Флирт - Бут Таркингтон

Как видно, погибель была предрешена на небесах — мальчик настолько осмелел, что легкомысленно воскликнул:

— Ну так расскажи ей! Давай, расскажи! Что с того, что я помог вернуть домой эту сумасшедшую девчонку? Что в этом такого? Я никогда не видел ее раньше и больше не увижу. Это твоя приятельница, а не моя. Я вообще ее не знаю. Так что найди для шантажа что-нибудь получше и не важничай, Лора Мэдисон!

После разговора с Лорой с души у него свалился тяжкий груз — очевидно, он правильно взбунтовался и показал сестре, что ее власть над ним была воображаемой. Он поверил в собственные слова, обращенные к Лоре. Прежний страх перед разоблачением отступил. Унизительное бегство и принудительные поцелуи полностью стерлись из его памяти, и он уже не понимал, чего так боялся и почему позволил Лоре шантажировать его. Теперь она уж не посмеет вить из него веревки! Он ей показал. Так-то! С женщинами всегда следует говорить с позиции силы!

Эдрика так и подмывало совершить какое-нибудь безрассудство — несчастный опрометчивый ребенок ходил по очень тонкому льду…

— Ну что, доложила Коре? — с презрительной насмешкой спросил он Лору.

— О чем? — Кора с интересом оторвалась от тарелки.

— Не про Корлиса, не волнуйся, — язвительно ответил он.

— Эдрик! — мать больше по привычке одернула его.

— А что? Она ведь только о нем и думает! — парировал мальчик. — Разъезжает с ним на такси каждый вечер. Скажешь нет?

— Не размахивай ложкой, Эдрик, — вяло сказала Кора. — Нам всем нужна пища, но сложно сосредоточиться, когда видишь лапшу на ушах твоего визави.

Эдрик быстро ощупал свои уши и разозлился, обнаружив, что его обманули, как младенца.

— После того что я видел в библиотеке, Кора, поверь, тебе самой лучше поосторожнее размахивать ложкой.

Кору охватила паника. Она сильно побледнела, уронила чашку на блюдце и взглянула на брата с широко открытым ртом.

— Я слышал, как ты просила Корлиса поцеловать тебя, — продолжал Эдрик со зловещим смехом.

При этих словах мать и Лора вздрогнули, а на лице Коры отразилось нечто вроде легкого облегчения.

— Маленький лгунишка, — прошипела она.

Быстрым взглядом Кора показала матери, что считает ниже своего достоинства обращаться к ней за поддержкой, и вышла из комнаты.

— Эдрик, Эдрик, Эдрик! — заахала миссис Мэдисон. — Вчера вечером ты дразнил сестру прямо в присутствии мисс Пирс.

Сиделка мисс Пирс в этот момент, к счастью, находилась в комнате больного.

— Я сам слышал, как она просила Корлиса, чтобы он ее поцеловал! — угрюмо настаивал мальчик. — Ты мне не веришь?

— Конечно нет!

Пылая от возмущения, он отодвинул от себя полную тарелку с едой и гордо удалился. Его путь из дома пролегал через кухню. Там Эдрик надеялся поживиться чем-нибудь съестным, но не нашел ничего и вышел во двор с горьким разочарованием и пустым желудком.

— Вчера вечером отец кое-чем поделился со мной, — грустно сказала миссис Мэдисон. — Он очень огорчен, что мы так мало можем дать нашим детям. Это всегда его беспокоило. Иногда я задаюсь вопросом, правильно ли мы вас воспитывали. Ведь мы никогда не требовали от вас дисциплины или послушания. Видишь ли, мы не могли купить вам дорогих вещей, не могли дать вам состояние, поэтому инстинктивно пытались компенсировать недостаток средств снисходительностью. Возможно, это было неправильно. Нет, — поспешно добавила она, — не подумай, что мы недовольны вами. Вы трое всегда были нашей гордостью. Отец сказал: «Единственная проблема в том, что наши дети слишком хороши для нас».

Лора попыталась возразить, но мать только покачала головой, а затем поднялась и неловко добавила:

— Конечно, Эдрик не хотел оклеветать Кору… Наверняка она просто разговаривала с Корлисом, а Эдрик все не так понял… Может быть, нафантазировал себе… Люди часто ошибаются и неверно понимают других…

— Наверное, Кора рассказывала какую-то историю, а Эдрик подслушал и неправильно ее понял, — серьезно добавила Лора.

— Конечно, — воскликнула мать с мгновенным и радостным облегчением.

Через пару часов Кора охотно подтвердила для матери такое объяснение и подробно передала историю о Лолите и Эдрике, которую она якобы рассказывала мистеру Корлису. (Это Лора позаботилась, чтобы история сестры вышла убедительной.)

Эдрик провел утро с приятелями. Он успел приобрести некоторый вес, будучи сыном тяжело больного родителя, пока другой мальчик, который недавно научился жевать табак, не отнял у него славу. Эдрик безуспешно пытался вернуть первенство с помощью акробатических трюков и стычки на кулаках. И в конце концов сумел завоевать внимание товарищей бесшабашной ездой, цепляясь за повозку ледовоза. Наконец тот заметил и прогнал непрошеного пассажира, поливая его руганью. Словарный запас Эдрика, к восторгу мальчишек, был настолько витиеватым и обширным, что ему удалось вплести в генеалогическое древо ледовом несколько сомнительных с точки зрения теории эволюции колен.

В полдень упоенный победой мальчик вернулся домой. Он еще чувствовал вкус триумфа на устах, когда а столовую явилась Кора с новой прической и с безмятежным, веселым видом.

Тогда Эдрик начал новую военную кампанию с язвительной реплики:

— А что, нынче в моде бублики? — ехидно спросил он, намекая на симметричные, аккуратные сплетенные гульки у нее над ушами. — Жаль, Рэй Вилас больше к нам не приходит. Ему бы точно понравилось.

Кора продолжала беззаботно щебетать с матерью. Время от времени она грассировала, специально произнося звук «Р» на французский манер, чтобы придать речи нарочитой изысканности, которая особенно раздражала брата. Именно так она заговорила и сейчас.

— Очаг’овательная женщина, эта миссис Виллаг’д, — говорила Кора. — Я сегодня утром встретила ее в центг’е города. Если бы ты видела, мамочка, как она мне обжаловалась. Она только что вернулась из Бау-Хаг’бог’[23]…

— Что это еще за Бау-Хагбог? — сварливо вмешался Эдрик. — И кто такая миссис Виллагд! Ох, мама!

— Она не знала, что я осталась в городе, — продолжала Кора. — Ей пришлось вернуться пораньше, чтобы подготовить детей к школе. У нее такие очаровательные дети — симпатичные, с ямочками на щечках…

— Сю-сю-сю! Сю-сю-сю! — передразнивал Эдрик.

— А какой у нее сын, Этертон Виллард! Такой милый мальчик, прекрасно воспитанный! Он помог своей матери выйти из экипажа с видом светского человека и поклонился мне с королевским достоинством. Я думаю, он мог бы оказать благотворное влияние на нашего несчастного Эдрика. У Эгертона Вилларда прекрасные манеры, и прическа у него аккуратная. Если бы только уговорить Эдрика брать с него пример…

— Пусть только сунется ко мне со своими манерами, я выбью весь дух из этого ненормального!

Кора невинно повернулась к брату.

— Как ты его назвал, Эдрик?

— Ненормальный!

— Ты имеешь в виду Эгертона Вилларда?

— И тебя заодно!

— Значит, ты думаешь, что я