Иллюзия обмана - Илона Романова

— Померла? — с нехорошими предчувствиями спросил Цервемза и уселся в любимое кресло Грейфа Нюда.

— Хуже. Попила текучей воды и окаменела. Так что… До Кайниола тебе тоже не дотянуться. Она не стала его травить, зато успела кое о чём предупредить, — на этот раз собеседник говорил угрожающе. — Так что, почтеннейший господин Император, тебе не о девушках сейчас надо думать, а о том, как свою шкуру спасти! Дырок в ней будет много — это я тебе обещаю…

— Вот это вряд ли. Никто не сможет со мной справиться. Повелитель сделал меня неуязвимым для любого оружия или колдовства, — Узурпатор старался говорить спокойно и размеренно, но голос его заметно дрожал. — Да и чужие мысли я читать научился.

— Тоже премудрость! Как видишь, ты не один такой, — презрительно хмыкнул невидимый насмешник. — И потом… С оружием или зельем ты, может быть, и справишься. А со страхом?

— Со страхом? — надменно переспросил Цервемза. — За время моего правления было совершено несколько попыток покушений на мою персону. После появления в Мэниге длинномордых на меня нападали три раза. И что? С некоторыми я расправлялся лично. Вот этим самым мечом, — он показал клинок, как будто оппонент мог его видеть. — Иных обезоруживали мои верные солдаты, и тогда огненное зелье истребляло вину бунтовщиков. Кого же мне бояться? Во всяком случае, не дурацких голосов в ночи. Разве что…

Узурпатор почувствовал, что сходит с ума. Иначе он не стал бы тратить время и силы на пустые разговоры с кем-то несуществующим. Да ещё и объясняться с ним. Чтобы взять передышку, Правитель встал и направился к маленькому столику, на котором должен был стоять кувшин с вином. Холодное оно или тёплое сейчас не интересовало. Цервемза начал судорожно хлебать прямо через край. Пойло было мэнигское и толком даже жажду не утоляло. Сделав несколько глотков, он брезгливо отшвырнул кувшин. Посмотрел на тёмную лужицу кровавого цвета. Отчего-то вздрогнул.

В этот момент безмолвный голос непререкаемым тоном приказал:

— Цервемза из Кридона, обернись! Я — не ты и не люблю нападать со спины.

— Да кто ты такой, чтобы мне приказывать! — в полную силу взревел разъярённый Узурпатор, но на всякий случай оглянулся.

Прямо на столе он увидел громадного чёрного кота, на безукоризненно-белом жабо, у которого поблёскивал маленький золотой пятиугольник, а от шерсти исходило едва заметное голубоватое свечение. Во всяком случае, так показалось Цервемзе. Этого просто не могло быть…. На несколько секунд Узурпатор оцепенел. Зверь, между тем преспокойно потянулся и начал выразительно точить крючковатые когти о нелепую деревянную статуэтку, стоявшую на столе. Потом внимательно осмотрел своё оружие. Подошёл к краю и, уставившись на Цервемзу наглыми зелёными глазами, всё так же молча произнёс:

— Я-то? Тийнерет из Амграманы, потомок Синих Котов, хранимый Щитом, носящий Имя, владеющий Речью и стоящий в Круге Справедливости. Сюда пришёл именем, хотя и без приказа, Императора Кайниола, моего хозяина и друга. Причин чтобы уничтожить тебя у меня набралось более чем достаточно. А главная из них та, что ты мне страшно надоел! Не хочу больше слышать твоего имени иначе как в бранных анекдотах! Не знаю, что скажет Императорский Суд, а я приговорил тебя к смерти ещё тогда, когда ты ворвался в "Гладиолус", чтобы погубить моих друзей. Два раза ты получал отсрочку и мог одуматься. Сейчас — третий.

Цервемза, наконец, пришёл в себя и кликнул стражу. Никто не появился. Несколько раз хлопнул в ладоши. Безрезультатно. Даже в серебряный колокольчик звонил. В ответ не услышал ни звука…

Некоторое время Тийнерет заинтересованно наблюдал за различными способами вызова слуг. Потом повёл хвостом. И укоризненно сказал:

— Неужели ты думаешь, что я не предусмотрел этого? Не трудись. Я убрал всю стражу. Пришлось даже юнцов из Квадры перебить. Жаль. Совсем ещё котята были. Наверное, им ещё можно было возвратить отобранное… Впрочем, ты всё равно не поймёшь, каково это убивать тех, кто не знает, что творит зло!

— Ах, так! — прошипел Цервемза, распрямляя спину и торжественно поднимая руки.

Он никогда ещё не нападал с помощью магии. Горе-Колдун начал шевелить губами, произнося самые чудовищные заклятья, которые только знал. Вокруг кота заплясало пламя. Полетели камни. Затем потекла вода. Всё это время мохнатый воин, решивший не тратить силы на такие мелочи, продолжал восседать среди бумаг и письменных принадлежностей. Чтобы скоротать время, а заодно и выразить своё презрение к нападавшему, он принялся нализывать свой богатый хвост… Заднюю лапу… И так далее…

Чем более страшные чары пытался использовать Цервемза, тем сильнее разгорался синий свет вокруг Тийнерета, пока полностью не скрыл его. Наконец, Самозванец выдохся. Магия не подействовала. Оставалось последнее средство. Проверенное и надёжное. Не зря же он был лучшим фехтовальщиком в Кридоне!

Цервемза вытащил меч и бросился к столу.

Кота там не было. Только тёмная тень метнулась в дальний угол кабинета. И исчезла.

Ткнув несколько раз клинком в пустоту, Правитель огляделся.

Сжавшись, как пружина зверь стоял на подоконнике и собирался напасть.

Взмах меча, и мраморная плита треснула от удара.

Угрожающее шипение раздалось уже сзади.

Цервемза резко обернулся на звук. Поскользнулся. И чуть не упал. Переведя дух, он снова бросился в атаку. На этот раз клинок достиг цели. Ну, почти… Правителю удалось отсечь коту самый кончик хвоста.

Такого оскорбления Тийнерет вынести не мог.

— Ур-ррод! — взвыл он не столько от боли, сколько от гнева. — Убью-у-у!

И бросился на обидчика.

— Вот так на кусочки и порежу… — сквозь зубы огрызнулся Цервемза, бестолково отмахиваясь мечом.

Похоже, его удача иссякла. Мертвящий страх всё сильнее забирал и без того ледяное сердце. Теперь он мог лишь отбиваться и не подпускать близко этот исчерна-синий комок ярости.

Казалось, кот нападал сразу со всех сторон, как предзимний кридонский ветер. Неоднократно его жуткие когти пролетали почти у самого лица Самозванца.

Чтобы изготовится к решающему прыжку, Тийнерет взлетел на каминную полку.

Клинок со всей силы ударил по камню. И разлетелся. Меч Отэпа не должен был убивать друга.

Кот увернулся и снова кинулся в бой.

Отбросив ненужный эфес, Цервемза бросился к двери, надеясь спастись бегством.

Меховое чудовище преградило ему дорогу и стало медленно теснить обратно к окну.

Злодей, измученный затянувшейся битвой, безнадёжно отступал. И тут взгляд его скользнул по креслу. На подлокотнике валялся давным-давно забытый плащ. Это было если не спасение, то по крайней мере, передышка. Цервемза кое-как изловчился и опутал кота тяжёлой тканью. Придавил креслом. Следующим движением он достал кинжал…