствие от ее губ такому же полному удовольствию от наблюдений за ее лицом, навязчиво красивым в своем поглощении и потребности в страсти. Он ритмично ласкал ее, на минуту остановившись, чтобы скользнуть пальцем глубоко в нее, и громко простонал от невероятно тепла и плотности, потом медленно отступил, и продолжил свои ритмичные движения.