Иллюзия обмана - Илона Романова

…Ноги запутались в плетистых, похожих на охотничьи силки корнях. Она споткнулась и упала навзничь. Древесные стволы поплыли перед глазами. Мрачные тени потянулись к ней. Накатила тяжкая болезненная мгла…

V

Кайниол улыбнулся и проснулся. Оканель рядом не было. Сначала он подумал, что она снова вернулась к своим лекарским делам, и даже немного обиделся. "Хотя бы пару дней могла побыть со мной…" — пробурчал он, вставая. Потом он увидел, что сумка, без которой Лекарка никогда не выходила из дому, стоит на месте. Молодой человек облегчённо рассмеялся. Значит, жена просто решила прогуляться.

Император успел разобрать почту и переделать целую кучу утренних дел. Вернее, он считал, что работает. Думал же он совсем о другом… В ушах бесконечно звучала волшебная песня, прошлой ночью смывшая все преграды между ними.

Давно перевалило за полдень. Из-за гор стали наползать медлительные грозовые тучи.

Оканель всё не было.

Кайниол начал беспокоиться. Он вспомнил любимую тропку жены и решил пойти навстречу. За ним увязался Тийнерет. Обычно молодой хозяин не тяготился обществом мохнатого друга. Сейчас кот раздражал Императора. Юноша пару раз прикрикнул, веля оставаться дома. Не обращая внимания, зверь отправился с ним. Надо отдать ему должное, дорогу кот и раньше умел выбирать безошибочно, теперь же он нёсся на махах, и Императору пришлось следовать за ним почти бегом. Время от времени кот останавливался, принюхивался и недовольно поводил хвостом.

— Что? — наконец не выдержал Кайниол.

— Не знаю. Только в городе молодой хозяйки нет. Идём! — безмолвно скомандовал кот. — Да поживее! Не нравится мне всё это.

— Ну, что ты за кот? — нервно хихикнул юноша. — Ты внятно говорить умеешь?

— Кот как кот. Единственный в своём роде, конечно! А что до внятности… я не виноват, что всякие бестолковые нормальной безмолвной речи не разумеют, — он бросил на Императора такой взгляд, каким обычно смотрел только на кошачьих подростков. — Объясняю для тугодумов, сир! Похоже, твоя жена вышла за пределы, охраняемые дюками. Что не есть хорошо, — зелёные глаза пристально уставились на Императора. — Ты вот лучше объясни, что ты за человек? Не мог с ней вместе пойти?

Молодой человек виновато отвёл взгляд. Что тут скажешь? Он и сам ругал себя последними словами.

Зверь фыркнул и продолжил своё расследование:

— Ага… вон тут она была совсем недавно. И с нею ещё какие-то… От них пахло поганым дурманом. Тем самым, помнишь?

Кайниол побледнел и кивнул. Он подошёл к тому месту, где упала Оканель. Трава была нещадно измята сапогами, но через несколько шагов следы обрывались. Кот обменялся взглядами со своим спутником:

— Что думаешь?

— Я бы сказал, что это похоже на Квадру. Только откуда бы ей здесь взяться? — задумчиво промолчал Император.

— С этого станется и Развесёлые Четвёрки возродить и чего похлеще придумать… — мрачно прошипел Тийнерет, сжавшись как перед боем. — Похоже, твою жену утащили по коврику. Знать бы куда и зачем…

— Раньше Квадры разбирались с жертвами на месте…

— Так то раньше! Она кому-то понадобилась целая и относительно невредимая.

— Думаешь?.. — пересохшим голосом просипел Кайниол.

— Думаю! — оборвал его кот. — Скорее всего, Оканель уже в Мэниге. Она должна стать приманкой для Вашего Величества. А в столицу-то вам, сир, как раз и нельзя…

Император сел на корягу. Некоторое время он ничего не видел и не слышал. В чувство его привёл лишь разразившийся, наконец, ливень.

— Вот что… — Кайниол старался говорить спокойно. — Я возвращаюсь в Амграману. Ты отправишься в Тильецад. Соберём всех, кого можно. Один я такие решения принимать не могу.

— Хорошо! — поклонился мохнатый рыцарь и исчез.

Император шёл сквозь дождевую стену, расправив плечи и гордо подняв голову. Слёз его было не видно.

VI

— …и по приказу Его Законного Величества… — бесцветно каркал низкий мужской голос.

Слова доносились до Оканель, как через густой туман. Голова раскалывалась. Девушка попробовала пошевелиться — в руки и ноги впились тонкие, но крепкие верёвки. Похоже, что лежала она прямо на полу. Стараясь не стонать, она заставила себя открыть глаза. Комната, плывшая перед глазами, была незнакома. Люди тоже. Их было четверо. "Квадра… — решила Оканель. — Что бы ни было… они не смогут… отнять у меня… обретённое!" Медальон, как всегда в минуту опасности ставший невидимым для посторонних глаз, слегка дрогнул на её груди. Мрак, правда, не такой густой, как в первый раз снова заволок взгляд… Её охватило бессильное безразличие.

— Я же говорил, что нас не интересуют малолетние колдуньи! — прогремело откуда-то сверху.

— Тут особый случай, сир! — хрипло пролепетал тот же солдат, которого она уже слышала. — За этой амграманской девкой ухлёстывает арнитов ублюдок.

— Занятно… — ответил, очевидно Узурпатор.

"Хорошо… они не знают… что я жена Кайниола… Законная… а теперь… настоящая!" — эта мысль придала Оканель сил.

Ценой неимоверных усилий она села и встретилась взглядом с пожилым человеком, сидевшим рядом с ней на низком табурете. Вельможа взирал на неё с холодным любопытством. И злорадно улыбался.

"Цервемза!" — подумала она.

— Именно так, юная госпожа императорша! — как будто услышав её мысли, ёрнически склонил голову Правитель. — Или как тебя там величают? Впрочем, неважно. На такую удачу я и не рассчитывал. Разговор нам предстоит долгий, так что тебе стоит слегка подкрепиться.

Он поднёс к её губам стакан.

Оканель слегка дёрнулась и попыталась отвернуться. Перед глазами встали лица гибнущих родителей и сестры.

— Сама выпьешь или желаешь, чтобы тебя напоили? — тихо произнёс Цервемза. — Поверь, эта штука вполне приятна на вкус. На себе испытал. Даже дважды, — зло хмыкнул он. — Не надо бояться… Это, конечно, зелье, но пока ещё не огненное!

Напиток и вправду напоминал неплохое вино. Молодая женщина успокоилась и даже улыбнулась.

— Чего ты сейчас хочешь больше всего? — озабоченно вглядываясь в её лицо, спросил Правитель.

— Спать… — прошептала она.

— Чудесно! Развяжите. И, между прочим, в этой комнате есть диван…

VII

Оканель проспала не больше получаса, но проснулась вполне бодрой. Из-под прикрытых век она оглядела комнату. Цервемза ушёл. Из солдат остался только один у дверей. Девушка лежала на диване и радовалась возможности отдохнуть. Ей было бы совсем хорошо, если бы не страшная духота и жажда. Голова больше не болела и работала ясно, только разомлевшее от усталости и колдовского напитка тело пока ещё отказывалось слушаться. Верёвки действительно были не нужны — в таком состоянии далеко не убежишь, да и невидимой стать не получится. Лекарка знала, что это пройдёт, главное — отлежаться, а заодно и сообразить, чем её опоили. На отбирающее это зелье не было похоже, на огненное — тем паче. Она вспомнила, как Отэп рассказывал о подчиняющем. "Странно, почему же оно не подействовало? Состав там вроде бы безотказный… — удивилась Оканель и машинально схватилась за дюковский медальон. — Ну конечно же… Щит уберёг. Отлично! — она задумалась. — Похоже, старый злодей хочет меня использовать. Для чего? Здесь я ему вряд ли пригожусь. Значит, он отправит меня в Амграману. Либо шпионить за мужем, либо… опоить или отравить его. Ну что ж… Придётся изображать покорность. Одно плохо, Правитель может прочитать любую мою мысль. Вопрос лишь в том, важно ли для него то, о чём думают рабы".