Антология №1. Безумные сказки Андрея Ангелова - Андрей Ангелов

Шофер лишь покрутил пальцем у виска вслед уходящему пассажиру.

— Я тебе нравлюсь? — капризно произнесла восьмидесятилетняя покойница, лежащая на каталке. Она улыбнулась мертвенными губками и «ласкательным движением» сбросила с себя саван, оставшись совсем голой. Синее, чуть подгнившее тело, совсем не маняще колыхалось.

Если бы Бог не придумал смерть — то жизнь потеряла бы логику. Интерпретация наоборот – это вопреки здравому смыслу, а психи вне темы, елико живут в другом мире. Работник морга – это нечто среднее между здравым смыслом и психом. Нормальные люди там не работают, но и ненормальных здесь не держат.

— Оденься! – строго сказал Митя покойнице, поправляя саван. – Никакой труп не должен оживать и шевелиться. Не положено!

— Что за посыл!? – ехидно рассмеялась старушка. – Моё тело – женское, а мужчина всегда хочет женское тело!

— Меня премии лишат за разговоры с трупами, — санитар покривил своё простодушное лицо. – Замолкни, старая! – впрочем, злости в голосе не звучало.

Диалог происходил в коридоре морга, перед большой светло-серой (явно стальной) дверью. Митя, не обращая более внимания на «клиентку», — вставил ключ в замок, повернул и потянул на себя ручку. Дверь со скрипом открылась, дав клуб морозного пара. На полках холодильника сидело с десяток покойников, мужчин и женщин преклонного возраста.

— Привет, Митрич! – донёсся нестройный возглас.

— Слухай, а мона температуру чуток поднять?

— Принеси одеялко, жёстковато как-то!

— Мне сосед не нравится, воняет сильно!

— А меня Пал Василич вскроет? У него таки нежные персты!

— Привезите мово мужа!

Покойники вразнобой кричали просьбы и пожелания. Митя терпеливо слушал. Наконец, он поднял руку и гул смолк.

— Спокуха! – вдумчиво произнёс санитар. – Щаз схожу, помою руки и все ваши просьбы перепишу. И единым прошением передам заведующему. Лады?

Резко пахнуло конской мочой. Санитар вспотел, икнул и пукнул… похлопал непонимающими глазками. Никто ему не ответил. Трупы мирно лежали на стеллажах, старушка на каталке коротко рассмеялась:

— Хи-хи! – и затихла в формате смерти.

— Ик! – выдал Митя на прощание.

26. И виделось им…

Аптечный отдел был битком забит фигуристыми флаконами, внутри заманчиво плескалась жёлтая амброзия, а этикетки стандартно гласили: «Возбудитель». Толпа мужчин разной национальности, степени молодости и красивости – осаждала прилавок.

— Ээй, окаянные! – тоскливо кричала толстая бабища, внешне — копия Фурии. – По одному, пожалуйста, уверяю, хватит всем!

Самцы не слушали фармацевта, а упорно лезли вперёд, грозя снести прилавок. Мелькали разгорячённые кулаки, слышалась брань.

На стеночке висела рекламка: огромный плакат, а на нём, в форме стюардесс, на фоне авиалайнера, загадочно улыбались Олесия и Настя. В сладких ладошках у каждой по флакончику с возбудителем. Надпись на плакате декларировала: «Хочешь меня? Тогда летай нашим бизнес-классом!»

— Надо остановить безумных интеллектуалов! – в ужасе воскликнули девочки из Хамовников. Они смотрели фоточки модных платьев на «Сосайтниках», когда Люся & Лада (совместный аккаунт) кинул им данное видео, присовокупив к нему кучу подмигивающих смайлов.

— Я наберу дрищам, — Настя стала судорожно рыться в контактах смартфона.

— Не телефонный разговор, — остановила подружку Олесия.

Обмани ближнего – не то тебя обманет дальний. Девочки подскочили, с намерением выбежать из розовой спальни, где и коротали время. Однако затормозили: шок прошёл, а вопрос сам просился на язык:

— Кто нам видос «слил»? – спросила Олесия. – Люся с Ладкой?

Девушка быстренько нащёлкала в чате:

— Привет, откуда у вас видео? Отправить! Есть.

— Ну, чё?

— Вот ответ… Так, ага… Ролик нам прислал вот этот тип… Ссылка.

Настя нажала на ссылку и её перекинуло на другую страничку. На фотографии задорно усмехался юзер — дымчатый котик с большим пушистым хвостом.

— Фигасе!..

* * *

Улица Доваторов, в московском районе «Хамовники», была наполнена пешеходами. Не особо загружена, но пешеходы шли, бежали и ехали на роликах. Всё как всегда. Только вот особи женского пола, начиная с восемнадцати лет, совершали свои променады обнажёнными. Не обращая внимания на редких самцов – женщины мило улыбались Феде и Пете, важно шествующим по правому тротуару. Некоторые дамы невзначай задевали их плечиком, намеренно подмигивали и показывали неприличные жесты… Намёки сыпались отовсюду и от всех сразу!

Мордовороты лучились счастьем, снисходительно улыбаясь суете, однако знаков внимания не оказывали. Вскоре выяснилось – почему. Навстречу дружбанам цокали каблучками Олесия с Настей, держась за ручки и покачивая голыми попами.

— Ау! – облизнулись громилы, основательно поправляя ширинки.

— Дорогие ребята! Пожалуйста, побрызгайте нас возбудителем и отымейте! – попросили девочки, приблизившись почти вплотную. – Мы готовы отдаться только вам, ведь вы единственные, кто может доставить наслаждение девушке!

Вдруг… туча на небе превратилась в морду кота, зверь разинул пасть и заорал:

— Мяяууу!.. – сверху дунул ощутимый порыв ветра. Мордовороты зажали уши, так нестерпим был крик. – Мяууу!..

* * *

— Мяяууу!.. Мяяууу!.. – кричал кот, настойчиво долбя по барабанным перепонкам.

— Ай! – громилы встрепенулись, отходя от дрёмы. Они обнаружили себя на диванчике в гостиной кухне, одни. А откуда-то извне доносился дикий кошачий рёв. Беглый осмотр квартиры показал, что братиков нет, зато есть их ассистент животного происхождения.

Котик лихо отплясывал посреди лабораторной спальни, в одной лапке – смартфон от Стива, с льющейся из него залихватской мелодией, а в другой – пустой флакон. На полу — разбросана опорожненная тара из-под возбудителей, шерсть на звере — скатана и торчала сосульками, — явно неплохо он себя попользовал результатами опытов. Истошный рёв и непередаваемый запах зелья наполняли атмосферу.

— Эй, кошак! – позвали мордовороты, с опаской входя в комнату.

Котяра будто не видел закадычных дружбанов, наяривая танец и громко мурча. Музыка смолкла, котик сделал последнее па и раскланялся во все стороны:

— Мяв!..

— Кошааак! – заорали громилы, склоняясь над танцовщиком. Котик увидел перед собой две огромные заросшие хари, задрожал в испуге и зашелся сплошным мявом:

— Мяу, мяу, мяу!.. – он смотрел непонимающе, потом начал пятиться, прикрывая морду флаконом и смартфоном аки двумя щитами.

— Млин, он русский язык забыл, — в удивлении пробормотал Федя.

— Канешн, по ходу вылил все опыты, — заметил Петя. – О, смотри, чувак! – Мордоворот показал приятелю на два флакона, которые целёхонькие стояли на полочке. Этикетки гласили: «Петя» и «Федя».

— Нам оставил? – снисходительно спросили громилы у