У трех дубов - Эдгар Уоллес

Смутно почувствовала облегчение при взгляде на женщину, которая укладывала ее в кровать.

Глава 21

Молли Темальтон проснулась с головной болью после двадцати часового сна. В комнате был полнейший мрак, как если бы в ней не было окон. Позже она обнаружила, что на первом этаже отсутствовали ставни, окна были завешены шерстяными одеялами. Она стала ощупывать на ночном столике спички и свечу, но ничего не нашла. Эти маленькие усилия вызвали у нее такую боль в голове, что она со стоном откинулась обратно на подушку. Этот стон, очевидно, был услышан, так как вслед за этим немедленно затрещали лестничные ступеньки под чьими то тяжелыми шагами, и порог комнаты переступила женщина с керосиновой лампой. Она была велика ростом и костлява, и ее жестокий рот не обещал ничего доброго.

— Вы звали? Вы голодны?

— У меня ужасно болит голова, — пожаловалась Молли.

— Этому мы сейчас поможем.

Женщина поставила лампу на столик и вышла. Немного позже она вернулась с чашкой чая и двумя таблетками.

— Вот это нам поможет, — грубо сказала она, заметив недоверчивый взгляд девушки.

— Самое скверное у вас, умалишенных, это то, что вы всегда думаете, что вас стараются отравить.

— Умалишенная? — Молли подумала, что ослышалась. — Вы приняли меня за умалишенную?

— За кого же еще? Если тридцать пять лет имеешь дело с умалишенными, то с первого взгляда разбираешься в этом.

— Итак, я сумасшедшая, — повторила Молли спокойным голосом, и, положив таблетки на кончик языка, запила их глотком чая.

— Конечно. И чем вы скорее это поймете, тем лучше будет для вас.

— Где я нахожусь?

— На свежем воздухе, в уединенном поместье, которое как бы создано для таких, как вы.

Молли взглянула на свои часы.

— Как? Шесть часов вечера? Должно быть совсем еще светло. — Тогда она заметила шерстяные одеяла на окнах и попросила: — Не могли бы вы снять их?

— Вы можете кричать до синевы в лице, но вас никто не услышит, — сказала миссис Барк, снимая одеяла с окон. — Но если вы рассчитываете увидеть красивый вид, то вам придется разочароваться.

Так оно и было. По ту сторону высокой стены, которая бросала темную тень на сад, ничего не было видно, кроме пустынного ландшафта, среди которого поднимался странного вида холм.

— Так ведь это же Дартмут?! — взволнованно крикнула Молли. — Я не раз проезжала с моим отчимом мимо этого холма.

— Верно. И дом этот называется «Лужа на болото». Если бы у меня был такой хороший дядя, как у вас, я бы не хотела остаться здесь. «Лужа на болоте». Странное название для подобного заведения, — продолжала она. — Конечно, придется привести в порядок усадьбу.

— Она принадлежит вам? — спросила пораженная Молли.

— Пока еще нет, но будет в скором времени моей.

И Молли поняла: «Лужа на болоте» была ценой, которой Боб Штейн оплачивал услуги этой женщины.

— Когда я смогу уехать отсюда?

Миссис Барк посмотрела на нее колючим взглядом.

— Тогда, когда за вами заедет ваш муж.

— Что? — Возмущенная Молли вскочила с постели. — Кого вы имеете в виду? Только что вы говорили о моем дяде, и я поняла, что вы имеете в виду мистера Штейна…

— Ваш дядя — это тот, кто привез вас сюда. Более милого господина трудно себе представить.

— Но у меня нет никакого мужа! — вскричала девушка.

— В этом и заключается ваше помешательство, — спокойно ответила женщина с каменным выражением лица. — Все немного помешаны, особенно в вашем возрасте.

Молли усилием воли взяла себя в руки.

— Можете ли вы сделать мне одолжение, миссис… миссис?

— Меня зовут Барк. И любое ваше разумное желание я выполню.

— Тогда вызовите Скотленд-Ярд, чтобы я могла уехать отсюда.

— Именно Скотленд-Ярд. Только этот мне и не хватало!

— Но выслушайте. Меня доставили сюда силой, против моего желания.

— Это тоже навязчивая идея. Мне кажется, что вам придется пробыть здесь довольно долго, — сказала она, покачивая головой. — Как можете вы так плохо отзываться о вашем любящем муже?

Молли прижала руку ко рту, чтобы скрыть дрожание своих губ. Она поняла, что с этой женщиной следует держать себя осмотрительно. При малейшем признаке слабости с ее стороны или малейшем признаке страха перед ней она может пострадать.

— И когда вы его ждете? — спросила она как можно более равнодушным голосом.

— Через два или три дня. Теперь скажите мне, что вы хотите поесть?

Охотнее всего Молли вообще отказалась бы от еды, но при мысли, что ей понадобятся силы, чтобы в подходящий момент перелезть через эту стену она ответила:

— Все равно что. Могу ли я встать?

Женщина заколебалась.

— Да, пожалуй, — решила она наконец. — Но вы должны будете одеться в моем присутствии.

Молли поднялась. Ее голова кружилась, но боль уменьшилась.

— Вы, должно быть, не знаете, что прибыли сюда в одной туфле, — заметила миссис Барк. — Я вам одолжу на время пару своих.

Она принесла пару безобразных сапог, которые при каждом шаге, который в них делала девушка, громко скрипели, и это было еще одним препятствием для попытки к бегству.

К безмерному удивлению Молли, миссис Барк не стала возражать против ее прогулки по саду. Она хорошо разбиралась в состоянии душевнобольных и точно знала, сколько свободы им можно предоставить. Кроме того, она успела окинуть внимательным взглядом всю окрестность и убедилась в невозможности перебраться через стену без посторонней помощи.

Лестницы не было, и за воротами она могла наблюдать из кухни.

Молли медленно прогуливалась, изредка срывала какой-нибудь цветок и все время высматривала дорогу к свободе. На участке не росло ни одного дерева, изобиловал кустарник и сорная трава. Она дважды обошла вокруг дома, и все больше в ней гасла надежда на избавление.

Может быть, попытаться перебросить записку через стену? Она зашла в комнату в поисках клочка какой-нибудь бумаги. Вытряхнула всю свою сумку, с безумной торопливостью роясь в ней, но ни карандаша, ни бумаги не обнаружилось. В слабо освещенной керосиновой лампой столовой она разделила неприхотливый ужин с миссис Барк. Это было мрачное помещение, несмотря на маленький огонь, мерцающий в камине. И хотя миссис Барк заявила, что целыми часами мыла и чистила эту комнату, она все же выглядела безобразной и запущенной.

— Я не привыкла к грубой домашней работе, — ворчала женщина, — и когда приедет ваш муж…

— Он не мой муж, — возразила Молли, но тут же почувствовала бесполезность протеста и продолжала: — Ну, что будет, когда он приедет?

— Скажите ему пожалуйста, что такая работа для прислуги. Вы не можете себе представить как здесь все выглядело, когда я прибыла сюда два дня назад. Лучше бы я уехала обратно. Взгляните сюда, — она указала на дыру в потолке, которую сделал Сократ. — Крысы, я думаю. А эти чернильные пятна на полу. Ужасно! В подвал я еще не отважилась сунуть свой нос.

— Здесь есть подвал? — спросила Молли.

— Да. Позже он может мне очень пригодиться. — Она уже думала об упрямых пациентах, для которых подвал мог служить удобным местом наказания.

До трех часов ночи Молли не могла сомкнуть глаз, и только перед рассветом погрузилась в сон. К завтраку она сошла вниз. Была скудная трапеза из бледного чая, хлеба и масла. Хлеб был нарезан толстыми ломтиками и немного масла было намазано сверху.

Молли облегченно вздохнула, когда очутилась в саду. Снова и снова ходила она вокруг дома, до тех пор, пока каждый кирпич не стал ей знаком. После обеда она завела с миссис Барк разговор, во время которого ей пришла в голову одна идея. Ее надзирательница рассказывала, что эти одинокие дома на болоте принадлежали вначале контрабандистам, и при этом упомянула о тайниках и подземных ходах, которые тянулись на много миль. Очевидно, это было преувеличением, но не мешало проверить.

— Не могу ли я вам чем-нибудь помочь? — спросила она, желая привести миссис Барк в хорошее настроение.

— Конечно. Возьмите веник и подметите пол еще раз, — был малоприятный ответ.

По окончании этой работы девушка отважилась на просьбу.

— Можно мне посмотреть подвал?

— Если вам это доставит удовольствие. Ключ висит на гвозде.

Подвал оказался интересным местом. Свет лампы испугал только мышей, которые кинулись прочь. Нет, здесь не представлялось никакой возможности к бегству. Второй отсек подвала показался ей копией первого, пока она не заметила то, что дало надежду. Каменная кладка одной стены была, очевидно, более поздней работы, и поэтому кирпичи выделялись серым пятном.

Может быть, здесь замурованный выход? Но даже если это было и так, то каким образом она сумеет выломать эти кирпичи? Осмотрелась вокруг, и сердце ее забилось. В углу между двумя старыми мешками, которые при встряхивании выбросили облако пыли, лежала лопата и острая кирка. Дрожа от волнения, Молли взлетела вверх по лестнице. Миссис Барк сладко дремала в шезлонге, расположенном прямо напротив ворот. Молли снова спустилась в подвал. Первые, неудачно нанесенные удары киркой были опаснее для нее самой, чем для каменной кладки. Но чем спокойнее становилась она, тем уверенней и точней делались удары. Половина кирпича выкрошилась наружу, но за этим слоем оказался еще один. Она снова прокралась наверх. Миссис Барк храпела на своем месте. После дальнейшей получасовой работы стена была пробита за ней зияло черное отверстие. Чтобы полностью в этом убедиться, она поднесла к дыре лампу. Действительно, по ту сторону кирпичей не было ни земли, ни каменной кладки.