Сама невинность - Лаура Гурк

Она хотела показать ему сад не ради удовольствия находиться в его обществе, но это ничуть не смущало Мика. Возможно, ему удастся спровоцировать её и она нечаянно проговорится. Выдаст какую-нибудь полезную информацию, хоть её крохи.

Мик поставил чашку.

– Любой был бы счастлив выйти с вами на прогулку в сад, мисс Хэвершем. Вы оказали мне честь своим любезным приглашением.

Услышав его галантный ответ, Вайолет засветилась от удовольствия, мисс Пибоди хихикнула и даже мисс Этвуд с её вытянутым, вечно разочарованным лицом удостоила его улыбки.

Софи сжала губы, развернулась и молча вышла из комнаты, велев ему следовать за собой нетерпеливым взмахом руки.

– Софи, – окликнула её тётушка, когда они оба уже покинули гостиную, – раз ты идёшь в сад, не могла бы ты нарвать цветов для обеденного стола? Я заметила, что тёмно-красные розы уже расцвели. Мы могли бы поставить их в центре.

– Конечно, тётушка, – не останавливаясь, откликнулась Софи и продолжила шествовать по коридору. При ходьбе муслиновые оборки на отделанной кружевом нижней юбке взлетали вокруг её туфелек. Мик заметил, что на спинке её блузки расстегнулась одна пуговичка, и теперь ему был виден кусочек белого кружевного корсета. Он улыбнулся, понимая, что Софи даже и не догадывается о том, что случайно предоставила ему возможность полюбоваться на своё нижнее белье.

Они дошли до кухонных помещений, расположенных в задней части дома, где Софи задержалась в кладовой дворецкого. Она надела фартук, положила в карман фартука садовые ножницы, взяла корзину и вышла из дома через чёрный ход.

Мик следовал за девушкой, разглядывая её спину и наслаждаясь превосходным видом, который ему открывали расстёгнутые пуговицы. Они прошли по небольшой лужайке и ступили на вымощенную плитами дорожку, которая вилась через настоящий английский сад, яркий и цветущий. С трёх сторон сад был окружён высокой каменной оградой, благодаря которой сюда не доносился лондонский шум. Здесь пахло цветами, их сладкие насыщенные ароматы отчётливо различались в воздухе.

Мик шёл по дорожке вслед за Софи, но едва они сделали несколько шагов, как Софи остановилась и повернулась к нему.

– Мои поклонники вас не касаются. Вам обязательно надо совать свой нос в мою личную жизнь?

– Вы сказали, что у вас нет поклонников.

– Я хочу сказать, я понимаю, что вы пытаетесь сделать. Вы задаете вопросы, будто бы мимоходом, только для поддержания разговора, но на самом деле вы выпытываете, – её глаза сузились. – Это оскорбительно. И бесполезно. Какое отношение могут иметь к вам мои поклонники?

– Я лучше знаю, что имеет ко мне отношение, а что – нет, мисс Хэвершем. Если мне кажется, что какие-то вещи важны для моего расследования, я буду ими заниматься, и меня совершенно не волнует, причинит ли это вам неудобство.

Софи поставила корзину на каменную дорожку, достала ножницы и начала быстрыми движениями срезать полураспустившиеся розы с ближайшего куста, кидая их в корзину.

– Во время вашего визита к нам сегодня утром вы выяснили местонахождение каждого из нас; вы должны были уже убедиться, что все мы говорим правду. Вы нечестным путем получили приглашение поселиться у нас – и вы не стали бы добиваться этого, если бы считали, что кто-то из нас пытается убить вас.

– Следовательно?

– Следовательно, сейчас вы намерены разузнать всё, что только возможно, о моих друзьях и знакомых; потом вы начнете гадать, кто из них может быть вашим подозреваемым. Вы хотите знать всё о моих предполагаемых поклонниках, потому что считаете, что, если убийца не один из нас, то это, должно быть, кто-то из моего окружения. Я пока права в своих предположениях?

– Вы очень проницательны.

Софи искоса на него посмотрела.

– Это не проницательность. Это знание. Между ними есть разница.

– Что вы имеете в виду?

– Я уже говорила вам, что иногда могу читать чужие мысли. Я знаю, что вы замышляете, и пригласила вас выйти в сад, чтобы сказать вам наедине, что мне не нравятся ваши мотивы.

– Но почему вы считаете, что все мои усилия напрасны? Вы и, правда, верите, что никто из ваших знакомых не способен на убийство? Вы настолько наивны?

– Дело не в наивности. Я знаю, что человек, пытающийся убить вас – кто бы он ни был – не имеет ко мне никакого отношения. Он как-то связан с вами.

– И как вы можете это доказать?

Не ответив, Софи подняла корзинку и пошла дальше по дорожке.

Мик смотрел девушке вслед. Она продолжала настаивать, что может предвидеть будущее и читать чужие мысли. Инспектор задался вопросом, не было ли его первое впечатление верным. Может быть, она действительно безумна.

Пройдя пару футов[48], Софи остановилась и наклонилась, чтобы срезать несколько ярко-жёлтых цветов. Когда она выпрямилась, Мик ухмыльнулся. Еще одна пуговичка на спинке её блузки расстегнулась.

Инспектор задумался, не стоит ли ему предложить девушке застегнуть эти пуговички. И то, как покачивались её бедра, пока она шла дальше по дорожке, делало эту мысль ещё более соблазнительной. Яркое солнце светило Софи в спину, и сквозь все её юбки Мик видел расплывчатые очертания её ног – её длинных прекрасной формы ног, которых он касался прошлой ночью. И всё же, если бы на ней не были надеты нижние юбки, он бы увидел намного больше, чем просто смутный силуэт.

– Проклятье, – пробормотал он, – как бы я хотел, чтобы женщины не носили так много одежды!

Софи остановилась и обернулась.

– Что вы там делаете? – окликнула она его.

Направляясь к тому месту, где стояла Софи, Мик постарался выбросить из головы мысли о её ногах. Он напомнил себе, что она является подозреваемой, вероятной соучастницей преступления, что, возможно, она немного не в себе, но всё это не помогало. Он хотел провести руками по этим длинным ногам, хотел нежно погладить чувствительную кожу под её коленками.

Мик глубоко вздохнул.

– Как вы читаете чужие мысли?

– Просто читаю, – ответила девушка. – Мысли других людей появляется в моей голове, как будто бы они сами сказали мне, что они думают.

Совершенно невозможно, чтобы она говорила правду. Если бы она могла прочитать его мысли всего минуту назад, она бы отвесила ему пощечину.

– Меня и правда не волнует, верите вы мне или нет, – продолжила девушка. – Что меня тревожит, так это ваши поступки. Изучение наших жизней, вопросы о наших друзьях, слухи и сплетни, которые вы попытаетесь собрать, – и всё зря. Со временем вы вынуждены будете признать, что никто из наших знакомых никак не связан с человеком, который покушался на вашу жизнь. Почему вы просто не уйдёте?