Безмолвная. Книга 3 - Константин Лёр

В моей голове на смену фанатской дуделке приходят мысли о предстоящем празднике и номере для Оби. С танцем я определился, а вот исполнить Чака Берри здесь некому. Нужно либо ловить приступ, либо просить местных подобрать что-нибудь из имеющегося репертуара. Например, что там Оби послышалось? Пусть вспомнит!

Мысли снова перескакивают к танцам и подкидывают очередную головную боль. Я же выложил ролик в сеть без музыки! Настолько был увлечён идеей, что проигнорировал такую простую, но необходимую вещь, как составить план. Обошёлся голой концепцией без детальной проработки по пунктам всех этапов.

«С этим надо что-то делать», — решаю, бросив выколачивать несчастный ковёр и поворачиваясь на бок. — «Желательно при этом не нарваться на страйк за нарушение авторских прав. Где там авторы контента брали музыку? Вспомнить бы…»

Незаметно подобравшись, сон наливает свинцом веки, а мысли превращает в тягучую субстанцию. Не в силах бороться со столь могучим противником, сдаюсь. Даже не удосуживаюсь подняться, выключить свет в комнате. И так сойдёт!

На следующее утро меня будит Оби. Накануне я забыл поставить будильник, и забота старшей сестрёнки приходится кстати. Может быть, виноват прошедший день, насыщенный активностями, может, эмоциональный всплеск, изнуривший нервную систему, но спал я крепко. Несмотря на отсутствие мягкого матраса, подушки и тёплого одеяла. А может, всё дело в молодом организме — не чете моему прошлому. Засни я в подобных условиях тогда, обязательно бы выглядел на утро как после десятка раундов против действующего чемпиона мира по реслингу. А сейчас ощущаю лишь лёгкое чувство недосыпа, сошедшее на нет под тугими струями воды в душе.

— Лира, поедешь с нами, — негромко произносит Оби, догнав меня в коридоре по пути вниз. — Выйдешь возле школы и можешь идти гулять. Я эсэмэсну, ко скольки подходить на репетицию.

Недоуменно смотрю на девушку. Я ей не рассказывал о своих планах больше не появляться в средней школе, так откуда она узнала? Вывод напрашивался сам собой.

— Мне стало любопытно, почему ты вчера прогуляла, и я порасспрашивала Манхи. Прошу, больше не подставляй тонсен — она очень сердита на тебя, — подтверждает мои дедуктивные способности онни.

«Вот же ябеда», — мысленно награждаю я бывшую соседку подходящим по случаю эпитетом. С другой стороны, рассказав сестре правду, она уберегла меня от необходимости выкручиваться перед хальмони. Я ведь вчера вечером и не подумал, как отмазываться от школы на сегодня. Зато Оби подумала за меня — умничка.

За завтраком моя благодетельница разыгрывает небольшую сценку. Подыгрываю той, как умею.

— ЛиРа, ты сегодня едешь с нами на автобусе. Начнём репетицию пораньше, — изобразив неподдельный энтузиазм, произносит Оби. Мой большой палец, поднятый вверх, и пара мелких кивков являются ей ответом. Очень надеюсь, что Лирина физиономия при этом выглядит соответствующе.

— Но онни, разве ты не говорила, что договорилась……ай! — встревает в нашу с Оби мизансцену её тонсен. Влезает и с негромким воплем прерывает разоблачительную речь, когда Оби под столом пинает сестру ногой.

— Не лезь не в своё дело, — подкрепляет она пинок словами в попытке заткнуть болтушку.

— Но тогда я не смогу прийти. Мы же договаривались… ЛиХван будет меня ждать! — канючит тонсен.

— ЛиХван от тебя никуда не денется. А вот если ты не сдашь сунын, он точно найдёт себе другую. Так что учись, — лихо обрезает Оби сестру. Но та не сдаётся:

— Омма, онни запрещает мне видится с ЛиХваном! Так нечестно!

— Скажешь это ему, когда завалишь экзамен, — парирует Оби.

— Девочки, не ссорьтесь. Скорее доедайте, а то на автобус опоздаете! — наконец обращает внимание на пререкающихся дочерей АРан. Бросаю взгляд в их сторону и замечаю, как Оби мне подмигивает, а младшая обиженно надувает щёки, становясь похожей на ощерившегося воробья. Затем перевожу взгляд на Манхи. Та всё утро сидит хмурая и на меня старается не смотреть. Буквально ощущаю исходящую от нее обиду.

«Надо будет извиниться перед ней после школы», — делаю я пометочку в мысленный блокнот.

— Оби, ты помнишь, что мне обещала? — произносит ЁнСо, когда мы один за другим покидаем стол.

— Да, хальмони, я присмотрю за ЛиРа, — кланяется та в ответ. Тогда пожилая женщина переводит взгляд на меня.

— ЛиРа, во всём слушайся старшую сестру, а она позаботится о тебе. Поняла?

Приходится повторять «манёвр» за онни, изображая покорность.

Прежде чем выйти из дома, я забегаю в комнату к Манхи за рюкзаком. В нём не только зарядка, но и планшет и все мои обновки. Заодно переодеваюсь в джинсы и снимаю с верёвки купальник. Его я накануне вывесил сушиться, в последний момент вспомнив про «мокрое место» в рюкзаке. К сожалению, телефон спасти не удаётся, и, разрядившись, он выключается сразу за порогом. Остаётся ловить подходящую розетку да пользоваться планшеткой для общения.

Школьный автобус меня встречает тишиной и настороженно-любопытными взглядами старшеклашек. Водитель — мужчина средних лет в униформе — на брошенное Оби: «Она со мной» — никак не реагирует. Или у них есть какие-то правила для подобных ситуаций, или ему плевать на левых пассажиров. Меня устраивают оба варианта.

— Сядешь со мной, — протискиваясь мимо, произносит Садахам. Парень бесцеремонно хватает Лиру за руку и тащит вглубь салона вдоль рядов сидений. Почти все места заняты, кроме нескольких в хвосте автобуса. Там-то мы и устраиваемся. Старший брат Манхи учится в выпускном двенадцатом классе кодынгхаккё (старшая школа в Республике Корея), тогда как Оби — в одиннадцатом, а её младшая сестра — ХёДжин — в десятом.

— Я бы на твоём месте не доверял Оби, — примерно на полдороги, проведённой в молчании, обращается ко мне мой вынужденный попутчик. Говорит он тихо, но сидящие впереди девчонки его прекрасно слышат.

— Я бы на твоём месте заткнулась! — доносится до нас язвительное замечание от объекта обсуждения. — Лира согласилась помочь с подготовкой к празднику, потому что ценит день родителей не меньше, чем мы. Я ей ничего не обещала взамен! Правда? — Оби поворачивает голову в мою сторону, всем своим видом требуя подтверждения её словам, чем загоняет в неловкую ситуацию. Проклиная низкие спинки кресел, дающие пассажирам возможность без труда лицезреть друг друга, и «тёрки» родственничков, судорожно копаюсь в памяти в поисках подходящего ответа. Такого, чтобы и кони были сыты, и хлопцы запряжёны. В итоге утвердительно киваю. Садахаму моя принципиальная позиция — на стороне Оби — не нравится, и он, бросив напоследок: «Я тебя предупредил», замолкает, изображая всем своим видом оскорблённую невинность. Кажется, завтра я буду сидеть один…

Остаток пути мы проезжаем в относительной тишине, сопровождаемой лишь негромким гулом двигателя и шелестом покрышек по асфальту.