Реформация. История европейской цивилизации от Виклифа до Кальвина: 1300—1564 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

но они не свободны жить за счет труда других. В Утопии есть законы, но они просты и немногочисленны, поэтому каждый человек должен сам отстаивать свою правоту, а адвокаты не допускаются. Тех, кто нарушает законы, на время приговаривают к служению обществу в качестве кабалы; они выполняют самые неприятные работы, но, отработав свой срок, восстанавливают полное равенство со своими товарищами. Тех, кто неоднократно и серьезно провинился, предают смерти. Пополнение рядов кабальеро происходит за счет выкупа заключенных, приговоренных к смерти в других странах.

Ячейкой общества в Утопии является патриархальная семья. "Жены должны быть служанками своих мужей, дети - своих родителей". 36 Моногамия - единственная разрешенная форма сексуального союза. Перед свадьбой обрученным советуют посмотреть друг на друга в обнаженном виде, чтобы вовремя выявить физические недостатки; если они окажутся серьезными, договор может быть аннулирован. Жена после брака переходит жить к мужу в дом его отца. Развод допускается в случае прелюбодеяния и по свободному взаимному согласию, при условии согласия общинного совета. Ежегодно каждые тридцать семей выбирают филарха для управления ими; каждые десять филархов выбирают главного филарха для управления округом в 300 семей. 200 филархов выполняют функции национального совета, который пожизненно избирает принца или короля.

Основная обязанность филархов - сохранять здоровье общества, обеспечивая чистую воду, общественную санитарию, медицинскую и больничную помощь, ведь здоровье - главное из всех земных благ. Правители организуют образование для детей и взрослых, уделяют особое внимание профессиональному обучению, поддерживают науку, не допускают астрологии, гаданий и суеверий. Они могут вести войну с другими народами, если сочтут, что этого требует благо общества. "Они считают это самым справедливым поводом для войны, когда какой-либо народ держит участок земли пустым и незанятым, не приносящим ни пользы, ни выгоды, не позволяя другим пользоваться или владеть им, которые... по закону природы должны получать таким образом питание и облегчение". 37 (Это была защита колонизации Америки?) Но утопийцы не прославляют войну; "они ненавидят ее как явную жестокость.... и, вопреки настроениям почти всех других народов, не считают ничего более бесславным, чем слава, полученная от войны".38

Религия в Утопии почти, но не совсем, свободна. Терпимость проявляется к любому вероисповеданию, кроме атеизма и отрицания человеческого бессмертия. Утопиец может, если пожелает, поклоняться солнцу или луне. Но те, кто применяет насилие в действиях или словах против любой признанной религии, арестовываются и наказываются, поскольку законы направлены на предотвращение религиозных распрей.39 Отрицателей бессмертия не наказывают, но они лишены права занимать должности, и им запрещено высказывать свои взгляды кому-либо, кроме священников и "людей серьезных". В противном случае "каждому человеку должно быть законно отдавать предпочтение и следовать той религии, которой он хочет... и он мог бы делать все возможное, чтобы привести других к своему мнению, чтобы он делал это мирно... и трезво, без поспешности и спорных обличений и инвектив против других". 40 Итак, в Утопии существуют различные религии, но "самые мудрые из них верят, что есть некая божественная сила, неведомая, вечная, непостижимая, необъяснимая, намного превышающая возможности человеческого ума, рассеянная по всему миру".41 Монашество разрешено при условии, что монахи будут заняты делами милосердия и общественной пользы, такими как ремонт дорог и мостов, очистка канав, рубка леса, работа в качестве слуг, даже кабатчиков; и они могут жениться, если пожелают. Есть и священники, но они тоже женятся. Государство соблюдает религиозные праздники первого и последнего числа каждого месяца и года, но во время религиозных упражнений в эти святые дни "в церкви не должно быть изображения никакого бога", и "не должно произноситься никаких молитв, кроме тех, которые каждый человек может смело произносить, не оскорбляя ни одну секту". 42 В каждый из этих праздников жены и дети преклоняют колена перед своими мужьями или родителями и просят прощения за любой совершенный проступок или невыполненный долг; и никто не должен приходить в церковь, пока не помирится со своим врагом.42 Это христианский штрих, но юношеский гуманизм Мора проявляется в том, что он частично принимает греческий взгляд на самоубийство: если человек страдает от мучительной и неизлечимой болезни, ему разрешается и поощряется покончить с жизнью. В остальных случаях, по мнению Мора, самоубийство - это трусость, и труп должен быть "брошен непогребенным в какое-нибудь зловонное болото".43

Мы не знаем, сколько в этом было обдуманных выводов Мора, сколько - Эразма, сколько - полуигривого воображения. Однако молодой государственный деятель старательно отмежевывался от социализма своих утопистов: "Я считаю, - говорит он Хитлодею, - что люди никогда не будут жить в достатке там, где все вещи общие. Ибо как может быть изобилие товаров .... там, где забота о собственной выгоде побуждает не работать, а надежда, которую он питает к труду других людей, делает его ленивым..... Невозможно, чтобы все вещи были хорошо, если только все люди были бы хорошими, чего, я думаю, не будет еще в эти добрые годы". 44 И все же некая симпатия к радикальным тоскам должна была вдохновить столь широкое представление о коммунистическом идеале. На других страницах "Утопии" с гневной суровостью критикуется эксплуатация бедных богатыми. Захваты некогда общих земель английскими лордами осуждаются с такими подробностями и духом, которые кажутся неправдоподобными для иностранца. Говорит Хитлодей Мору:

Неразумная жадность немногих обернулась полной гибелью вашего острова..... Не позволяйте этим богачам скупать все подряд, сдерживать и пресекать, и, пользуясь своей монополией, держать рынок так, как им заблагорассудится.45 .. . Когда я рассматриваю и взвешиваю в уме все эти содружества, которые сейчас везде процветают, я не вижу ничего - да поможет мне Бог - кроме некоего заговора богачей, продвигающих свои собственные товары под именем и названием содружества. Они изобретают и придумывают все средства и ремесла... как нанимать и злоупотреблять... трудом бедняков за минимальные деньги, какие только могут быть. Затем эти средства становятся законами.46

Это почти голос Карла Маркса, обращающегося к миру с метра пространства в Британском музее. Безусловно, "Утопия" - одно из самых сильных и одно из первых обвинений в адрес экономической системы, которая продолжала существовать в современной Европе вплоть до двадцатого века; и она остается такой же современной, как плановая экономика и государство всеобщего благосостояния.

III. МАРТИР

Как получилось, что человек, в голове которого кипели подобные идеи, был назначен членом совета Генриха VIII в год после публикации "Утопии"? Вероятно, король, несмотря на свою репутацию образованного человека, не смог вынести чтения книги на латыни и умер до того, как она была опубликована на английском языке. Свои радикальные причуды Мор хранил для