Жестокие чувства - Агата Лав

– Точно. Значит, побег отменяется.

– Отменяется, – кивает Роман и опускает потемневший взгляд на мои губы, он определенно не хочет выпускать меня из рук и уходить. – Я еще даже толком не распробовал тебя.

Он замирает на мгновение, но потом все-таки волевым усилием разрывает свои объятия. Он кивает мне на прощание и разворачивается, прикладывая телефон к уху. Его жесты сразу становятся другими. Жестче, монументальнее, появляется агрессия… Все-таки он вертится в том же мире, что и Третьяков, пусть его и зовут «белым воротничком», об этом не стоит забывать. Лебедев по определению не может быть милым и простым парнем.

Я смотрю на его карту, на которой значится вообще другое имя. Но в том, что на ее счету огромная сумма, я уверена. Наверняка я могу купить даже Биркин, которая стоит как квартира в регионе. Я читала, что в последние годы сильно развился рынок перепродажи люксовых вещей. Богатые мужчины дарят дорогие вещи, а девушки потом их продают. Простая схема, которую некоторые красотки поставили на поток. Если такой красотке попадется рыба уровня Лебедева, то она обеспечит себя на всю жизнь.

Но в моем случае задача сложнее. Мне нужна защита от Третьякова, а не деньги.

Я поднимаюсь на лифте на верхние этажи, где как раз создан оазис для опустошения толстых кошельков. Стенки в лифте стеклянные, и я вижу, как внизу рабочие расстилают новый ковер перед входом в отель. Рядом останавливается черный седан представительского класса. Из него выходит водитель и помогает носильщику уложить чемоданы в багажник. Странно, но те мне кажутся смутно знакомыми… Словно я видела их совсем недавно.

Марианна.

Ответ приходит в следующее мгновение.

Она подходит к седану, и я понимаю, что видела эти чемоданы, когда их грузили на яхту. Это ее багаж.

Я машинально шагаю ближе к стеклу. Лифт поднимается все выше, и силуэты внизу становятся все меньше и меньше. Но я напряженно вглядываюсь, ожидая, что следом на улицу выйдет Герман.

Но его нет.

Водитель распахивает дверцу перед Марианной, и она резким нетерпеливым жестом собирает свою длинную юбку. Она уже собирается нырнуть в салон, как вдруг запрокидывает голову и смотрит в мою сторону. На плывущий вверх лифт. Я вижу ее лицо и напрягаюсь, хотя понимаю, что она вряд ли видит меня через тонированное стекло. Но она продолжает смотреть вверх, на движущуюся цель, и только через несколько секунд скрывается в машине. Водитель захлопывает дверцу и возвращается на свое место. Машина трогается.

Без Германа.

Когда я выхожу на этаже, мысли не сразу удается сдвинуть в верном направлении.

Марианне не понравился пятизвездочный отель?

Почему она уехала?

С вещами…

Герман отправил ее подальше?

Или она сама так захотела… оскорбилась?

Или она сыграла свою часть партии и теперь может быть свободна? Я теперь думаю, что она специально толкнула меня на яхте. Не в порыве ненависти, а по согласованному с Германом плану. Он мог придумать это, чтобы вывести Лебедева из равновесия и вернуть в старые трагические воспоминания.

Если это так, то это просто ужасно…

Я могла на самом деле получить увечья.

Для Германа это совсем ничего не значит?

Да и Лебедев. Это же пытка для него, изощренная, ужасная… Я не могу принимать в этом участие. Это все равно что добивать раненого.

Я встряхиваю головой, чтобы переключиться. Сейчас нужно выдохнуть. Я с трудом вспоминаю, для чего поднялась на верхний этаж, и следом напоминаю себе, что за мной уже может наблюдать охранник Лебедева. Надо вести себя естественно.

Мне нужно сделать несколько покупок, чтобы вернуться в номер не с пустыми руками. Парочка брендовых пакетов порадует Лебедева и не будет выглядеть так, словно я решила набивать себе цену столь дешевым способом. Я прохожу по главной аллее, выбирая цель. Мое внимание привлекает магазин часов. Модели, которые получают топ-менеджеры финансовых гигантов, я смотреть не буду, но варианты пониже классом подойдут.

Консультанты встречают меня с вежливыми улыбками. А через несколько мгновений я замечаю, что появляется обещанный охранник. Это добавляет важности моей персоне, так что обслуживание становится королевским. Я не отказываюсь от шампанского и кручу ладонью. Рассматриваю, как золотой браслет смотрится на моем запястье, пока другая девушка-консультант приносит вторую кожаную коробку с наручными часами.

Я провожу в первом магазине почти час, потом поглядываю на охранника, но он не подает никакого сигнала, что нам пора. Тогда я перемещаюсь в отдел купальников. Он первым попадается на глаза и кажется очевидным решением. Я выбираю пять комплектов без примерки, которые отправляются на кассу. Потом еще очки, сумка-корзинка и модный шнурок для сотового.

На этом моя фантазия иссякает.

Но и времени набегает прилично. Я поворачиваю обратно к лифту и отмечаю, что на этот раз охранник входит в одну кабинку со мной.

– Я заберу пакеты, – произносит он глухо и протягивает широченные ладони.

На них набегают черные татуировки, которые выглядывают из-под строгого пиджака.

– Да, спасибо, – я киваю. – Жарко в костюме?

– Есть немного, – не отрицает он и нажимает кнопку на панели. – Но я на работе, а не на отдыхе.

– Поэтому дресс-код обязателен, – заканчиваю за него и оборачиваюсь к единственной стенке, которая не прозрачная, а зеркальная.

В голову ударяет мысль, что я тоже придерживаюсь дресс-кода. Выгляжу так, чтобы понравиться Лебедеву.

– Роман в номере? – спрашиваю охранника.

– Мой босс пока занят, – отвечает он и пропускает меня вперед, когда створки лифта распахиваются. – Вы можете сходить на массаж, который вам предложили.

– Да, конечно, – я киваю, хотя это не входило в мои планы. – Только сперва переоденусь.

Охранник провожает меня и ставит пакеты на стеклянный столик рядом с ванной комнатой.

– Можете сходить за пропуском? – спрашиваю его, вдруг понимая, что не взяла пригласительный пропуск на процедуры, который мне предлагали в отделе купальников. – Я забыла его на стойке.

Парень хмурится, но соглашается. Он отлучается, а я ухожу в ванную, чтобы выбрать другой наряд. Моя нежная кожа уже получила хорошую дозу солнца на завтраке, и хочется немного прикрыться.

Вдруг раздается хлопок двери. Автоматика притягивает ее с излишней силой. Потом доносятся уверенные мужские шаги.

– …у них новые условия, – голос Лебедева напитан злыми интонациями. – Турки не хотят, чтобы в сделку входил Третьяков. Они уверены, что он ведет свою игру и хочет всех кинуть. Меня в том числе. Его нужно проверить.

Лебедев делает паузы. По шорохам становится ясно, что он открывает ящик и что-то ищет в нем.

– На методы плевать, сейчас не до изящества, время слишком дорого