Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

– Тебе может показаться, что это я призвал эти тени. – бросила слегка печальный взгляд на окутывающих мой щит духов Иссая. – Но на самом деле, это не так. Всё они - это души людей, убитых тобой. Искачеленные, искаженные твоей черной магией, неприкаянные, жаждущие мести, не способные уйти дальше, в следующую жизнь. Они следуют за тобой по пятам, просто ты слишком слеп, чтобы увидеть это. Я думаю, будет справедливым позволить им закончить твою историю. Но прежде, чем они разорвут тебя на куски… Скажи мне, бывший бессмертный, что ты чувствуешь сейчас, стоя перед лицом смерти? Говорят, именно в такие моменты люди показывают настоящего себя - в самый последний миг. Как и кем ты предпочтешь умереть?

На меня накатило неестественное, странное спокойствие. Всё тревоги словно ушли куда-то - о чём можно волноваться, когда смерть становиться неизбежной? К моему удивлению, не было ни гнева, ни ярости на такой поворот событий. Всё эмоции словно сгорели в огне недавней битве - и остался лишь выбор, который надлежит сделать.

– Если я умру здесь, я умру как король. – холодно произнес я. – Как защитник, уничтожающий того, кто смеет посягать на то, что принадлежит мне. Никто не смеет делать этого - и ты тоже!

Иссая рассмеялась звонким, слегка печальным смехом серебра. Тонкая, странная часть божественной силы словно коснулась моей памяти, воскрешая в ней образы прошлой жизни - те, которые я, казалось, стал забывать.

– Но ты же не король, глупыш. Ты всего лишь бандит, возомнивший себя таковым. Всему приходит конец - твоему правлению, тебе, и даже мне. Это неизбежно.

Внезапно для самого себя я расхохотался. Рассмеялся неудержимым, истеричным, неестественным смехом, которым, как мне казалось, может смеяться лишь безумец.

– Знаешь.. я не верил до последнего. – сквозь смех выдавил из себя я. – Что смертный… может… убить бога… Я знал, что буду умирать здесь - но просто не мог поступить иначе. Не мог позволить кому-то… Но теперь… Когда ты сама сказала это… Теперь я верю.

Мы, мастера смерти, владеем чудовищной, невероятной силой. Мы можем калечить, пытать и искажать чужие души своей силой - и пусть даже нам не по силам уничтожить их до конца, сама возможность подобного - это источник невероятной силы, что питает высшую магию смерти. Я провел тысячи ритуалов, поднял легионы живых мертвецов - и знал, как высушить чужую душу до последней капли, пытая и разрушая её, чтобы в поток отправилось лишь небольшое, неуязвимое ядро.

Ни один мастер смерти не поступит так с собой - ведь это значит лишить себя посмертия, уничтожить собственную личность.

– И что это значит? – скептически приподняла бровь богиня.

– Это значит, что умерев здесь, я всё ещё могу разорвать тебя на куски… – мрачно ответил я.

А затем я поднял руки и ударил - сжигая в этой атаке собственную душу. Вспышка старых, давно забытых воспоминаний видением всплыла в сознании - детство в небольшом, обшарпанном приюте. Скучные уроки и невкусная еда. Драки с теми, кто был постарше - и затычки малышке, из которой можно было что-то выбить. Серые, почти безразличные лица взрослых. Наказания. Побег…

Вспышка воспоминания ушла так же быстро, как и возникла, оставляя внутри лишь туманную пустоту. Из моих рук вырвалась неестественной ровная, идеальная полоса серого тумана - разрывая фронт божественной силы.

Иссая едва устояла на ногах, пропахав метр земли, закрывая от удара руками. И ответила мне встречным потоком - состоящим, из одного лишь непроглядного мрака.

– Ты всего лишь сошедший с ума безумный бандит. – печально покачала головой она. – Что останется от тебя в конце? В поток отправятся лишь жалкие ошметки твоей души… Разве твоя гордость стоит твоей личности?

– Возможно. – легко согласился я. – Но если ты умрешь, я вознесусь.

Новая вспышка воспоминаний вырвала меня из диалога - подростковая банда, куда мне повезло попасть. Серые образы избитых и ограбленных людей. Побег от облавы. Первая изнасилованная девушка - красивая. Лидерство - и лицо главаря, которое я размозжил о каменную стену, не переставая бить, пока от него не осталось лишь месиво…

– Столько злобы и гнева всего лишь в одном человеке. – с грустью произнесла Иссая. – И ради чего всё это?

– Чтобы стать чем-то большим.

Разборки с другими бандами. Подкупы правоохранительных органов. Торговля наркотиками, убийства, и поставка людей для высокопоставленных извращенцев - я не брезговал ничем, поднимаясь всё выше и выше. Человечество стоит на крови и грязи - и я сумел этим воспользоваться. Не потому, что не мог иначе - а потому что в этом таился путь к свободе. Выбранный мною путь.

И всё же - этого было мало. Человеку сложно победить бога - и ни сила Некса, ни сила тысяч принесенных в жертву людей, ни даже моя собственная сгорающая в огне смерти душа не могли помочь мне победить. Медленно, но верно, черный луч абсолютного мрака перебивал мой поток серого тумана, а завывающие вокруг духи - рвали и кромсали окружающий меня щит.

Так бы и закончилась эта история - но я совсем забыл, что был в этом бою не один.

– Мой король, каковы приказы? – холодный, уверенный голос магистра Колна раздался совсем неподалеку.

– Бегите. – прохрипел я, понимая, что обычные люди не смогут сделать ничего.

Но была вещь, о которой я уже успел позабыть - те, кто сопровождал меня сегодня, были кем угодно, но только не обычным людьми. И потому в ответ на мой приказ я услышал лишь звон обнаженных мечей.

– К оружию, братья и сестры! – прогремел голос Колна. – Жизнью - по теням самой смерти!

– К оружию, братья! – весело вторил ему звонкий голос Кианы.

И они врубились в нескончаемый поток теней, развеивая его светом своих клинков. Краем глаза я отстраненно заметил светящиеся ало-багровым цветов крови парные клинки Кианы, белый свет Солана, грязно-серый мрак Эриха и светло-зеленый двуручник Колна. Мне доводилось слышать о такой технике - когда воин, окутывая оружия собственной жизнью, умеет наносить удары даже по самым опасным магическим тварям, разрывая их ауру. На такое были способны только лучшие мастера меча - я такого не умел…

Мстительные тени дрогнули и отпрянули под этим натиском, снимая с меня давление. Семеро фигур, слегка отпрянув от нашего