Блог «Серп и молот» 2014–2016 - Петр Григорьевич Балаев

своем уме ветку дерева в виде палки, если ветку отломить, которой можно раскопать гнездо бурундука и достать оттуда халявные орехи. И у него есть руки, которыми можно отломить ветку от березы.

И эта способность к абстрактному мышлению, как и анатомическое строение конечностей, в процессе эволюции непрерывно развивается. Вплоть до построения в мозгу модели марсохода (и дальше) и способности проводить под микроскопом операции на микрососудах. Это непрерывный эволюционный процесс.

Но вот мысль о необходимости сделать себе палку и ограбить бурундука человеку приходит в голову не для того, что бы потом тупо просто посмотреть на украденные орехи и пойти копать следующую нору. Он орехи, естественно, сожрет. Т. е., двигателем, который запускает в работу мозги и руки, является потребность пожрать. И так как процесс эволюции является процессом постоянным, то эволюционируют и потребности, и производительные силы (от палки-копалки до робота и дальше). Одно тянет за собой второе.

Процесс постоянного развития производительных сил и процесс постоянного роста потребностей обусловлены биологической природой человека. Именно поэтому, Маркс в предисловии к «Капиталу» и писал то, на что обратил внимание один из моих оппонентов:

«…производство относительной прибавочной стоимости, т. е. производство прибавочной стоимости, основанное на увеличении и развитии производительных сил, требует ПРОИЗВОДСТВА НОВОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ; требует, чтобы ПОТРЕБИТЕЛЬСКИЙ КРУГ внутри обращения так же расширялся, как прежде…»

И именно поэтому

«…а заключительный акт — потребление, рассматриваемое не только как конечный пункт, но также и как конечная цель, — лежит, собственно говоря, вне политической экономии, ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ того, что оно, в свою очередь оказывает обратное воздействие на исходный пункт и вновь дает начало всему процессу» —

Маркс же и вывел потребление за пределы политической экономии. ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ!

За исключением чего? За исключением того, что этот процесс непрерывно развивающийся. А что лежит за пределами политической экономии? Да только биология! Не метафизика же это у материалиста Маркса.

Просто вопрос настолько элементарный, что Маркс даже не счел нужным заострять на нем внимания. Только потом у него появились такие оппоненты, как у меня, и это уже пришлось делать Энгельсу. Про труд, который из обезьяны сделал человека, читали-то хоть?

Удивительно то, что прошло с той поры больше полутора сотен лет и приходится это опять разжевывать. Мне, честно говоря, даже неловко об этом писать. Причем объяснять это тем, кто себя считает марксистом. Совсем уже отупели? Или начался обратный процесс эволюции к обезьяне?

Потребление — это не политэкономия, тем более не социология, это свойство живого организма. А расширенное потребление — свойство высшей формы живой материи — человека.

Расширенное потребление — биологическое свойство, а не политэкономическое. Поэтому термин «общество потребителей» имеет такой же смысл, как и термин «общество какающих». Как акт дефекации — биологический, так и расширенное потребление для человека — биология.

И если какой-нибудь придурок начинает вопить, что он не потребитель, именно в смысле расширенного потребителя, что ему достаточно удовлетворения его физиологических потребностей и того, что есть, на большее он не претендует, то он прямо заявляет об исключении себя из человеческой общности. Отбрасывая то, что составляет биологическую основу человека, что человека отличает от других животных, вы человека в себе убиваете и становитесь обычным животным.

Конечно, замена потребительской составляющей в человеке возможна только на составляющую аскетическую. И при полной подмене понятий. Вместо стремления к расширенному потреблению внушить стремление к расширенному самоограничению. А чтобы не дать понять, что это ведет к деградации человека, как отдельной биологической особи, так и всего человечества, нужно придумать такую хрень, как социологию в ее буржуазном виде, и изучать в ней как общественное явление — явление биологическое.

А подмена понятий приводит к дезориентации и оглуплению, поэтому среди умеющих писать буквы в 21-м веке начинают гулять такие «аксиомы»:

«Ну хорошо. Маркс, кстати, разделяет — когда он про капитализм, а когда нет. Зайдем по простому. При первобытном строе было „потреблядство“? Нет, не с чего ему взяться. То, что делается сообща — всё в общей собственности, отсутствие классов, никакого товарного производства — что совместно произвели, то и потребили.»

Человек, который это утверждает, даже не задумывается о том, что товарное производство когда-то зародилось, что первобытные люди начали специализироваться — одни на охоте, другие на изготовлении копий с каменными наконечниками, и мастер-копейщик кушал не древко копья, а получал в обмен мясо мамонта, что без «потреблядства», т. е. без расширенного потребления, так пещерной цивилизацией вся история человечества и ограничилась бы.

Человек даже не задумывается о том, что зарождающееся товарное производство сразу же вело к социальному расслоению и трансформации религиозных верований от мистического преклонения перед силами природы сначала к кастовому язычеству, а потом к бескастовому монотеизму. С одной единственной целью: внушить ограбляемым мысль о их либо кастовой неполноценности, либо изначальной греховности, которая толкает их человеческую природу к «потреблядству», чтобы закрепить идеологически-религиозно неравноправие в процессе распределения продуктов производства, обратить в рабство. Потому что именно раб — это производитель, отстраненный от расширенного потребления, удовлетворяющийся покрытием своих физиологических потребностей. А самый эффективный раб — тот, кто делает это добровольно, либо из религиозного, либо из «коммунистического» фанатизма.

И на смену умирающему в Европе христианству закономерно пришла новая религия — социология. Не «потребительское общество» изучает современная социология, а формирует, маскируясь изучением, идеологию очень двойственную.

В период расширения рынков, на этапах роста капиталистического производства, на первый план вылазят глашатаи социологии, которые пропагандируют рост потребления, как достижение цивилизации.

А в период кризисов, когда появляется опасность социальных протестов, как порок цивилизации.

И, как любая религия, лже-социология, превращает своих адептов в полных придурков. А тех, кто начал принимать на веру её постулаты — в деградирующих в идиотов.

Потом эти болваны, стуча себе в грудь сапогом, который они носят уже 20 лет, объявляют себя антипотребителями на том основании, что галстуков не носят и вообще не пижоны. И здесь же хвастаются, что каждый месяц летают в Сочи. Идиоты, полет в Сочи — это пижонство еще похлеще и такое же потребительство.

Особенно активны «антипотреблядки», особенно если они в институте марксизма-ленинизма учились и инструкторами потом в райкоме работали, «непотребляя» ни хрена свои пайки райкомовские. Они видите ли, не потребляди потому, что вместо покупки новых босоножек бегут в филармонию слушать Баха!

Ума же нет понять, что музыка — это вполне материальный потребительский объект, поэтому им органист звуки фуг из органа извлекает не за бесплатно. И эти звуки вполне материальны — колебания воздуха,