Время драконов - Андрей Ездаков

Однако нужно было работать, и Михнев снова обратился к бумагам, запоминая ориентиры на маршруте предстоящего движения и продолжая всесторонне анализировать ситуацию.

- А ты чего сам-то не перекусишь? - прервал молчание Ивлев.

- Чем? - не понял Виктор.

Подполковник глазами указал на тумбочку у изголовья кровати. Там лежало огромное зеленое яблоко и пакетик крекеров.

"Ай да Вика, ай да молодец" - умилился Виктор и предложил: "Поделим?"

Михаил отрицательно покачал головой: "Тебе там одному мало. Ты вон сегодня уже как навоевал".

- Ну, без вашей помощи мне бы кранты.

Под хруст сухого печенья и яблока работа пошла веселее, и когда в дверь ввалился старший лейтенант, Михнев был уже готов отправиться в путь. Документы и карту он положил во внутренний карман любимой куртки. Покрутил головой, напоследок оглядывая номер: не забыл ли чего.

- Все в сборе - доложил Игорь.

- Сейчас иду.

Виктор повернулся к Ивлеву: "Бывай подполковник. Прощаться не хочу. Надеюсь, свидимся".

Михаил встал, подошел к нему, хлопнул рукой по плечу: "Ни пуха!"

- К черту.

С порога Михнев еще раз обернулся. Подполковник стоял посреди комнаты, спокойный и отрешенный, как человек, готовящийся к мучительно-трудной, но нужной и неизбежной работе. Острое чувство предстоящей потери пронзило Виктора, и он ясно осознал, что больше никогда не увидит этого человека, который мог бы стать его другом.

Преодолевая внезапную слабость, Михнев прощально поднял руку и вышел в коридор. Старлей, перехватив его взгляд в сторону викиного номера, сказал: "Она внизу со всеми. И твою сумку прихватила. Где только такую славную подругу отхватил?"

- Долго искал, - соврал Виктор. - Ну, опять с Богом.

- Да, но теперь вместе.

Они плечом к плечу двинулись к лестнице, впереди их ждала дорога домой.

10. 11:30, пятница.

Автобусы, два древних почти как пирамиды ЛАЗ'а, кряхтели у крыльца старыми дизельными движками. Впереди, около угла столовой, стоял БТР, выделенный Ивлевым для сопровождения импровизированной колонны. Участники экспедиции, в ожидании команды на посадку, теснились на небольшой площадке перед крыльцом спального корпуса. Михнев не торопился. Опять угнетало предчувствие беды. Он кивнул Вике, однако не спешил забрать свою сумку.

Обернувшись к старлею, Виктор спросил: "Как там мой автомат?"

Старлей заговорщицки подмигнул и сделал знак одному из солдат. Тот подал чистенькую "Газель". Видя, что Михнев заколебался, Викулов сказал: "Бери, бери, это твоя, можешь не сомневаться. У СБ'шников вытянули, почистили и перезарядили. Гранаты-то у тебя остались?"

Виктор хлопнул себя по карманам, "малая артиллерия" была на месте. Оглядев автобусы, распорядился: "Игорь, осади людей назад. Надо еще раз проверить транспорт".

Убедившись, что народ подался ближе к корпусу, подошел к ЛАЗ'ам. Подозвал старшего лейтенанта: "Расставь своих поблизости, а я открою багажное отделение. Посмотрим, не прячется ли там кто?"

Получив от водителя одного из автобусов запирающую ручку и отметив, что спецназовцы расположились полукругом за спиной и держат автоматы на изготовку, Михнев подошел к первому ЛАЗ'у вплотную. Ручка не повернулась в гнезде еще и на половину, как уже ставший за сегодня привычным жар окатил его с головы до ног.

"Все назад!" - рявкнул Виктор, мгновенно открыл люк и отпрыгнул.

На землю хлынул поток мелких серых тел. Едва коснувшись земли, Михнев сделал второй прыжок, в воздухе снял предохранитель и передернул затвор. Приземлился он плашмя и сразу открыл эффективный настильный огонь по крысам.

Участники экспедиции отшатнулись, раздался истошный женский визг, и толпа рванулась обратно в корпус, сшибая и топча друг друга. Солдаты же спецназа остались стоять как вкопанные и, хоть и позднее Виктора, но практически все одновременно открыли плотный огонь.

Серый поток не иссякал.

"Господи, сколько же их там?" - подумал Михнев, краем глаза заметив, что трое спецназовцев последовали его примеру и тоже вели огонь лежа.

Наконец, изливающийся из багажного отсека серый поток внезапно оборвался. Однако с десяток или чуть больше тварей нырнуло под днище, а несколько штук прорвались через заслон и накинулись на людей. Раздались крики. Виктор моментально вскочил и принялся сбивать крыс с мечущихся людей прикладом автомата. Отвалившихся он тут же топтал ногами. На помощь подоспели двое солдат, и с тварями было покончено.

Оставался еще второй автобус. С его стороны доносились подозрительные скребущиеся звуки.

"Двоим дочистить здесь, медики к раненым, остальные за мной!" - выкрикнул Михнев и рванулся ко второму ЛАЗ'у, чувствуя, как в душе опять нарастает бешенство.

Закрытые дверцы багажных люков вспучились, как будто старый автобус страдал острым несварением желудка.

"Что-то там?" - подумал Виктор, опередив спецназовцев и заняв удобную позицию в нескольких метрах чуть сбоку. И тут одна из дверок, неприятно заскрипев, сорвалась с петель замка и отлетела. Михнев мысленно поздравил себя с удачным местоположением, плюхнулся на землю и принялся расстреливать крыс, буквально выплеснувшихся из разорванного "нутра" ЛАЗ'а. Перезаряженный на бегу автомат работал как часы.

То ли хищников во втором автобусе оказалось больше, то ли их начальный импульс был сильнее, а может причиной послужило то, что он оторвался от солдат, которые только подбегали к полю боя, но ситуация осложнилась. Виктор понял, что не успевает "погасить" приливную волну крыс и вот-вот окажется под ней. В голове мелькнула картина жуткого шевелящегося холма тварей, пожирающих живьем Николая Безбородко.

Моментально оценив ситуацию, аналитик сообразил, что выбор невелик. Поскольку спецназовцы еще только развертывались полукругом сзади, готовясь открыть огонь, он своей стрельбой в нешироком секторе преобразовал атакующую лавину мелких хищников в некое подобие серпа, концы которого уже смыкались у него за спиной. Путь к отступлению был отрезан.

"Нет дороги назад, дуй вперед!" - продекламировал про себя Виктор, вскакивая и начиная короткий разбег.

Теперь главное было, чтобы в последний момент какая-нибудь особо шустрая тварь не юркнула под ногу. Обошлось. Перед самым валом наступающих крыс Михнев присел и чудовищным толчком послал свое тело вверх.

Такое под силу только берсеркам. Плавно перевернувшись в воздухе и на какое-то мгновение словно зависнув в нем, он приземлился на крышу автобуса.

Виктор ощущал странный внутренний подъем, "бешенство" отступило. Как будто этот короткий полет наполнил его пьянящим чувством внутренней свободы. В голове снова "прокручивалось" все увиденное за эту секунду как при замедленном показе. Старт, плавный переворот, во время которого земля и небо дважды поменялись местами и, наконец, приземление на мягко спружинившие ноги.