Властители магии - Алекс Морган

Джек усмехнулся, его чёрные глаза с иронией смотрели на меня.

— Вы думаете, есть смысл? Я ваш муж и никто не придёт защищать вас… от меня.

Пришлось волей не волей признать поражение. Но лишь в этом раунде. Никогда больше подобного не повторится. Я не допущу больше этого унижения. Он ещё узнает чего стоит обида Кармен.

— Отойдите от меня… — пробормотала я, чувствуя как к горлу подступает комок слёз.

— Вы сдаётесь?

Я кивнула. Джек немедля отпустил меня и отошёл назад на несколько шагов, словно, готовясь ловить меня, если попытаюсь сбежать. Но даже это было бы сейчас бессмысленно. Я сама согласилась на этот брак, самой и спасать себя.

— Ненавижу вас… — прошептала я и вместе с единственной слезой, беззвучно скатившейся по щеке, к моим ногам упала моя ночная рубашка.

Сгорая от стыда, дрожа всем телом, я стыдливо прикрылась руками. Странно, но кроме этой единственной слезинки, из моих глаз не хлынул град солёных как море слёз, и я не принялась судорожно рыдать. Комок, подступавший к горлу, исчез.

В голове вихрем проносились мысли и вместе с ними уходил страх и приходила всепоглощающая обида и ненависть. Вместе с ночной рубашкой, вместе со слезой к моим ногам пали моя беспомощность и страх. Никто больше не увидит моих слёз, никто не увидит моего страха и глупой наивности. Юная, неопытная и наивная девушка никогда больше не взойдёт на пьедестал. Её место отныне принадлежит Каролине — бесстрашной амазонке, покорившей сердце принца и наследника султана Османской империи. Отныне есть только смелая и воинственная женщина, способная защитить себя и готовая преподать урок любому мужчине.

— Я никак не пойму чего вы стыдитесь? — пробормотал Джек, оценивающе глядя на меня. — Ваша фигура ещё великолепней и прекрасней, чем я предполагал… В ночь нашего знакомства мне не удалось разглядеть вас, но сейчас… Воистину, вы идеал женственности и красоты.

Гордо вскинув голову, я с презрением уставилась на него. Никогда и никто ещё так меня не унижал. "Он ещё пожалеет об этом!..", — яростно подумала я.

— Чего теперь вы ждёте? Мне броситься в ваши объятия и дожидаться часа, когда вы, наконец, оставите моё тело в покое?.. — угрожающе произнесла я.

— Вы обиделись на меня. — с коротким вздохом, заключил Джек. — Право же, очень глупо…

— Вы пали в моих глазах так низко, что теперь я ни минуты не сомневаюсь в том, что если я — идеал женственности и красоты, то вы — идеальный пират. Я была права, когда создала о вас своё первое, не самое благоприятное, но правдивое мнение. — фыркнула я и, прошествовав мимо него, юркнула под одело.

Бездумно пролежав какое-то время на боку, с открытыми глазами, спиной ощущая присутствие Джека позади себя, я, в конце концов, заснула.

Ночь принесла с собой прекрасный сон. Я снова видела Никиту. Он спал, а когда открыл глаза — увидел меня. Подхватил на руки и увлек в жаркий поцелуй, увлекая к нашей постели. Мы словно два безумца целовались и не могли надышаться. По телу пробежал электрический разряд и мне хотелось впитать его в себя, чувствовать ближе, острее.

Нежные чуть шершавые руки скользят по коже, вызывая волну мурашек, срывая с губ стон… Горячие губы вслед за руками ласкают лицо и тело. Я выгибаюсь навстречу ласке, боясь, что вот-вот все закончится. Чувствую острую необходимость в моем мужчине. Обвиваю мужскую шею руками, притягивая к себе, желая слиться с его телом в единое целое. Горячий шёпот пронзает тишину:

— Каролина…

Словно околдованная, я шепчу в самые губы:

— Люблю…

— Ты моя, Каролина… — отзывается в ответ Никита.

Я распахнула глаза и уставилась в черные омуты глаз мужа. Это не сон, это реальность! Каждой клеточкой тела я ощущала его. Нет, противно не было, скорее наоборот. Внизу живота предательски разгорался огонь, но так не должно быть! Я пообещала себе, что между нами ничего не будет! Какого черта вообще происходит?!

Джек склонился ко мне, намереваясь снова поцеловать и я резко оттолкнула его. Эффект неожиданности сработал как надо и я ужом выскользнула из-под него. Вскочила с постели, прижимая к телу одеяло, яростно начав причитать, совершенно прогнав всякий сон:

— Как вы посмели?! Что вы себе думаете обо мне?!

Джек уставился на меня как на привидение. Продолжая полулежать на кровати, он непонимающе смотрел на меня. В комнате достаточно темно, но лунный свет, льющийся из окна придавал обстановке загадочную, романтическую атмосферу. Я сглотнула, скользнув взглядом по телу мужа и тут же тряхнула головой. Совсем больная! Какая к черту романтическая атмосфера?!

— Я? Не меньше вас я был удивлён, когда ваши нежные ручки разбудили меня… И, кстати, ещё минуту назад вы были не против продолжения… — с усмешкой добавил Джек.

Я приготовилась с достоинством ему ответить, но в этот момент услышала за дверью голоса, раздался дружный хохот и в комнату, во главе с Ричардом, ворвалась большая пиратская компания. Куда ужасней было, что я стою перед ними, прижимая к себе одеяло, так что я, в один прыжок взобралась обратно на кровать и прижалась лбом к плечу Джека, надеясь спрятаться от посторонних глаз. Он обнял меня и рассмеялся:

— Вы небось своим гоготом всю гостиницу перебудили!..

— Когда капитану хорошо — всем должно быть хорошо! — заметил Ричард заплетающимся языком. — С такой красавицей в постели ночь нельзя провести в тишине!

Я покраснела, желая только, чтобы они побыстрее ушли. Пьяные матросы во главе с Ричардом откидывали пошлые шуточки в наш адрес. Несмотря на то, что друг капитана в курсе фиктивности нашего брака, наши обнаженные тела сейчас говорили об обратном. Джека всё это явно забавляло, а я прятала своё лицо у него на груди, вдыхая только ему присущий запах кожи. Надо признаться он действовал успокаивающе.

— Выпей, моё сокровище… — произнёс Джек, заставляя повернуть к нему лицо. Поднёс к моим губам бокал с вином.

Я покорно сделала пару глотков и подняла на него глаза. Он сам залпом опрокинул в себя остатки вина и перевел взгляд на матросов:

— Всё, ребята, оставьте нас одних. Вы смущаете мою юную жену.

— Целуй жену! — воскликнул Ричард и его поддержали дружные одобрительные возгласы.

Джек улыбнулся мне и склонился к губам. Как бы сладок не был его поцелуй, я поклялась себе, что никто меня больше так не унизит и никогда никто не увидит моих слёз.

Когда мы остались наконец одни, я отстранилась от него и внимательно посмотрела в глаза:

— Что теперь?..

— Теперь вы можете