Что-то кроме магии - Akana again

— Ну вот, а я собирался свой любимый желтый камзол надеть, — огорчился Пивз. — Что же получается: как ни старайся, а они так и останутся не разноцветными?

— Боюсь, что да. Разве что кто-нибудь в ближайшее время придумает состав, который сумеет сохранить цвета на снимках.

Сивилла и Пивз, не сговариваясь, с надеждой уставились на него. Снейп протестующе поднял ладонь:

— У меня и без того дел по горло! Пусь Лавгуд ищет другого зельевара для своего журнала.

Черно-белые перспективы если и уменьшили энтузиазм полтергейста, то совсем ненамного. На следующий день он с самого утра взялся за камеру, в полной мере используя ее бесшумность, скорость и компактность.

* * *

— ...Это фотокамера! У Пивза!

Восторженный вопль гриффиндорца Колина Криви разбил напряженную тишину урока.

— Пять баллов с Гриффиндора за шум на уроке, — Снейп сделал вид, что не замечает пристроившегося на стене Пивза. — Полтергейст выполняет важное поручение, не отвлекайтесь.

— Профессор Снейп, можно вопрос? — потеря баллов, кажется, ничуть не огорчила Криви.

— Слушаю.

— У него зеркалка? А объектив сменный? С какой пленкой работает? Пользуется обычным Проявляющим, да?

В глазах мальчишки горел огонь неукротимого любопытства.

— Вам знаком состав Проявляющего?

Колин незамедлительно выпалил рецепт и способ приготовления. К неослабевающему интересу добавилось чистое удовольствие знания. С таким студентом можно горы свернуть...

— Криви, как вы полагаете, что именно в составе зелья влияет на цвет изображения? Почему оно выходит черно-белым, а не цветным?

Школьник молчал. Он не выглядел подавленным или испуганным — он думал. И собирался во что бы то ни стало найти ответ.

— Получите пятьдесят баллов, если определите, что влияет на цветность, — Снейп обвел взглядом сидящих. — Желающие принести по десять баллов своему факультету могут присоединиться к исследованию, которое я предложил мистеру Криви.

Найдутся ли добровольцы или нет, но азарта у Колина явно прибавилось. Несмотря на дополнительную задачу, он, как обычно, успешно сварил зелье, которое изучали на уроке. А потом, нахально заступив учителю дорогу, выложил ему свои первые соображения насчет того, какой ингредиент отвечает за цветность.

А ведь пришлось попотеть, чтобы доказать мальчишке ошибочность его выкладок, признавался сам себе учитель, покидая класс. Рассуждения у него, конечно, пока младенческие, но зародыш истины в них определенно есть. Он способен далеко пойти, этот Криви. Как жаль, что он гриффиндорец! И дважды жаль, что его фамилия не Поттер.

Хотя чего ожидать от «нашей знаменитости» при такой наследственности: Джеймса, помнится, интересовал исключительно квиддич, а Лили... увы, она тоже не отличалась жаждой знаний.

Мысль о Лили отозвалась привычной болью. С годами она притупилась, но отступать не спешила.

С недавних пор Северус начал замечать, что любимый образ в его сознании раздваивается. Семнадцатилетняя рыжеволосая девушка уходила все дальше в прошлое, становясь заурядным человеком со своими достоинствами и недостатками, тогда как золотисто-белый очерк лежащего тела на полу в разрушенном доме горел перед мысленным взором по-прежнему ярко. Вместе с живой Лили остались обиды, непонимание, упреки. Мертвая Лили, отдавая ему свой последний свет, сама становилась воплощенным светом. Быть может, именно его отсвет он надеялся увидеть в глазах ее сына? Надеялся и понимал, что это абсолютно невозможно и бесконечно глупо, что мальчишка унаследовал зеленую прямоту взгляда живой Лили, а не мертвой, той самой, которая не приняла оправданий, не простила, и не простит уже никогда...

Топот легких ног за спиной, запыхавшаяся скороговорка:

— Профессор Снейп, а если попробовать пыльцу не ночных бабочек, а дневных, она же красочная, а не серо-коричневая!

Спасибо тебе, Колин Криви. Пусть даже ты никогда об этом и не узнаешь.

Глава 85. Любой ценой

— Профессор Снейп, не могли бы вы задержаться на несколько минут?

Не мог бы, уже готов был сказать он. Еженедельные собрания в учительской и без того воруют недопустимо много его времени. Но взглянув на просящую, передумал. Из любопытства.

Преподаватель магловедения Чарити Бербидж за все четыре года работы в Хогвартсе в общении с ним ограничивалась лишь «здравствуйте» и «до свидания». Неопределенного возраста, с мелкими, невыразительными чертами лица, жидкие волосы мышиного цвета собраны в узел на затылке. Вспомнилось, как когда-то отзывался о ней Квиринус: «Она с таким жаром проповедует постулат «маглы — тоже люди», что невольно тянет в этом усомниться».

— Профессор Снейп, я собираю подписи под обращением к директору, — видя, что собеседник настроен ее слушать, начала Бербидж. — Речь идет о том, чтобы перевести магловедение из факультативных предметов в обязательные.

— Зачем?

— Вот, почитайте, тут все подробно изложено, — засуетилась преподавательница, протягивая ему исписанный лист бумаги. — Деканы МакГонагалл и Спраут уже поставили свои подписи, другие преподаватели тоже.

— Вы не в состоянии устно объяснить суть своего предложения? — вежливо удивился слизеринский декан.

— Хорошо, я объясню, — на бледных щеках женщины проступили красные пятна. — Я считаю, что все без исключения учащиеся, вне зависимости от статуса крови, обязаны хорошо знать и уважать магловский мир. Маглы — такие же люди, как и мы!

— Да что вы говорите! Позвольте осведомиться: вы сами сделали это грандиозное открытие или вам кто-то подсказал?

— Вы неудачно шутите, профессор. К счастью, я не одинока в своем мнении. Сразу видно, что вы не читали трудов историка Квиррелла!

На стол между спорщиками упал свежий номер «Придиры».

— Прискорбно, что вы не интересуетесь ничем из того, что выходит за рамки ваших зелий!

Снейп пролистал журнал, остановившись на «Истории магической Британии».

— Вы об этом, профессор Бербидж?

— Именно! Мистер Квиррелл приводит неопровержимые доказательства того, что маглы имеют такое же право на уважение, как и волшебники!

— Таков ваш главный и единственный вывод?

— Но вы-то и его не сможете сделать, потому что не читали!

— Отчего же, читал. И, судя по всему, внимательнее вас. Квиринус Квиррелл утверждает тождество истории, мировоззрения и философии, которое на протяжении веков складывалось у наших предков. Вы же своей петицией провозглашаете их разделение. Более того, ставите маглов на более низкую ступень развития по сравнению с волшебниками, утверждая, что они «тоже люди».