Друзья, соперники, коллеги: инструменты воздействия - Торстен Гавенер

Он становится учеником. Первый участник получает задание через некоторое время проверить его успехи, то есть становится учителем. После того как ученик выучил список, его крепко привязывали к стулу, так что он больше не мог встать, а к его рукам крепились электроды. После этого профессор и учитель отправлялись в смежную комнату.

Далее учитель проверял, насколько хорошо выполнено задание. За каждый неправильный ответ ученик получал электрический разряд. А самая соль заключалась в том, что с каждым неправильным ответом мощность разряда увеличивалась. После нескольких неправильных ответов боль, причиняемая электрошоком, становилась невыносимой. Ученик умолял профессора закончить эксперимент, но тот настаивал на продолжении. Спустя еще парочку неправильных ответов ученик начинал биться в конвульсиях и громко кричать. Сквозь стоны он молил о прекращении эксперимента.

Но по велению профессора на него беспощадно сыпались новые разряды. Даже когда ученик больше не мог отвечать, профессор приказывал считать пропущенные ответы ошибкой и посылать ему разряд. До страшной развязки…

Это жестокое исследование проводилось именно так, как я описал. Но, как вы поняли, его цель не имела ничего общего с той, что озвучивали участникам. Оно было задумано для того, чтобы проверить, насколько сильным может быть влияние авторитета. На что способны люди под давлением авторитетной личности? Как далеко они могут зайти? Результаты исследования оказались неутешительными, хотя в действительности, конечно, никто не пострадал. Не зря второй участник был актером, он умело изображал боль и отчаяние. На самом деле тестировался вовсе не ученик, а его учитель, то есть тот самый человек, который по требованию профессора включал электрошок.

Результат: две трети испытуемых выполняли свою задачу безжалостно и до самого конца. Только треть из них проявили сострадание и в определенный момент отказались продолжать пытку. При этом исследование проводилось среди обычных «среднестатистических» горожан, которые ранее никогда не сталкивались с открытыми проявлениями жестокости. «Самое важное в этом исследовании то, что мы показали людям, на что они способны под давлением авторитета» (Милграм, 1974).

Изначально, кстати, Милграм хотел выяснить, как нацистам удалось заставить такое количество немцев исполнять свои жестокие приказы. Он хотел определить их степень послушности и сравнить с результатами в других странах. Но после того как исследование в Йельском университете было завершено, он понял, что может сэкономить на авиаперелете до Германии. Американцы подчинялись авторитетным приказам так безоговорочно, что зарубежное исследование показалось излишним.

* В общем, мы серьезно воспринимаем все, что от нас требует авторитетный для нас человек, и с готовностью следуем его указаниям. Причина этого кроется в том, что мы с самого детства приучаемся к послушанию: слушайся маму, папу, бабушку, дедушку, учителя…

Таким образом, как только мы сталкиваемся с предполагаемым авторитетом, в нашем сознании срабатывает заложенная программа. Действие этого механизма естественно и необходимо для нормального функционирования социума. Например, в чрезвычайной ситуации вполне разумно слушаться советов ответственных за ваше спасение людей. Но и у послушания должна быть ограничительная планка.

Когда за авторитетом кроется злой умысел, послушание вредит людям и зачастую приводит к необратимым последствиям. Так, учителя и священники используют свой авторитет, чтобы годами насиловать детей и оставаться в безнаказанности. Министры украшают себя фальшивыми докторскими званиями, а мошенники в белых халатах без допуска к врачебной практике оперируют пациентов. Сила авторитета (в том числе и негативная) существует в любом случае, и об этом нужно помнить.

Проведенные в больницах исследования, например, показали, что младший медперсонал обычно выполняет указания врачей, даже если уверен в ошибочности предписаний. Так вводятся безответственные дозы медикаментов или случаются вовсе удивительные истории. Однажды медсестра закапала пациенту глазные капли в филейную часть, потому что главный врач якобы сказал именно так. Этот случай вошел в историю медицины под кодовым названием «Ректальная ушная боль».

Гёте угрожает нашему здоровью

Я не шучу, так оно и есть. В своей книге «Quirkology» Ричард Вайсман описал воздействие романа «Страдания юного Вертера» на общество во времена великого поэта. В ключевой работе периода «Бури и натиска» речь идет о влюбленном молодом человеке. К сожалению, возлюбленная Вертера обещана другому, и он знает, что у его любви нет ни единого шанса. Но молодой человек любит ее так сильно, что совершает самоубийство. После публикации книга завоевала огромный успех. Гёте сумел вызвать у читателей неподдельное сопереживание, но это привело к довольно печальным последствиям. Целая волна самоубийств несчастно влюбленных юношей и девушек прокатилась по стране. Чтобы предотвратить дальнейшее распространение «синдрома Вертера», роман пришлось запретить.

Ученые до сих пор не пришли к единству во мнениях относительно этого феномена. Одни говорят о настоящей эпидемии, другие утверждают, что все было совсем не так страшно. Тем не менее доказано, что количество смертей, которые можно непосредственно связать с книгой, отражается двухзначным числом. Некоторые из юношей, например, были одеты точно как Вертер: синий фрак, желтый жилет, желтые панталоны, сапоги и серая шляпа. Также, кстати, был одет исполнитель роли Гёте в фильме «Гёте!». Этот фильм для меня всегда был доказательством того, что немецкие режиссеры умеют снимать очень хорошие фильмы. Но вернемся к нашей теме: помимо всего прочего, большинство самоубийц держали в руках ту самую книгу.

* Понятие «синдром Вертера» ввел в обиход американский социолог Давид Филлипс в 1974 году. Он изучал самоубийства известных личностей и их влияние на общество. Собранные им данные позволили сделать вывод о том, что уровень самоубийств в обществе повышается под влиянием суицида среди знаменитостей.

В восьмидесятые годы в Германии показали короткометражный фильм «Смерть школьника». В нем довольно подробно освещалось самоубийство старшеклассника. После показа этого фильма уровень самоубийств среди подростков пятнадцати-девятнадцати лет вырос на сто семьдесят пять процентов. После повторного показа этот показатель снова поднялся на сто пятнадцать процентов. Непостижимо! Даже в США после соответствующих сообщений в СМИ уровень самоубийств в течение последующих двух недель поднимался примерно на тридцать процентов. Особенно сильный всплеск всегда наблюдался после освещения в прессе смерти авторитетных и любимых зрителями людей. Например, смерть Мэрилин Монро повлекла за собой двенадцатипроцентное увеличение уровня самоубийств среди американцев.

Именно поэтому германский центр свободного контроля прессы следит за тем, чтобы сообщения о самоубийствах были как можно сдержаннее. Чем больше деталей станет известно общественности, тем больше появится подражателей. Поэтому никаких имен, названий и обстоятельств. Это и есть темная сторона принципа подражания. Кроме фактора схожести важную роль здесь играет еще и фактор неуверенности. Об этом дальше.

Раздел, который может спасти жизнь

Роберт Чалдини одним из главных своих достижений считал открытие следующего факта: принцип подражания работает, потому что люди всегда ориентируются на свое окружение. Именно поэтому случаются такие ситуации, когда на глазах у множества людей кого-то избивают или в полном автобусе человек падает с инфарктом, а никому до этого нет дела.

* Парадокс здесь заключается в том, что чем больше людей наблюдают за таким событием, тем меньше вероятность, что хоть один из них вмешается. Всех их волнует только реакция окружающих. Если никто первым не возьмет на себя инициативу, ничего не произойдет. И дело здесь вовсе не в бессердечии или злобе, причина в том, что большинство людей в такой ситуации чувствуют себя неуверенно и подавленно.

Но как только хоть один из наблюдающих начинает действовать, первая костяшка домино падает и неожиданно у него появляется куча помощников.

Никому из вас я не желаю никогда в жизни попасть в такую ситуацию. Но если однажды все же случится так, что вы почувствуете себя плохо в оживленном месте, помните: вместо моментальной помощи окружающие будут какое-то время бороться со своей неуверенностью. Поэтому ваша задача – сразу исключить всякое недопонимание и неуверенность. К примеру, вы едете в трамвае и понимаете, что вот-вот потеряете сознание. Срочно обратитесь непосредственно к одному из пассажиров. Как правило, когда человек понимает, что обратились именно к нему, то начинает чувствовать личную ответственность и действует.