Иллюзия обмана - Илона Романова

Ледяная глыба, с первых минут разговора придавившая сердце человека, растаяла так быстро, что неуёмные слёзы предательски хлынули из его глаз. Второй раз за эти бесконечные четыре года он расставался с Учителем. В этом мире — навсегда… Первооткрыватель по-детски всхлипнул и кивнул.

— Спасибо! — дюк обнял друга. — Брат Мренд тоже всё понял. Мы потихоньку выйдем в сад… Оттуда начнётся наш Путь…

— Кто Преемник? — стараясь успокоиться, пробормотал Хаймер.

— Мой сын… Мы с ним всё обсудили… Он согласился, и уже принял на себя заботы о клане. Я знаю, что Тайронгост юн, но у меня было достаточно времени, чтобы передать свои знания, а у него — поводов доказать свои мужество и мудрость и заслужить доверие тильецадцев. В остальном ему поможет Рьох…

— Парень справится… — Первооткрыватель говорил не о том. — Мне будет тебя не хватать…

— Мне тебя тоже. Но ты ведь видишь сны. Сейчас наступили другие времена. Так что… думаю, я смогу приходить в гости, а не только тогда, когда понадобится помощь… — Окт сделал паузу. Подлил вина в оба кубка. И продолжил. — По нашему обычаю Уходящие что-нибудь дарят остающимся. Остальные уже получили свои подарки. По счастью, в общей суете никто не понял смысла наших с Илсой подношений. Я долго думал, что будет самым лучшим и полезным для тебя…

Дюк встал. Хаймер последовал его примеру. Только сейчас он заметил, что друг почти не делал пауз между словами. И говорил всё это время вслух…

— …Так вот, я хочу отдать тебе свою Явную Речь. Она нужна только в наших Мирах, а в Дальнем вполне хватает Безмолвной.

Небольшое облачко света проплыло от Учителя к Ученику. Облетело Первооткрывателя по кругу и растаяло.

Они ещё немного посидели. Допили вино.

— Итак, до завтра! — промолчал Окт.

— Спасибо… — неуверенно произнёс Хаймер, совершенно отвыкший от собственного голоса. — Давай не будем прощаться!

V

Огромный общий зал Тильецада казался совсем небольшим, столько народу чинно и не очень рассаживалось за громадными, ломившимися от яств столами. Дюки из разных кланов. Амграманцы. Многочисленные гости из других провинций. Вездесущие коты — крылатые и, так скажем, обычные. Птицы, облюбовавшие подоконники, карнизы и потолочные балки. Хозяева замка потрудились на славу. Рёдоф распечатал свои секретные погреба, где хранились такие шедевры виноделия, перед которыми коронный напиток Садовника выглядел едва ли не мэнигским пойлом.

В общем, отметить было и что и чем…

Впервые за долгое время в скальный замок собрались просто на пир, а не на очередной совет, после которого нужно будет срочно куда-то нестись сломя голову. Можно было неспешно разговаривать… Медленно есть, ощущая вкус пищи, а не привкус тревоги… Неторопливо смаковать вино… Можно было петь то, что хочется, а не то, что нужно. А самое главное — говорить. Обо всём или ни о чём…

Одним казалось, что всё закончилось. Другим, что всё только начинается. Третьи настолько устали, что никак не могли поверить ни в то, ни в другое.

Ощущение непривычной свободы и долгожданной победы мешались в душах с медленно прораставшим осознанием невозвратных потерь. Слишком уж многие не дожили до этого праздника.

Первым тостом, как и полагалось, помянули павших в решающей битве и всех жертв многовековой войны.

Невинных людей, ставших жертвами Повелителя Вод Без Плеска.

Дюков, до последнего оборонявших подступы к Немыслимым Пределам.

Мужественную Кошку, пытавшуюся остановить Грейфа Нюда у входа в Тильецад.

Потом — тех, кого выжгло огненное зелье. Опоённых подчиняющим. Тех, кому так и не удалось возвратить отобранное.

Сиэл и Никуцу…

Вождя лежбиков…

Оценрола Тарба…

Превя…

Цеспела и Яспен…

Отэпа и Арнита…

Старушку из Стевоса…

Аханар…

Семью Оканель…

Птицу тапямь.

Ольса…

И ещё многих — у каждого из гостей были свои утраты…

…Поминовение перешло в воспоминания. Одни рассказывали о долгих годах беспамятства и лжи. Другие — о любви и надежде, несмотря ни на что хранивших обитателей обоих миров в самые тяжёлые времена. Третьи — о чём-то смешном… Всё это перемежалось тостами, здравицами и пением. Со стороны могло показаться, что началась обычная застольная многоголосица. Наверное, так оно и было. Почти. Поскольку вне зависимости от темы, все без исключения рано или поздно начинали говорить о том, как почувствовали, что Воды Без Плеска вместе со своим Повелителем канули безвозвратно.

Хаймер молчал. Во всё время пира он не произнёс ни слова ни на явном, ни на безмолвном наречиях. Он смотрел то на слегка рассеянную Илсу, то на строгого Колва, то на задумчивого Девьедма. На решительное лицо Окта. На Тайронгоста, ничем не выдававшего своего волнения. Переглядывался с братом Мрендом, иногда поднимавшим голову от работы. Встречался взглядом с на удивление молчаливым Рьохом…

Все они думали об одном. О том, что Первооткрыватель не стал обсуждать ни с женой, ни с Императором — вообще ни с кем. Окт не просил об этом, но Хаймер просто решил, что всё должно идти само по себе…

VI

— Я предлагаю тост за верность и за тех, кто собирается в Путь! — произнёс Тайронгост тоном вождя.

Взметнулись кубки.

Каждый понял слова юного дюка по-своему. Кайниол и Оканель подумали о скором переезде в Мэнигу. Те, кто участвовал в погребении защитников Немыслимых Пределов, на мгновение вернулись на поле сражения. И только восьмеро, из сидевших за столом, знали, что тост обращён именно к ним.

— Пора! — одними глазами сказал Хаймеру Окт.

Тот вздрогнул.

Рьох едва заметно кивнул и тут же переключил внимание на себя, начав рассказывать очередную бесконечную историю о бестолковости дюков, которые способны только болтать и предъявлять претензии к нему, старому и мудрому, потому что болтать гораздо проще, чем что-то делать… И всё в том же духе.

Первооткрыватель вспомнил, как зимой точно так же прикрывал Арнита и Отэпа, навсегда уходивших в Мэнигу.

Воспользовавшись всеобщей суматохой, он быстро выскользнул в сад… Илса, брат Мренд и Окт уже были на месте.

— Со своими мы уже простились, — промолчал Окт. — Остальным всё объяснит Тайронгост.

Они шли по знакомой тропе в сторону истока Песонельта. Лучшего места для Ухода тильецадцы и придумать не могли.

Несмотря на темноту, дорога была хорошо видна. Сначала Хаймер подумал, что шедшие несколько впереди дюки зажгли фонари. Потом увидел, что путь освещается всё разгорающимися Кругами Справедливости.

Только почти подойдя к цели, Первооткрыватель решил нарушить молчание: