Большой флот Страны Советов - Игорь Григорьевич Дроговоз

Возьмём самый «горячий» период в деятельности черноморского подплава — весну 1944 года. Красная Армия наступает, подлый враг бежит с оккупированной им территории Крыма. Советские подводники громят врага на морских коммуникациях. Вот как это выглядело в конкретных примерах.

16 апреля 1944 г. капитан-лейтенант М. В. Грешилов на своей Щ-215 с дистанции 15 кабельтовых (2,78 км) выпустил 4 торпеды по германскому транспорту «Лола» (1200 брт). Все торпеды прошли мимо.

6 мая капитан-лейтенант П. И. Парамошкин (Щ-201) выпустил с дистанции 5 кабельтовых (930 метров) четыре торпеды по конвою в составе 12 десантных барж (БДБ) и 6 катеров-охотников. Все торпеды прошли мимо цели!

12 мая он же с дистанции всего-навсего 4 кабельтова (740 метров) выпустил две торпеды в повреждённый венгерский транспорт «Тисса» (961 брт), буксируемый тральщиком. Увы, Парамошкин опять промахнулся!

7 мая капитан-лейтенант М. В. Леонов (Щ-202) атаковал двумя торпедами с дистанции 8 кабельтовых (1,5 км) отряд в составе восьми БДБ. На следующий день он дважды атаковал другой конвой (9 судов), выпустив по нему с такой же дистанции ещё три торпеды. Все пять торпед, выпущенные в ходе трёх атак, прошли мимо цели. И так далее, и тому подобное.

Подводная лодка Черноморского флота Щ-203

Разумеется, по рапортам командиров подводных лодок ситуация представлялась совершенно иной. Дно Чёрного моря всё больше и больше загромождали останки многочисленных вражеских судов, беспощадно уничтожавшихся героями-подводниками в каждом походе. Возьмём для примера гордого сына Кавказских гор, командира М-117 Астана Кесаева. Этот отважный горец сообщил в своих рапортах за 1943—44 гг., что он произвёл 10 торпедных атак и потопил 10 вражеских судов суммарным водоизмещением 23 220 тонн. По результатам столь успешной боевой деятельности 31 мая 1944 г. капитан-лейтенант А. Н. Кесаев был удостоен звания Героя Советского Союза. Но увы! Послевоенное изучение документов показало: «подводный джигит», мягко говоря, ввёл командование в заблуждение. Ни одного вражеского судна он не потопил, а из всех его десяти атак враг заметил только одну. Это случилось 7 мая 1943 года, когда обе торпеды, выпущенные им по немецкому танкеру «Дрезден», взорвались через 40 секунд после залпа, не дойдя до цели.

Вы думаете, что Кесаев был каким-то уникумом в смысле вранья? Вовсе нет. Точно так же не подтвердился после войны внушительный список побед другого «подводного джигита» — Я. К. Иосселиани. Однако и он, и упомянутый выше Малышев (26 безрезультатных походов), и М. И. Хомяков (командир М-111, повредившей одно судно) тоже стали Героями Советского Союза.

Смешно, но некоторые наивные люди до сих пор говорят: «Такого не могло быть. Немцы нарочно (!) скрывали свои потери». Ещё как могло! Социалистический образ жизни немыслим без приписок и «втирания очков» нижестоящими «товарищами» вышестоящим «товарищам». Террор и беззаконие — это одна его сторона. Всеобъемлющая ложь, в которую искренне верят сами лжецы — другая сторона. Было бы очень странно, если бы на войне дело обстояло иначе.

Черноморский флот потерял за время войны 3 подводные лодки типа Л-XIII (Л-23, Л-24, Л-25), которые так и не открыли боевого счёта

Подводники Северного флота в войне

По немецким данным, за период с 1 апреля 1941 г. по 1 апреля 1944 г. вдоль всего побережья Норвегии прошли в обе стороны германские транспортные суда общим тоннажем около 30 миллионов брутто-регистровых тонн. При этом было потеряно по разным причинам (мины, авиация, подводные лодки, кораблекрушения и т.д.) — не более 1% суммарного тоннажа (30 000 брт). Только в последующие 9 месяцев цифры потерь в этом район возросли до 10% тоннажа, главным образом, вследствие действий британской авиации и подводного флота.

Авторы упомянутого выше коллективного исследования «Боевая деятельность подводных лодок ВМФ СССР в В.О.В. 1941 — 1945 гг.» утверждали, что от торпед, мин и артиллерийского огня подводников-североморцев погибли 158 транспортов, боевых кораблей и плавсредств противника (причем 36 транспортов и кораблей они якобы потопили в 1941 году). Правда, в официальной публикации 1979 года эта цифра сильно сократилась и составила всего лишь 59 единиц — почти на 100 меньше!

К настоящему времени путём сверки документов обеих сторон установлены следующие достоверные результаты боевых действий подводных лодок Северного флота:

В 1941 г. они потопили 3 транспорта (5442 брт), 1 мотобот, 1 катер-охотник.

В 1942 г. — 9 транспортов (18 995 брт), 2 мотобота, 1 сторожевой корабль.

В 1943 г. — 6 транспортов (21 205 брт), 1 вспомогательное судно, 1 подводную лодку, 1 тральщик, 3 сторожевых

корабля, 3 катера-охотника.

В 1944 г. — 2 транспорта (6 786 брт), 1 сторожевик, 3 катера-охотника.

Общий итог — 38 единиц, в том числе 20 транспортов (52 428 брт), 1 подводная лодка, 5 сторожевых кораблей (вооружённые траулеры), 7 катеров-охотников, 1 тральщик, 1 вспомогательное судно, 3 мотобота. Ещё 4 транспорта (19 390 брт) были повреждены в 1943—44 гг.[50]

Платой за эти скромные результаты, достигнутые в течение 40 месяцев боевых действий, стала гибель 23-х подводных лодок.

В 1942 г. погибли 9 субмарин: М-121, М-173, М-175, М-176, Щ-401, Щ-421, Д-3, К-2, К-23.

В 1943 г. - 10: М-106, М-122, М-172, М-174, Щ-403, Щ-422, С-55, K-1, К-3, К-22.

В 1944 г. - 4: М-108, Щ-402, С-54, В-1.

Подводная лодка Северного флота М-172

Механизм «приписок» здесь был точно таким же, как и на других флотах. Например, 2 октября 1941 г. подводная лодка М-171 под командованием В. Г. Старикова проникла в фиорд Линнахамари и выпустила обе свои торпеды в транспорты, стоявшие возле берега. Командир слышал взрывы, на основании чего доложил командованию о потоплении двух транспортов противника. Уже после войны выяснилось, что торпеды взорвались при ударе о берег недалеко от норвежских пароходов «Мимона» и «Сендиг». Сами транспорты не пострадали.

Вообще, отечественные историки в своё время много писали о героических подводниках Северного флота, проникавших внутрь фиордов и топивших там вражеские суда. В частности, из рапортов командиров лодок следовало, что только в Линнахамари и Петсамо они потопили не менее 8—10 транспортов. Поэтому, когда советские войска установили контроль над данными портами, водолазы начали поиск затонувших транспортов. Каково же было всеобщее удивление, когда выяснилось, что на дне ничего нет!

Успех Маринеско (январь 1945 г.)

С самого начала 1945 года советские подводные лодки, выходившие с баз в финских шхерах, действовали на коммуникациях противника между портами Курляндии, Данцигской бухты и Померании. Однако результаты их операций были весьма незначительными. Крупно повезло только одному подводнику, капитан-лейтенанту А. И. Маринеско, командиру субмарины С-13 (типа «С» серии IX-бис).

Штормовой ночью 30 января 1945 г. к северу от устья