Большой флот Страны Советов - Игорь Григорьевич Дроговоз

Лабы он обнаружил огромное пассажирское судно. Это был лайнер «Wilhelm Gustloff» (25 480 брутто-регистровых тонн), на борту которого находились, помимо членов экипажа, свыше 10 тысяч человек, эвакуировавшихся из Восточной Пруссии. Примерно тысячу среди них составляли военнослужащие (в основном, раненые), остальные были гражданскими лицами, в том числе не менее половины — женщины и дети.

Лайнер шёл малым ходом, ожидая встречи с приближавшимся конвоем, чтобы вместе с ним уйти дальше на запад. Но Маринеско торпедным залпом со стороны берега отправил лайнер на дно. Вода была ледяная, к тому же ночная темнота и шторм крайне затруднили спасение тонущих людей. Миноносцы и тральщики, прибывшие к месту трагедии, подняли немногих.

Через несколько дней (9 февраля) Маринеско потопил ещё и пакетбот «General von Steuben» (14 925 брт) с тремя тысячами беженцев из Восточной Пруссии. Таким образом, этот подводник за один поход уничтожил больше грузового тоннажа (40 405 брутто-регистровых тонн), чем все остальные подводные лодки Балтийского флота за всё время войны.

Разумеется, к самому Маринеско не может быть никаких претензий за то, что он отправил на дно гражданские суда с гражданскими пассажирами. Шла война, подводник действовал согласно полученному приказу «топить в указанном районе любые суда противника».

Претензии имеются к так называемым «официальным историкам».

Подводная лодка типа «С» серии IX-бис

Во-первых, они выдумали, будто бы на борту лайнера «Вильгельм Густлов» находились 30 подготовленных экипажей для новейших подводных лодок XXI серии. Дескать, союзники должны нам ноги целовать за то, что мы их спасли от этой напасти. А то вышли бы эти 30 субмарин в море и устроили бы англичанам такой «разгон», что война могла затянуться ещё на пару-тройку месяцев.

Во-вторых, заявляли лжецы в погонах, остальными пассажирами были деятели нацистской партии, сотрудники гестапо и СД, чиновники местной администрации, армейские офицеры и прочие нацисты, которые поголовно заслуживали смерти.

В-третьих, «историки-пропагандисты» нагло врали, будто бы пароход «Генерал фон Штойбен» вывозил из Курляндии целую эсэсовскую дивизию со всем вооружением и техникой.[51]

Но это лишь одна сторона медали. Другая — судьба самого Маринеско. Сточки зрения комиссаров и адмиралов, он был какой-то «неправильный»: беспартийный, большой любитель выпить, с вечной ухмылкой на лице и вообще в прошлом — моряк торгового флота, вдобавок молдаванин.

Примерно то же самое пишут некоторые современные «историки в погонах». Например, профессор Военно-морской академии из Санкт-Петербурга В. Д. Доценко посвятил целую главу в своей книге «Легенды и мифы Российского флота» доказательству того, что Маринеско вообще воевать не умел, а его удачные походы в 1942 и 1945 годах объясняются простым везением. Поневоле вспоминаешь слова фельдмаршала Александра Васильевича Суворова: «всё везенье, да везенье, неужто нет ни капельки уменья?!».

Короче говоря, громкого успеха Маринеско не простили. В награду за свой фантастический успех он получил всего лишь орден Красного Знамени, а вскоре после войны был обвинён в краже... двух казённых железных кроватей, уволен со службы и на полтора года отправлен в тюрьму как «расхититель социалистической собственности». То ли дело «настоящий советский герой» — Лунин. Хоть он и не торпедировал линкор «Тирпиц», но звезду Героя СССР получил. Потому что был «правильный» офицер, не чета какому-то Маринеско.

Эвакуация немцев из Курляндии и Восточной Пруссии (ноябрь 1944 — май 45 гг.)

Осенью 1944 года Красная Армия наступала в западном направлении. В ходе жестоких боёв ей удалось выбить немцев из Прибалтики, захватить Восточную Пруссию и Померанию.

Лжецы в погонах (типа Ачкасова и Вайнера) обычно заявляли о том, что в результате действий авиации и подводных лодок Балтийского флота морские коммуникации противника в данном регионе были перерезаны. Например, в журнале «Морской сборник» за 1959 год можно найти следующее утверждение:

«В период с октября до конца 1944 г. подводные лодки /Балтийского флота/ потопили 14 транспортов общим тоннажем более 30 000 брутто-регистровых тонн. Ещё большие потери нанесла гитлеровцам наша авиация: в 1944 г. она потопила в Балтийском море 73 транспорта общим тоннажем около 176 300 брт.

С января 1945 г. до окончания Великой Отечественной войны подводные лодки уничтожили 13 судов противника общим тоннажем 73 429 брт; надводные корабли потопили 7 сравнительно небольших судов, а авиация КБФ отправила на дно 96 транспортов общим тоннажем около 280 000 брт.

На этих судах погибли десятки тысяч гитлеровцев, в том числе солдат и офицеров отборных частей СС, сотни тысяч тонн боевого снаряжения и оборудования военных заводов.»[52]

Одним словом, полный разгром: на дно моря отправились 203 вражеских судна суммарным тоннажем около 560 000 брутто-регистровых тонн! Однако современные исследователи на основе изучения архивных документов пришли к иным выводам. Например, вот что они пишут об авиации:

«К сожалению, приходится признать, что и в дальнейшем, вплоть до конца войны, ВВС КБФ, как, впрочем, и всему флоту не удалось сорвать снабжение вражеских войск морем в Курляндии и на берегах Данцигской бухты, ожесточённые бомбардировки частей Красной Армии с моря, которые прекратились лишь в середине апреля 1945 г. после того, как в Германии были израсходованы последние 280-мм и 203-мм снаряды».[53]

Почему так происходило? Во-первых, потому, что воздушная разведка велась лишь эпизодически, не было налажено постоянное наблюдение за вражескими судами. Группы самолётов наносили удары, как правило, по первым попавшимся на глаза морским целям. При этом бомбардировке часто подвергались второстепенные цели, а иногда и остовы затонувших судов, которые весной 1945 года имелись в большом количестве.

Во-вторых, низкое качество советских самолётов и вооружения. Например, 24 октября 1944 г. германский эсминец Z-28 получил попадания 5-и авиабомб ФАБ-100. Увы, взорвалась лишь одна из них.

Штурмовик Ил-2 — главная ударная сила морской авиации Красного Флота

В-третьих, у лётчиков морской авиации отсутствовал должный профессионализм. За все четыре года боёв войны лётчики морской авиации так и не научились попадать в цель. В качестве примера расскажем о том, как после войны доблестные «сталинские соколы» топили трофейный германский авианосец «Graf Zeppelin».

Дело происходило светлым днем 16 августа 1947 г. Обречённый корабль стоял на якоре, т.е. не маневрировал и не вёл зенитный огонь. Истребительная авиация и корабли охранения его не прикрывали. На полётной палубе — для лучшего прицеливания — был нарисован белый крест размерами 20 на 20 метров. И вот 24 пикирующих бомбардировщика 8-й минно-торпедной авиационной дивизии КБФ сбросили 100 бомб. Увы! Они добились всего лишь 6-и попаданий в неподвижный огромный корабль (длина 262, ширина 36