Иллюзия обмана - Илона Романова

Он слишком рано вернул себе человеческий облик.

Зверюга зашипела… Рванулась в бой… И рухнула замертво…

Только убив кошку, Грейф Нюд понял, что в этих стенах магия Вод не действует. Они затаились в самой глубине его существа. И если бы не ощущение всё возрастающего гнева и смертельного страха, могло бы показаться, что они и вовсе исчезли.

Он услышал несносный свист, подобный верещанию утренних птиц, от которых никакого проку. Только спать мешают…

Несмотря на запах неизвестной опасности, идти нужно было именно туда.

— Кто-то, кажется, боялся, что повоевать не удастся? — ехидно промолчал Лоциптев, издалека завидевший приближавшуюся мрачную фигуру. — Игры кончились… А ну, быстро бежим в патио! Там — фонтан… И гладиолусы!

Стийфелт ошарашено посмотрел на брата и выронил свирель.

Свист неожиданно оборвался. Повелителю полегчало, и он прибавил ходу. Он широко шагал по анфиладе, казавшейся бесконечной. Выйдя в комнату, где должны были находиться дети, он никого не обнаружил. Сперва Великий подумал, что они прячутся, но ни одно заклинание не заставило их выйти. Несколько успокоившиеся Воды снова повлекли Колдуна из зала в зал…

Ребята влетели во дворик и на всякий случай расположились за фонтаном. Тийнерет и Синий встали на страже у самых дверей. Юные дюки устроились неподалёку от них.

— Играй! Что-нибудь весёлое, — приказал Лоциптев. — Пока хватит сил — не прерывайся ни на миг. Кем бы ни был наш незваный гость, он пришёл не с добром. И, по-моему, он совсем не любит музыки…

Стийфелт никогда не слышал таких властных нот в голосе брата. В другой раз он непременно бы обиделся. Сейчас только обтёр мундштук и снова приложил инструмент к губам…

Чудовищный, режущий уши звук, раздался снова. Вечному казалось, что он слышится сразу отовсюду. Музыка не только мешала идти и соображать, но и наполняла его истлевшую душу тяжкими сомнениями. Нет, не в собственной правоте… Исключительно в том, справится ли он.

"Конечно, они дети. Маленькие и глупые. Но необычные… Я смогу их победить, лишь, если они испугаются… А вдруг, их медальоны служат не только оберегами, но и лишают чувства страха?" — думал он.

"Тебя, пожалуй, не испугаешься! — услышал он пыльный голос Лоза. — Человек, подчинивший себе Воды Без Плеска и перехитривший даже меня, не может не вызывать содрогания!"

"Тем более что это дети, наверное, впервые оставшиеся без взрослых…" — холодно добавил второй внутренний голос.

"Ну-ну… — только и мог ответить Грейф Нюд. — Ну-ну…"

…Свирель заливалась, как будто стремясь свести с ума. Тщетно Великий старался не слушать… Теперь он мог думать лишь о том, что должен остановить эту пытку! Так он и ворвался в патио, на ходу выпуская на волю осмелевшие от ужаса Воды.

Тёмные струи мгновенно отбросили от входа котов…

Разметали юных дюков…

Рванулись вперёд и остановились только в полушаге от фонтана…

Затихли и почти виновато вернулись к Повелителю…

Ребятам было страшно. Невероятно… Так страшно, что хотелось плакать… Просто закрыть глаза… И кричать… Но… они были Хранимы Щитом, носили Имена, владели Речью, а главное, стояли в Круге Справедливости, поэтому просто улыбались…

Медальоны не лишали чувства страха — они придавали бесстрашия.

Паренёк с дымчатыми волосами, играл самую летнюю мелодию, которую только мог вспомнить. Играл и с презрительным недоумением смотрел на бывшего человека, который пришёл убивать его любимый мир.

Силы юного музыканта были уже на исходе…

Колдун поднял руки…

И тут радостно повторяя мотив, который выводил на своей свирели мальчик, зазвенели светлые струны фонтана…

Лоциптев вспомнил лицо матери. Положил руку на плечо брата. И запел на птичьем языке…

Тоненькие голоски Ярвем и Гурда слились с чистым голосом Исулолгды…

Запели, пришедшие в себя юные дюки…

В довершение всего к хоралу присоединились не совсем музыкальные, но весьма искренние и весомые подвывания Чёрного и Синего котов…

Разноцветными огнями заблистали гладиолусы…

Он понял, что стареет. Теперь уже навсегда. Хотел убежать, но музыка пригвоздила его к месту. Не в силах пошевелиться, Старик стоял и смотрел, как разгорается звук…

Острый Луч ударил туда, где у людей находится сердце.

Колдун охнул от боли. Потом почувствовал, что утратил какую-то важную часть самого себя. Куда-то полетел. Ударился о каменную стену и потерял сознание…

VII

Сколько времени он пролежал в таком состоянии, Грейф Нюд не знал. Очнулся он от назойливого голоса Вод:

— Зачем ты отпустил его?

— Кого?.. — прохрипел полумёртвый Старик, полагая, что речь идёт об одном из мальчишек.

— Лоза. Эти паршивцы своим Лучом выжгли его из тебя…

— Поделом… — буркнул Колдун.

Он с большим трудом сел. Огляделся. И понял, что находится не в Тильецаде.

Перед ним расстилалась долина. Настолько туманная, что нельзя было наверняка сказать, мала она или велика.

За спиной возвышалась стена. Судя по всему, именно об неё и ударился Вечный.

Кряхтя, он задрал голову и тупо уставился на нависающие над ним мрачные бастионы.

— Может отсюда и начать? — спросил он сам себя.

— Мало тебе поражений? Тогда попробуй… — хмыкнули Воды. — Только сначала прислушайся к тому, что делается внутри Замка… Грейф Нюд встал. До странного знакомая крепость даже близко не хотела его подпускать. Она тоже пела. В общем хоре Великий различил четыре голоса, которые нельзя было перепутать ни с какими другими…

— Где мы? — оторопело спросил он.

— У входа в Дальний Мир… — последовал безразличный ответ. — Разве не слышишь, как завывают Четверо?

…Старик успел убраться за мгновение до того, как Луч Правды ударил туда, где он только что стоял.

Откуда только силы взялись? Только что еле двигавшийся человек, понёсся, не разбирая дороги. Он бежал и бежал… И остановился только тогда, когда услышал впереди себя ненавистное пение. Вглядевшись повнимательнее, он увидел, что к нему приближается призрачное войско, не приснившихся ещё, дюкс, под предводительством маленькой старушенции. По виду амграманки…

На его удачу преследовательницы не могли далеко уходить из своего мира. А потому, Грейф Нюд легко оторвался от погони.

Он стоял посредине клубящейся туманом пустоты и размышлял, что предпринять дальше…

— Ты достаточно посвоевольничал. Теперь будешь делать только то, что скажем мы. Нам нужны Светящиеся Воды… И ты отнесёшь нас туда… — раздался глумливый голос. — Кстати, свой флакон ты потерял ещё в Тильецаде, а до ближайшего ручья дня три ходу.