Что-то кроме магии - Akana again

— Ничуть, — Северус захлопнул журнал и толчком отправил его по столу к оппонентке. — Это вы извратили суть теории, о которой прочитали. Иначе требовали бы не обязательного магловедения, а объединения его с курсом истории магии, который читает профессор Биннс, в курс всеобщей истории человечества. Советую впредь внимательнее изучать литературу по своему предмету.

— Вы не смеете меня отчитывать! — возмутилась Бербидж. — Я вам не школьница!

— К сожалению. Будь вы школьницей, оставалась бы надежда заменить фанатизм здравым смыслом.

— Да, странно ожидать чего-то иного от циничной и высокомерной с... — она вовремя опомнилась: — от высокомерного и циничного слизеринца! Обойдемся и без вашей подписи!

— Благодарю за комплимент, профессор, — усмехнулся Снейп вслед гордо удаляющейся спине.

* * *

Вечером за ужином у Квирреллов Северус пересказал диалог с преподавательницей магловедения.

— Короче говоря, фанатичные поклонницы — это не то, с чем я хотел бы тебя поздравить.

— Она мне писала, — вздохнул Квиринус. — Высказывала примерно те же соображения, что и тебе. Честное слово, по мне уж лучше угрозы расправы, чем восторженный фанатизм.

— Угрозы? — насторожился Снейп.

— Северус, ну хоть ты ему скажи! — вклинилась в разговор Сивилла. — В него ведь уже тухлыми яйцами кидали, а он как ходил в одиночку, так и ходит, даже меня с собой не берет!

— Не хватало, чтобы и в тебя тухлятиной бросались!

— Так, давай с самого начала и в подробностях, — сердито потребовал Северус. — Почему я до сих пор ничего не знаю?!

Как и следовало ожидать, публикации в «Придире» глав из «Истории», а также серия политических карикатур далеко не у всех вызвали восторг. Разгневанные представители древних чистокровных семейств подкарауливали издателя и его сотрудника у дверей типографии, чтобы осЫпать бранью и упреками. Потом кто-то попытался поджечь мантию Квиринуса, но Лавгуд вовремя погасил огонь. А на днях какой-то мальчишка, догнав историка в Косом переулке, швырнул в него два протухших куриных яйца. Квиррелла такие случаи лишь подзадоривали, а Сивилла всерьез тревожилась, опасаясь, что за яйцами могут последовать Непростительные, которым сквиб не в состоянии противопоставить даже слабого «Протего».

Снейп разделял ее беспокойство. Лишенный магии, Квиринус стал уязвимей младенца, но продолжал упрямо лезть на рожон. Отдавая должное смелости и упорству друга, Северус ломал голову над тем, как понадежнее обезопасить его. Задумавшись, он не сразу заметил, что Квиринус пытается рассказать ему о странном происшествии с Сивиллой.

— Погоди, что-то я упустил нить... в нее тоже чем-то запустили?

— Давай лучше я расскажу, — потребовала Трелони. Она умудрялась одновременно говорить, разливать по чашкам чай и следить, чтобы скворец, вольно прыгавший по столу, ничего не опрокинул. — Значит, зашла я сегодня к Фортескью за миндальным тортом, как обычно. За прилавком был сам Флориан. Он меня знает, ну и поздоровался, мол, доброе утро, мисс Трелони. А рядом какой-то господин стоял. Ничего так из себя, симпатичный, — Квиринус поморщился, и Сивилла это заметила. — Ну зачем мне врать, Райни? Его только глаза портят: слишком холодные и злые. А в остальном мистер Малфой очень хорош собой.

Снейп поперхнулся чаем.

— Малфой?!

— Да, он так представился, — Трелони заботливо похлопала его по спине. — Сказал, что чрезвычайно рад познакомиться с преподавательницей предмета, который его сын считает самым интересным в школе. Заливался соловьем, наговорил кучу банальностей насчет счастливой встречи, женского очарования, манящего ореола таинственности, который, по его мнению, свойствен прорицательницам... Кончил тем, что пригласил меня на ужин.

— И ты?

— Отказалась, разумеется, — пожала плечами Сивилла. — Меня никогда не привлекали богатенькие красавчики.

— Северус, зачем ему это? — спросил Квиринус.

— Хотел бы я думать, что он просто решил приволокнуться за молодой учительницей... Но это же Малфой, у него никогда не бывает «просто».

— Ничего не понимаю, — помотал головой Квиррелл.

— Я пока тоже... — Снейп задумчиво смотрел на Трелони, невозмутимо разрезавшую торт. — Сивилла, твое прошлогоднее пророчество, кроме Поттера, никто не слышал?

— Нет, только он один. А при чем здесь пророчество?

— При том, что Малфой панически боится возвращения Темного Лорда. И он знает, что именно ты предрекла Лорду встречу с рожденным на исходе седьмого месяца.

— Откуда? — почти хором спросили супруги.

— У Малфоя хорошие связи в Министерстве. И не только там. Наверняка встреча в кондитерской была не случайной... Ты в последние дни не замечала слежки за домом?

— Нет, вроде бы... То есть я правильно сделала, что отказала ему?

Снейп кивнул.

— Вам обоим теперь надо быть очень осторожными. Избегать глухих переулков, чаще оглядываться. Сивилла, держи постоянно наготове палочку. И, прости, Квиринус, но пока твоей жене безопаснее ночевать в Хогвартсе.

— Понимаю, — нахмурился Квиррелл. — И как долго это продлится?

— До тех пор, пока я не переговорю с Малфоем и не выясню, чего он добивается, — Северус бросил быстрый взгляд в окно, точно уже увидел там Люциуса. — Мне пора в замок. Могу проводить Сивиллу, если ты не возражаешь.

Доставив притихшую прорицательницу к дверям Хогвартса и убедившись, что она вошла внутрь, Снейп задержался на школьном дворе.

Тишина... Какая она здесь редкая гостья! Воздух застыл в безветрии, черные шпили башен тянутся к звездам, которые сегодня кажутся особенно яркими. Даже снег под ногами старается скрипеть не так громко, как днем.

Замок спал, только два окна все еще тихо светились: Дамблдор бодрствовал в своем кабинете.

С удовольствием вдыхая морозную свежесть, Северус неторопливо шел к озеру, темному зеркалу в белой раме берегов. Посреди него смутно угадывался силуэт огромного корабля Дурмстранга, на котором по случаю позднего часа были погашены все огни.

У воды почему-то думалось особенно хорошо.

Зачем же все-таки Люциусу понадобилась Сивилла? И почему он действовал, не таясь, под своим именем? Очевидно, не сомневался, что оно, а также блестящая наружность произведут неотразимое впечатление на бедную дурочку, он заморочит ей голову и добьется нового пророчества. Старшекурсницы, во всяком случае, вслух восхищались такими, как Малфой-старший. А Сивилла... Не так давно она в глазах слизеринского декана выглядела