Иллюзия обмана - Илона Романова

Погоня была такой же долгой, как предшествовавший ей бой.

Повелитель не остановился даже, когда его жертвы стали стучаться в ворота какого-то замка, умоляя об убежище и покровительстве…

Вечный холодно смеялся, наслаждаясь унижением богов, некогда считавшихся великими. Он уже предвкушал, как нанесёт последний удар…

Тяжёлые створы распахнулись. Творящие и Хранящие перешагнули порог… Бросившись, за недосягаемыми уже врагами, Грейф Нюд замер, не дойдя до ворот шага четыре…

Там начинался Дальний Мир. Он принял гонимых под свою защиту.

Эти олухи опять обманули его. Четверо выбрали вечное заточение в Замке и теперь были не опасны для преследователя. Но и недосягаемы…

Они были бессмертными, а он всего лишь Вечным…

Для человека, кем бы он ни был, и что бы ни носил в себе, в Дальний Мир дорога лишь одна — через смерть тела. Водам и Лозу это было безразлично. Грейфу Нюду — нет… Он хотел жить…

С трудом усмирив бесновавшиеся Воды, Повелитель тяжело побрёл прочь от Замка, размышляя, какой из Миров разрушать первым.

Пока же он шёл из ниоткуда в никуда.

Он еле передвигал ноги. То ли от усталости. То ли от того, что в ноги даже через обувь постоянно впивались острые дротики, прораставших повсюду гладиолусов.

ПЕСОНЕЛЬТ

I

— Я, Кайниол, Император Сударба, объявляю Мэнигу, Ванирну и Шараком, которые находились в плену у Цервемзы-Узурпатора и его Советника, свободными. Отныне эти провинции, как прежде принадлежат лишь Сударбской Короне, — перо Мисмака послушно бежало по бумаге.

— Цервемза пал от мужественных лап рыцаря и моего верного друга Тийнерета из рода Синих Котов, — вещали герольды.

— Однако, избавившись от этой напасти, наш Мир оказался перед лицом ёще большей опасности, исходящей от Грейфа Нюда, — неслось над главными площадями городов.

— По стране с давних пор ходили слухи о необычайно долгой жизни этого Колдуна и его невероятных хитроумии и магической силе. Многое из этого, вероятно, всего лишь занятные истории, — неуверенные смешки пролетали над толпой.

— Достоверно можно сказать вот о чём: Грейф Нюд всегда мечтал о неограниченной власти. Для достижения своих целей Колдун в своё время стал рабом Лоза и получил от него особые способности. Пользуясь ими, он создал Конвентус, с помощью которого управлял Императорами, лишал силы, памяти и совести их подданных. Потом он же организовал печально известные Квадры, принесшие горе во многие дома. Отбирающее и огненное зелья, тоже дело его рук… — народ напряжённо вслушивался в каждое слово.

— Однако всё это покажется детской шалостью в сравнении с тем, что предпринял Грейф Нюд, в последние дни. Он решил поглотить Творящих и Хранящих, отобрать их могущество и уничтожить всё созданное богами. Для этого он подчинил себе Воды Без Плеска, породившие Лоза, — разносилось над Кридоном.

— Затем собрал и впитал Рассыпавшегося. Объединив в себе одном их силы, он стал почти непобедимым. Теперь собирается вобрать в себя наш Мир и Немыслимые Пределы, где живёт большинство длиннолицего народа, — звучало в Мэниге.

— Насколько опасен Грейф Нюд, можно понять по тому, с какой скоростью были поглощены войска, стоявшие по всей стране, — разлеталось по Ванирне и Дросвоскру.

— Противостоять этому чудовищу в одиночку невозможно, а потому мы решили сплотиться дюками, — проносилось по Шаракому и Стевосу.

— Этого только не хватало! — перебил герольда пожилой растрёпанный шаракомец. — Объединяться с теми, кого не бывает, против того, чего не может быть…

Он хотел добавить ещё что-то покрепче, да так и замер с открытым ртом.

— Это нас-то не бывает? — прогудело у него над головой. — А сам-то ты есть?

Шаракомец поднял глаза. Ошарашено уставился на длинное лицо, обрамлённое седой гривой. Да так и захлебнулся воздухом. Дюк, тем временем, продолжал:

— Вы вот тут всё болтаете, а когда он вас начнёт заглатывать, как виноградины, последней вашей мыслью будут распоследние слова в адрес старого Рьоха, который не предупредил вас, потому что его не бывает! Вот что: мы — есть, так же, как существуете вы, как живут в наших Мирах коты или лежбики…

— Ладно, — очухался, наконец, недоверчивый шаракомец. — Убедил. Но вот лежбиков, точно не может быть!

— А это, по-твоему, кто? — хмыкнул Рьох, указывая на огромного крылатого кота, который медленно планируя, опускался на площадь. — Ну, а поскольку мы все есть, и ни в Дальний Мир, ни в небытие раньше положенного срока отправляться явно не собираемся, — продолжил он, как ни в чём не бывало, — то можем вас защитить, а вы обязаны помогать Императору. Как верные подданные его Короны и просто, как люди!

Если, конечно, некоторые перестанут болтать, нести разную чушь и околесицу и, наконец, подумают своими неосмысленными головами, что Император, хотя и очень молод, но не отличается скудоумием, и его эдикты направлены только на благо Сударба, а если, подумав, эти некоторые ещё и действовать начнут, то в таком случае у нас есть некоторые шансы не только на спасение, от козней Колдуна, но и на его поражение…

— Совместными усилиями мы сможем оградить наши города от его вторжения, прикрыв надёжными магическими щитами. Жителям поселений, окружающих столицы, на время войны, лучше переселиться за крепостные стены.

Однако выстоять — полдела. Мы должны победить. А потому, обращаюсь к своим подданным с просьбой о помощи. Сколько мог, я старался избежать лишних жертв. Теперь не могу ничего гарантировать. Любыми способами избегайте встреч с Колдуном, но если это невозможно — будьте мужественны! Защищайте не себя, а друг друга, так дольше продержитесь…

Император бережно опустил четыре гладиолуса в Песонельт прямо у истока. Медленно поднялся с колен. Мирные пути остались позади. Впереди была война…

В города входили мужчины и дюксы. Женщины и дюки. Они шли и пели, защищая Сударб от надвигавшейся на него неминуемой гибели.

II

Уставший и недоумевающий Грейф Нюд шёл наугад. Ему срочно нужно было восполнить силы, потраченные на битву с Четырьмя. Воды всё так же томились жаждой. Лоз требовал мести. Облачная армия слегка поредела, но всё также покорно вилась вокруг своего Повелителя.

Ближе всего к Дальнему Миру располагался Мир Снов. Великий подумал, не направиться ли туда. Уничтожить это сборище призраков и видений будет не так уж и трудно. Заодно и длинномордые бабы перестанут являться. Тогда вымрет дюковское племя.

Привычная хихикающая дрожь пробежала по коже. Действительно, забавно… — собираясь уничтожать вообще всё, тратить силы на какие-то мелочи.