'Я - кто?! Сенсей?' 2: Изменяющий судьбыю Том II. Часть 1. - Kerr Riggert

меня на одну руку больше, так что бью в лицо, целясь по треснутым очкам, но мой удар проходит над седой головой.

Проклятье! Не вертись, когда тебя убивают!

Кабуто ловко ткнул по внутренней стороне предплечья, так что у меня искры из глаз посыпались. Секунда дезориентации, и говнюк легко отвел удар, а сам на всякий случай немного проваливался в землю, чтобы по голове не прилетело.

Не успел сглотнуть кровь из закушенной губы, как уже мне пришлось защищаться. Один удар я заблокировал, второй окончательно вывел из строя левую руку.

Чакроскальпель Кабуто я даже не заметил, таким слабым было его свечение, но он сумел что-то разрезать в левой руке. От третьего удара я отскочил, придерживая нерабочую руку.

Кабуто метнулся за мной, и этим воспользовалась Шизуне, бросив в очкарика сенбоны, и в этот раз пару даже попала, но никакого видимого вреда не причинила. Но Якуши, наконец, прервал технику подземного плавания. Потративший много чакры, усталый, отравленный, с сочащимися кровью покрытыми порезами руками, потный и грязный, едва давивший надсадный кашель, но все еще боеспособный, в отличие от нас с Шизуне.

Вздрагивая от боли и от отвратительного ощущения подступающего истощения, я успел создать пару клонов, когда Кабуто увернулся от новых сенбонов Шизуне, скрывшись под землю, будто солдатиком с моста нырнул.

А я так надеялся, что мне никогда в реальном бою не понадобятся одноручные печати. И не был уверен, что получится. Но вот жить захотел — и получилось. Не уверен только, что это мне поможет.

Кажется, я проиграл. И возможно, не только бой, но и жизнь.

Почуяв чужие эмоции, я прыжком ушел в сторону, вместе с клонами образовав треугольник, в середине которого оказался вынырнувший Кабуто.

Меня захлестнула ярость. Если сегодня мне предстоит умереть, то я не уйду, обреченно подняв лапки, а заберу с собой эту сволочь!

— Ур-ра-а-а! — взвыв, насадил свою почти неработающую левую руку на кунай шпиона. От боли аж потемнело в глазах. Удар. Усиленный ветром танто, едва не располовинил второй кунай, которым Якуши закрывался.

Увы, только едва. Он тоже умеет усиливать оружие чакрой.

Кабуто отпустил кунай, застрявший в моей руке, и ударом развеял клона слева от него, но не смог до конца увернуться от удара второго — получив резаную рану во всю спину.

Пытаясь уйти от клинка дубля, очкарик приблизился ко мне.

Я попытался ударить его налобником в переносицу… И Кабуто воспользовался моим же усилием, чтобы бросить навстречу последнему клону, и тем самым развеял его.

Колено, несущееся мне в голову. Темнота.

Ни звуков, ни ощущений… на мгновение показалось — умер. Но затем словно сквозь вату и звон пришли звуки, знакомые голоса, затем боль и горячая ладонь на лбу.

— Живой, — прошептал я, сам не понимая, спрашивал ли, удивлялся или все разом.

— Братец-Ирука, ты как? — встревожено спросило меня бежево-желтое расплывчатое пятно.

— Был бы мозг, было б сотрясение, — я подавил приступ тошноты. — Ох, проклятье. Мозг у меня есть.

— Вы шутите?! Конечно у вас сотрясение! — воскликнула Шизуне зло. После того, как она поводила руками над моей головой, стало значительно легче, но настроение стремительно уползало под плинтус, рассерженно шипя и огрызаясь.

Когда я смог сесть, ни Орочимару, ни змей, ни Кабуто не было, слиняли. Зато Цунаде лечила Джирайю, а Шизуне — меня и себя. Наруто, на удивление, был цел.

Злость подручной Сенджу меня раздражала, потому дожидаться окончания лечения я не стал.

— Жить буду и дальше я сам справлюсь, — буркнул я, отстранившись, — помогите лучше себе, Шизуне-сан.

Фыркнув «хам», она уковыляла к Саске, который ее тоже отшил, повязав эластичный бинт поверх свежего шрама.

— Надо извиниться, — я опять распластался по земле, — но так ле-е-ень…

Поняв, что помирать я не собираюсь, Наруто просиял и взахлеб начал рассказывать, как он отделал очкарика. Мелкий все еще был возбужден после боя, так что понять с его слов, что произошло, было задачей нетривиальной.

— А он! — мальчишка взмахнул руками, будто сражаясь с тенью невидимым кунаем. — А я такой! А они... и тут бах! Все бегом!

Начав заживлять крупные порезы и ссадины, я оглянулся на странные шаркающие шаги. Опять Шизуне?!

Но это был Саске, который на поврежденную ногу старался не переносить весь вес и походкой напоминал хромую цаплю.

— Не так все было, Ирука-сенсей!

Когда Учиха присоединился к разговору, стало гораздо понятнее, что произошло, когда я отрубился.

Узумаки защищал Учиху от непонятно зачем атаковавшей того змеи. Похоже, это было сделано для отвлечения внимания. Саске активировал печать, но это привело только к тому, что он потерял сознание. Наруто пришлось призывать очередного краба. К тому времени, как Наруто закончил со спасением Учихи, я уже почти проиграл свой бой. Но когда Кабуто меня вырубил, Узумаки уже атаковал его, причем отреагировал правильно. Он напал, на ходу создавая клонов.

Очкарик развеял дублей, но на этом все его успехи закончились. Увидев мое состояние, Наруто вызверился, задействовал силу Кьюби, стал быстрее, сильнее и покрылся оболочкой красной чакры, которая растворяла и отражала ян-чакру поблекших и ослабевших скальпелей. Шпион не ожидал такого увеличения скорости и силы противника и его внезапной неуязвимости, за что был нещадно бит. За Кабуто попыталась вступиться здоровенная змея, но расенган в морду заставил ее отступить. Итого Орочимару понял, что здесь ему ловить нечего, прихватил отравленную, помятую и обожженную тушку своего миньона и свалил вместе со змеей. Крутых полетов Цунаде с мечом главной жабы не было. Это не понадобилось. Мы сами справились.

Жаль, что Кабуто не добили. Наверняка он еще доставит нам кучу неприятностей.

Хотя, дадут боги, он от ядов и ран сдохнет!

А Цунаде Наруто проорал, чтобы она наконец собралась и помогла спасти братца-Ируку, после чего та поборола свой страх (гемофобию) только чтобы понять, что кроме поверхностных ран и небольшого сотрясения я в порядке и в помощи вообще-то не нуждаюсь.

Встряхнувшаяся Цунаде не только подлечила нас, но и вместе с Джирайей вломила Орочимару знатных звиздюлей. Наруто был восхищен ее крутостью и силой. А я почувствовал себя почти отомщенным. Вот убей они хотя бы одного Кабуто… но мечтать не вредно.

Похоже, Цунаде и Джираяй посчитали ниже своего достоинства добивать подручного Орочимару. Придурочные лицемеры! Нашли время и место прикидываться чистоплюями!

А Саске еще долго плевался в адрес калеки-извращенца с руками мертвеца и его шестерки, пытаясь не сильно морщиться от боли.