Двойная игра - Барбара Босуэл

— Его Чести не угрожает ничто, а вот его хозяин в опасности, — пробормотал Джош, выводя свою машину на улицу.

Кендра, сидевшая рядом, улыбалась с видом победителя.

— Ты был великолепен, Джош. Ты все сделал абсолютно правильно. Я думаю, тебе надо подумать о карьере актера.

— Я выглядел, как маленький хитрый жук. А ты руководила мной и играла роль мисс Агитаторши:

«Нас не наймут, мы будем работать добровольно». — Его имитация делала честь будущему актеру. Они оба рассмеялись. — Все сработало, — признался Джош. — У него даже подозрения не возникло, что это мы украли собаку. Я этого так боялся! Однако когда ты заговорила об отцах, это была уже чистой воды импровизация. Мы ничего подобного не планировали.

— Я и не знала, что у него отец умер. Я его даже пожалела. Неприятно терять родителей в таком возрасте. Я знаю, что это такое. Умер мой отец, а через год — мама. — Ее лицо погрустнело, но она уверенно наклеила на него улыбку. — Мой брат Шейн говорит: «Не плюй в колодец…»

— У тебя здорово получается. Могу поспорить, что в один прекрасный день ты затеешь свою собственную игру, — восхищенно сказал Джош. — Единственное, чего я не могу понять, почему ты отказалась, когда Уатт пригласил нас к себе. Я думал, что ты не упустишь такой шанс.

Кендра пожала плечами.

— Я действительно опаздываю, и Эшлин будет волноваться.

— Но ты ведь ей позвонила.

— Я не хочу показаться навязчивой и нетерпеливой. — Кендра едва заметно улыбнулась. — Всему свое время, Джош.

— Он-то уж точно был нетерпелив. Я заметил, как он смотрел на тебя, Кендра. Я решил, что ты уже заарканила его. Однако теперь могут возникнуть проблемы. Вдруг он узнает, что Кларкстон никогда не был в школе? А если он спросит, что мы собираемся делать? Мы ведь еще не придумали ничего конкретного.

— Еще придумаем, — успокоила его Кендра. — Завтра за ленчем мы прорепетируем сцену в кафе. Не беспокойся, на этот раз твоя роль сведется к нескольким фразам.

— Не рано ли ты меня сбрасываешь со счетов? Хочешь сама сделать самую увлекательную работу? Она кивнула.

— Он что, правда на меня смотрел, Джош? Я хочу сказать, он действительно смотрел на меня, как мужчина смотрит на женщину?

— Он пялился на тебя, как баран на новые ворота. Он тебя облизал с ног до головы, как Его Честь облизывает свою косточку. — Он помедлил. — Кендра, ты уверена, что делаешь именно то, что надо? Уатт Уэй тебе не какой-нибудь мальчишка. Ему тридцать лет, он богат и, наверное, ни в чем не отказывает себе. Это может обернуться для тебя большими неприятностями.

— Неприятности — это как раз то, что мне надо, — сказала Кендра. Ее слова были очевидно расчетливыми, прекрасные голубые глаза сверкали, как отшлифованные драгоценные камни. — Когда дело дойдет до расплаты, то чем больше будут неприятности, тем лучше для меня.

— И тем хуже для Уатта Уэя, — закончил Джош. — Если бы он не был Уэем и политиком, я бы его пожалел. Но поскольку он и то и другое, мне его не жаль.

— И мне тоже, — вторила ему Кендра.

Она закрыла глаза и живо себе представила картину. Место действия: кафе Летти. Персонажи: Кендра, Уатт и Джош. Разговор длится около десяти минут. Звонит телефон, и Джоша срочно требуют домой. Кендра и Уатт остаются наедине.

Корд стоял у окна своей спальни и смотрел на безупречно ухоженную лужайку. Слева от нее находились знаменитые сады «Дубовой аллеи», отрада и гордость его матери. Каждый год туда приезжали на экскурсию члены клуба садоводов, восхищавшиеся талантом его матери за чаем, который им подавали на патио. За чай они, разумеется, платили. Деньги шли в фонд помощи животным, которым тоже руководила Камилла.

Корд закрыл глаза, и перед его мысленным взором возник другой ландшафт — вид из окна его кабинета в Глетчере в штате Монтана, где острые пики гор на горизонте вздымались к небу. Он как будто переместился туда и тут же позвонил своей помощнице и справился о состоянии дел в кемпинге и на туристической базе.

— Как дела, Мери Бет? — спросил он.

Он тосковал. Он хотел скорее туда вернуться. Монтана давно стала его родным домом, тем, чем никогда не была семейная резиденция «Дубовая аллея».

— Мы пока живы, но вас явно не хватает, — как всегда дипломатично ответила Мери Бет Макули.

Корд улыбнулся при мысли об этой женщине, разведенной матери двух сыновей, учившихся в колледже, всю сознательную жизнь проработавшей менеджером в гостинице. Ему повезло, что она согласилась жить и работать в Глетчере. Ее помощь на базе была неоценима.

— Нельзя показывать боссу, что его отсутствие никак не повлияло на работу, — строго сказал он. — Сколько номеров сегодня занято?

— Столько же, сколько и вчера. Двадцать свободны, двести заняты. Мы ждем гостей на этот уик-энд. Десять комнат зарезервированы для них.

— Ведется ли подготовка к открытию кемпинга? Он должен начать работу в следующие выходные. Поскольку мы в первый раз открываемся так рано, надо бы…

— … тщательно все фиксировать, чтобы в дальнейшем знать, стоит ли так рано открываться, — прервала его Мери Бет.

— Я думаю, вы об этом уже сто раз слышали. — Голос Корда потеплел.

— Тысячу, — со смехом отозвалась Мери Бет. — Кстати, до меня дошли слухи, что в штат приехал инспектор Американской туристической ассоциации. Предположительно, он находится сейчас в Йосмите и, возможно, потом направится к нам.

Корд почувствовал интерес.

— Ассоциация всегда давала высокую оценку нашей работе. Мы не можем поступиться репутацией.

Он еще раз пожалел, что его нет сейчас на месте. Он нужен был там!

— Не беспокойтесь, кемпинг покажется во всем блеске, даже если господин инспектор приедет в день открытия, — заверила его Мери Бет. Она помедлила. — Я уже говорила, что у нас проблемы с шеф-поваром?

— Проблемы с Джеком? — В голосе Корда звучало сомнение. — Нет, вы мне ничего об этом не говорили, Мери Бет.

— Не хотела вас беспокоить. Я думала, что сама с этим справлюсь. — Еще пауза. — Джек собирается увольняться, Корд.

— Что? — Корд чуть не уронил трубку. Это было совсем не то, о чем бы он хотел узнать, находясь за сотни миль от своей базы. Их кухня высоко ценилась в туристическом мире и в прошлом году вышла на четырехзвездочный уровень. Корд застонал. Потеря Джека Таунсенда, их молодого и подающего большие надежды шеф-повара, могла вызвать последствия, о которых он даже думать не хотел. — Что произошло, Мери Бет?

Она вздохнула.

— Помните того агента, Тари Кина, который приезжал в прошлом месяце?

— Придурок, который носил тюрбаны и гадал на таро? — Корд передернул плечами при этом воспоминании. — Помню.