Затруднение Джареда - Кей Хупер

— Дани, прости, что разбудил, — голос Макса был как всегда тихим и спокойным. — Но если Джаред здесь, мне нужно с ним поговорить.

— Минутку, — она потянулась и включила лампу, поморгав немного от яркого света, потом села. Ее казалось, что глаза полны песка, а голова набита ватой.

Джаред приподнялся, полностью проснувшись быстрее Даники, потому что его работа заставила привыкнуть к предрассветным звонкам.

— Какого черта? — пробормотал он.

— Это тебя, — она протянула ему трубку и бессознательно опустилась на живот. — Это Макс.

Джаред нахмурился, его взгляд стал острым, и странным образом тревожным, а голос резким, когда он заговорил.

— Макс, что такое?

Даника не услышала ответа, но полностью проснулась, когда увидела, как лицо Джареда побелело.

— Насколько плохо? — резко спросил он, и каков бы ни был ответ, он только превратил его посеревшее лицо в камень. — Где? Какого черта… ладно. Да, я знаю адрес. Я буду там через полчаса. Верно.

Выпрямившись, Джаред наклонился над Даникой, чтобы положить телефон, потом немедленно отбросил покрывало, и встал с постели.

— Джаред…?

— Мне нужно уйти, — сказал он, все еще резким голосом, и, выходя из комнаты даже не глядя на нее.

Даника оставалась в постели в шоке минуты две, потом быстро выскользнула из кровати, и натянула шелковый халат. Она прошла в гостиную, где обнаружила Джареда почти одетым, заправляющим рубашку в штаны, и берущим пистолет.

— Джаред, прошу, поговори со мной, — трепеща, выговорила она. — Скажи, что не так.

Он надел заплечную кобуру, и поднял свой пиджак, и посмотрел на нее только после того, как оделся.

— Есть… проблема, — ответил Джаред, уже не так резко. — Мне нужно ее решить.

— Но что…

— Не спрашивай меня, Дани, прошу. Я уже сказал тебе больше, чем должен был, и… — он тяжело вздохнул. — Боже, все это просто безумие!

Испугавшись, она подошла к нему, ее руки поднялись к его груди потому, что Данике нужно было коснуться его. Джаред тут же притянул ее ближе, обнял с такой силой, что почти причинил боль.

И пробормотал в ее волосы,

— Прости, детка, мне нужно уйти. Я вернусь, как только смогу, хорошо?

— Будь осторожен, — прошептала девушка, когда он поднял голову.

Мужчина натянуто улыбнулся.

— Не волнуйся, — его губы скривились, — по крайней мере, не за меня.

Джаред легко поцеловал ее, потом отпустил.

— Почему бы тебе снова не лечь в постель?

Даника кивнула, но когда дверь за ним закрылась, и она осталась в квартире одна, то сон был последним, о чем можно было думать. И, хотя, мозг получил только два часа отдыха после изнурительной ночи, то, как побелело лицо Джареда, сразу прояснило ей голову.

Разумеется, ловушка. Что-то пошло не так с ловушкой, что-то настолько плохое, что глубоко потрясло Джареда. Но что именно?

Коллекция все еще здесь, надежно укрыта в тайной комнате квартиры. Так что это не она. Музей? Нет, он сказал, что знает адрес, а Макс не стал бы его об этом спрашивать, если бы речь шла о музее.

— Но что тогда? Что?

Через минуту, Даника шла ставить кофе и принять душ. Скоро станет светло. Она сможет открыть шторы и посмотреть на город. Включить телевизор. Может, даже поработать. Но спать она не станет.

Пока он не вернется к ней.

Глава 6

Морган начала чувствовать напряжение от ситуации в целом. Коллекцию на днях перевезут в музей, и это означало, что приманка будет в ловушке. Ни Макс, ни кто — либо еще не соизволили, сообщить ей, что была ловушка, и она не видела Куинна больше двух недель. Это было невыносимо.

Морган не обманывала себя, что это не Куинн заботит ее в первую очередь. Как только она преодолела ярость от подарка ей кольца любовницы — хотя и собиралась, конечно, основательно высказать ему при новой встрече своё мнение об этом — то вернулась к тому, чтобы проводить пару часов по вечерам, припарковавшись вблизи какого-нибудь подходящего музея или ювелирного магазина, надеясь, что удача снова ей улыбнется. Даже после неприятностей, в которые она втянула себя в прошлый раз, абсолютно сознавая, насколько это безрассудно и глупо, Морган продолжала еженощные поиски.

Но самый неуловимый вор в мире, казалось, без труда ускользал и от нее.

Девушка читала газеты от корки до корки, держала ушки на макушке в музее, и если Куинн кого-то и ограбил, очевидно, что об этом никто не знал. Не было никаких кричащих заголовков о всемирно известном воре, никаких сенсационных новостей по телевизору, и никто не сообщал о краже драгоценных камней или иных предметов искусства с тех пор как Макс, Вульф и Джаред захватили вора — психа, помешанного на желании убить Шторм.

На самом деле, не считая определенной затаенной напряженности между Вульфом и Джаредом, все было совершенно спокойно.

Морган говорила себе: что должна быть счастлива, раз дела обстоят именно так. Это было лучше для всех заинтересованных лиц. Куинн, скорее всего, вернулся в Европу, особенно после того, как получил предупреждение о ловушке.

Небольшой факт, о котором она не упомянула Максу.

Однако, несмотря на здравый смысл и логику, у Морган было чувство, что Куинн не уехал из Сан-Франциско. Он был где — то здесь, и если до сих пор не совершил кражу, то, скорее всего, потому, что ждал удобного случая, не смотря ни на что, захапать коллекцию Макса. Она говорила себе, что именно поэтому продолжает искать его. Так как, если первое предупреждение не сработало, возможно, она могла бы придумать то, на что он обратил бы внимание. В конце концов, ее обязанности заключались именно в охране предстоящей выставки от любых угроз, а Куинн, несомненно, представлял собой угрозу, против которой она должна принять меры.

Да, точно! Насмехалась над собой Морган.

Простая правда заключалась в том, что она не могла выбросить его из головы. Морган сказала Дани, что живет, для того чтобы увидеть его в дневном свете, и в какой — то мере это было правдой. Она видела его только ночью, окруженного темнотой, которую Куинн использовал с таким потрясающим расчетом. И, хотя, Морган смотрела на его лицо без маски лишь несколько минут в слабом свете, оно отпечаталось в ее памяти с фотографической четкостью.

Девушка могла бы обеспечить полицию очень точным описанием знаменитого вора. Он знал об этом? Конечно, знал. Волновался ли он об этом? Нет, потому, что очень хорошо понимал, что она не сообщит полиции ни слова.

Черт возьми.

Несмотря на особую красоту, Морган отказалась носить кольцо любовницы, но и не выбросила его в мусор. На самом деле, у нее появилась привычка каждую ночь перед сном доставать украшение из шкатулки и долго смотреть на него. Да, Фрейд был бы счастлив рассмотреть ее случай.