Разрушитель Оков - Guiltythree

расстояние между ним и следующим, чтобы юноша смог протиснуться сквозь него.

Затем он проник внутрь клетки, схватил молодого Пробужденного и грубо протащил его через узкий проход.

Он уже слышал позади себя тяжелые шаги.

«Черт, черт, черт...»

Элиас уставился в темноту глазами, полными страха.

— Демон! Поза...

Не дав ему договорить, Санни с силой оттолкнул юношу, затем стремительно развернулся, схватив с земли Жестокий Взгляд и поймав рукоять Осколка Полуночни.

Воин в изорванной красной мантии и поношенных кожаных доспехах уже надвигался на него, ужасающий тяжелый клинок рассекал воздух с немыслимой скоростью. Санни выставил вперед свое оружие, пытаясь блокировать уничтожающий удар...

Но его измученное, израненное тело, казалось, наконец-то предало его. Он покачнулся, на долю секунды упустив момент.

Это было похоже на мельчайшую ошибку...

Но одной ошибки было достаточно.

Его удача была на исходе.

Огромный клинок могучего Вознесенного проскользнул мимо защиты Санни... и ударил его прямо в шею.

Острый металл прорезал его прочную кожу, мышцы и позвоночник, вырвавшись с другой стороны фонтаном крови. Санни почувствовал ужасающую боль, пронизывающую все его существо, а затем мир внезапно закружился.

...Голова демона-тени взлетела высоко в воздух, в его беспросветных глазах застыло недоверие. Она как будто кричала... как будто пыталась что-то сказать. Поделиться роковым откровением, которое пришло слишком поздно.

Что выхода нет.

...Нет выхода, кроме как через смерть.

Элиас пошатнулся, ошеломленное выражение исказило его мягкое, юношеское лицо.

— Д-демон... ты...

Перед ним подкосились ноги обезглавленного демона, и его громадное тело, по-прежнему облаченное в мрачную сталь, тяжело упало на колени.

Вот так просто его напарник исчез.

Кошмар его напарника закончился.

Молодой человек замер на мгновение, затем повернулся к безучастному убийце, печаль и гнев смешались в его впалых, усталых, светло-голубых глазах.

— Ты... я убью...

Жрец Войны молчал, не интересуясь бреднями молодого раба. Он повернулся к Элиасу и сделал шаг вперед, снова подняв чудовищный клинок.

Все было кончено.

...Или, возможно, нет. Потому что в этот момент обезглавленное тело вдруг зашевелилось и набросилось на равнодушного бойца: сияющий клинок Жестокого Взгляда вошел в живот мужчины, а острие Осколка Полуночи пронзило его грудь. В то же время хвост мертвого демона метнулся через плечо, пробив длинным стальным шипом один из глаз красного священника.

Лежа на грязных камнях в нескольких метрах от него, голова Санни наблюдала за всем этим с ужасно болезненным выражением.

«Больно... черт, умирать очень, очень больно!»

Да, когда твоя голова отделяется от тела, это не самое приятное ощущение. На самом деле, это было, наверное, одно из худших.

Однако Санни очень нужно было, чтобы это произошло. Это был единственный способ избавиться от нерушимого рабского ошейника, который ему удалось придумать. Он даже подумывал отрубить себе голову, но пришел к выводу, что его собственной силы не хватит, чтобы преодолеть прочность Костяного Плетения.

Поэтому он решил использовать силу Вознесенного апостола Войны. Смерть, действительно, была единственным спасением.

...На его глазах из тела молчаливого Мастера потекла река крови. Красный священник ослабил бдительность, решив, что демон теней мертв, и в результате получил не одну, а целых три смертельных раны.

Честно говоря, ему следовало быть осторожнее. Ведь мертвые часто были самыми неприятными врагами.

Когда тело в изорванном красном халате медленно перевернулось и упало на землю, безголовое тело демона подняло одну руку, подцепило когтем рабский ошейник и сорвало его с отрубленной шеи.

Лента металла со звоном упала на пол.

...Санни, конечно, не умер, благодаря заклинанию [Бессмертный], наложенному на его Трансцендентную броню. Пока она была активна, он оставался живым и даже контролировал свое тело. Это была хорошая часть...

Плохо было то, что чары поглощали его сущность с немыслимой скоростью, и в следующие несколько секунд, когда его резервы полностью иссякнут, Санни действительно умрет.

Но прежде чем это случится...

Безголовый демон сделал несколько неуверенных шагов вперед, бесстрастно поднял голову и неловко положил ее себе на шею. Затем он подошел к Элиасу и упал на колени перед окаменевшим юношей.

«Д-давай, глупец! У меня мало времени!»

Из-за того, что его рот не был соединен с легкими, Санни не мог даже зарычать, чтобы вывести молодого Пробужденного из ступора.

К счастью, Элиас сам отшатнулся от него, вздрогнул и поднял руки в воздух, чтобы положить их по обе стороны изуродованной шеи Санни.

— О Господи... о боги... о Господи! Держись, Демон!

Он активировал свою способность исцеления, пытаясь заставить чисто отрубленную голову теневого существа прикрепиться обратно к плоскому обрубку его шеи.

Санни вздрогнул, переполненный ужасающей болью.

«Как... как это вообще имеет смысл?! Почему мне так больно?! Мой мозг даже не связан с этими нервами... аргх! Проклятие! Проклятие!»

Почти для любого другого человека восстановление после отсечения головы было бы практически невозможным. Однако Санни был немного особенным... потому что избегание смерти было одной из его специализаций.

На его пользу сыграли несколько факторов.

Во-первых, Осколок Полуночи посчитал его состояние достаточно тяжелым, чтобы открыть скрытый колодец силы, который даровало ему заклинание [Непоколебимый].

Во-вторых, его кости и кровь были преобразованы родословной Ткача, наделив его нечеловеческой стойкостью. Именно поэтому он еще не истек кровью, и поэтому его тело было способно к быстрому исцелению. Все эти качества были усилены каплей ихора Бога Теней, которую бесцеремонно сожрало Плетение Крови, а затем еще больше усилены Осколком Полуночи.

И, наконец, пока [Бессмертный] стремительно расходовал свои запасы теневой сущности, Святая была там, во тьме, истребляя одно мощное Кошмарное Существо за другим. Она орудовала черным одати, чья способность [Губитель Душ] передавала часть сущности всех существ, убитых Змеем в форме Оружия Души или Зверя Души.

Таким образом, с каждой убитой Святой могущественной мерзостью, Санни получал значительное количество эссенции, что позволяло ему дольше поддерживать чары [Бессмертного].

Но хватит ли ему этого времени, чтобы выжить?

Это ему и предстояло выяснить...

Проходили мучительные секунды, Элиас отчаянно пытался залечить рану, а Санни отчаянно наблюдал, как его запасы теневой сущности падают все ниже и ниже. Скорость, с которой Несокрушимая Цепь пожирала его сущность, была намного, намного быстрее, чем скорость, с которой Святая и Змей пополняли ее.

Он был способен лишь замедлить неизбежное, но не остановить его.

Все его существо было переполнено агонией и болью... но разве в этом было что-то новое? Хотя Санни никогда раньше не отрубали голову, он испытывал подобные пытки, если не хуже.

В его ядрах почти не осталось теневой сущности...

А потом и вовсе не осталось.

Зачарование [Бессмертный] деактивировался.

...Но Сани был все еще жив.

Он пошевелил губами и осторожно коснулся шеи, по которой теперь