Раскалённая луна - Мария Куприянова

— А вот и он, — произнес Ирбис, разрывая повисшее напряжение. — Уважаемые члены Совета, разрешите мне представить Рэма — юношу с удивительными возможностями, которые мы тут с вами и обсуждали.

— Да уж, наделали вы шуму, — заявил сидящий по правую руку от Ирбиса мужчина, единственный из всей компании в пиджаке и галстуке.

— Я не нарочно, честное слово.

— Шутник, — хмыкнула дама в очках.

— Присаживайтесь, — Ирбис кивнул на два свободных стула с края. Перс плюхнулся первым. — Я бы хотел сначала представить членов Совета, если возражений не будет. Это, — он указал на мужчину в костюме, — Валет. Как ты, Рэм, уже понял, вступая в ряды Охотников, мы получаем второе имя. Символично, не правда ли? Начиная новую жизнь приходиться от многого отказываться: от тесного общения с близкими, непосвященными в тайну, от привычного быта, и, конечно же, от взглядов на окружающий мир. Мы заново учимся принимать иную реальность, в которой существуют наши главные враги — вампиры. Итак, начнем. Валет — официальный представитель нашей Обители в… высших кругах.

Так-так, стоило догадаться, что бывший монастырь — не единственное пристанище Охотников. Интересно, сколько таких укрытий разбросано по всему миру?

Валет приподнялся с места, согласно кивнув. Довольно упитанный, седеющий и лысеющий, он выглядел типичным бюрократом, который большую часть своей жизни провел в офисном кресле.

— А это, — продолжил Ирбис, указав на блондинку — Кобра.

Та улыбнулась и сняла очки, устремив на меня глубокий, изучающий взгляд. Ее огромные глаза поразительного фиалкового цвета притягивали, словно магнит. В них хотелось раствориться, исчезнуть, забыв обо всем на свете… Я тряхнул головой, сбрасывая оцепенение.

Кобра торжествующе улыбнулась и снова надела очки.

— Я обучаю адептов приемам гипноза.

Вот оно что! Настоящая Кобра! Загипнотизирует — не заметишь!

— Перса ты знаешь, — Ирбис деликатно кашлянул. Слепой-то слепой, а выходка Кобры от него не укрылась. — Док, — глава указал на вихрастого молодого человека в очках, сидящего от меня справа. — Он у нас специалист по вампирам: всего, что касается их истории, образа жизни, действия яда. Несмотря на юный возраст имеет ученую степень по вампирологии, и я без ложной скромности скажу: вряд ли в нашей стране найдется человек, настолько осведомленный и подкованный в своем предмете.

Судя по покрасневшим глазам, Док действительно кучу времени посвящал книгам и различным исследованиям. Хотя, кто его знает? Может, он по ночам играл в компьютерные игры.

— Орхидея.

Скуластая брюнетка задрала подбородок и надменно скривила тонкие губы.

— Прекрасный специалист по ботанике. Знает практически все о травах, их целебных свойствах и, естественно, ядовитых.

Не знаю почему, но Орхидея мне не понравилась. От нее веяло холодным равнодушием, как будто за столом находился не живой человек, а какое-то экзотическое растение. Красивое, изысканное, но абсолютно чужое, бесчувственное.

— И последний член Совета — Искатель.

Крупный, пышущий здоровьем, мужчина, на голову выше всех присутствующих, вставать не стал. Просто добродушно улыбнулся, продемонстрировав ряд белоснежных, крепких зубов. Неприметной внешности, он излучал такую харизму, что если бы спросил меня что-нибудь, тут же получил бы полный, развернутый ответ. С таким человеком приятно поговорить, спросить совета, поделиться тем, что волнует и тревожит душу.

— Он занимается отбором адептов, следит за подрастающим поколением охотников. Именно к нему у нас и возник первый вопрос. Почему, твое, Рэм, появление на свет, осталось для нас тайной. И, как я уже сказал в нашу первую встречу, мы навели кое-какие справки…

Глава 8

— Абсолютно верно, — начал Искатель, звучным бархатистым голосом. — Дело не в том, что новорожденного охотника от нас умышленно скрывали. Нет. На самом деле, о нем никто не знал. Видишь ли, Рэм, — тут он внимательно, даже как-то сочувственно, на меня посмотрел. — Мы тут провели небольшое расследование и определили, кто твой отец.

Кто мой отец? Да я и без всяких расследований знаю, кто он. Сволочь, вот кто. Бросил маму беременной, не сказав о своем уходе, не объяснился, даже записки не оставил. И ни разу не поинтересовался, как она живет, и как растет его отпрыск.

— И что? — как можно безразличнее произнес я. — Кто он?

Искатель нахмурился и, закусив губу, принялся перебирать документы в папке.

— Вот, — произнес он, вытягивая лист бумаги с прикрепленной к нему фотографией и передавая его мне. — Сходство с тобой удивительное.

Что правда, то правда. Казалось, я смотрел в зеркало сам на себя. Те же светло-каштановые волосы, карие глаза, нос чуть с горбинкой, упрямая линия губ и волевой подбородок. Только прическа другая, под горшок, и уши оттопыренные — даже длиной волос не скроешь. А я всю жизнь стригся коротко. Теперь понятно почему: подсознательно не хотел быть похожим на своего блудного папашу.

— Алексеев Роман Валерьевич, — прокомментировал Искатель, — тысяча девятьсот тридцать седьмого года рождения.

А вот с этого момента поподробнее! Не нужно быть гением, чтобы подсчитать, в каком возрасте мои родители познакомились. Нет, конечно, все в жизни бывает, но, помниться, мама рассказывала, что встречалась с весьма привлекательным юношей, но никак не пятидесятилетним мужиком.

— И когда сделана эта фотография? — скептически произнес я.

— В тысяча девятьсот восемьдесят втором году.

— Ничего не понимаю… Он ни капли не постарел.

— А тут и понимать нечего, — снисходительно пояснил Искатель. — Наша внешность очень часто не совпадает с возрастом.

Ну я и остолоп! Забыл, что регенерация, доставшаяся охотникам от вампиров, имеет очевидные плюсы? Нечеловеческая сила, быстрое исцеление от ранений, а теперь еще и солидная прибавка к жизни — вот свезло-то!

— Понятно, — я смахнул выступившие на лбу капли пота. Жара добралась и до меня, так что надо было как можно скорее кончать со всеми формальностями. — Но вы же сами сказали, что вампироборец должен отказаться от своего прошлого, в том числе, от имени. А отца называете Романом. Это же не кличка, правда?

— Нет. Совсем нет. — Сдвинул брови Искатель. — Охотник носит свое второе имя, пока… пока жив.

Вот те на… Если уж папашу так официально величают, значит… не встретиться мне с ним. По крайней мере, на этом свете.

В комнате повисло тяжелое молчание. Орхидея отвела взгляд, сконцентрировавшись на перебирании лежащих перед ней документов, Док вытер лоб аккуратно сложенным платком, Валет усиленно рассматривал сложенные на столе руки. Ирбис, теребя листок бумаги, вздохнул и первым нарушил тишину.