Мальтийская головоломка - Наталья Александрова

– Нету у меня денег, можешь не ходить тут! – проговорила она неприязненно.

– Денег? Каких денег? – удивился Сидоров.

– А ты разве не из… как ее… не из фирмы водопроводной?

– Нет, Раиса Кузьминична, я из милиции, – сообщил капитан и протянул ей служебное удостоверение.

Старушка неторопливо вытерла руки о передник, уважительно взяла удостоверение, разглядела его, подслеповато щурясь, и удовлетворенно произнесла:

– Давно пора!

– Пора что? – удивленно переспросил капитан.

– Пора их сажать! Ходют и ходют, по-человечески не понимают… А ты, сынок, проходи, чего возле калитки-то стоять? – Старушка, открыв калитку, пропустила гостя на участок.

Если домик ее оставлял желать лучшего, то участок оказался тщательно ухоженным. Вдоль тропинки цвели нарциссы и алые тюльпаны, стволы старых яблонь были аккуратно побелены, вокруг них ровным кружком высажены ноготки, на грядках дружно взошли стрелки лука и душистая зелень.

Не проходя в дом, старушка уселась на лавочку перед крыльцом, сложила руки на коленях и повторила:

– Пора их сажать!

– Да кого их-то? – полюбопытствовал капитан, устроившись рядом с ней и жмурясь на ласковое майское солнышко.

– Да вот заявились какие-то, хотят отдельный водопровод в каждый дом провести. Я бы и не против, на колонку ходить тяжело, только они денег насчитали немерено. Я говорю – нету у меня таких денег, а они ходют и ходют…

– Я, Раиса Кузьминична, вообще-то по другому делу, – перебил ее Сидоров, – Моргунов Илья Андреевич, шестьдесят второго года рождения, – ваш сын?

Старушка повернулась к нему, и все ее лицо как-то обмякло.

– Илюшечка-то? – повторила она дрожащим голосом. – Конечно, мой! Чей же еще?

Она вытащила из кармана душегрейки сложенный вчетверо батистовый платочек, промокнула выцветшие от долгой и трудной жизни глаза и продолжила:

– Пятнадцать лет уж миновало, как схоронила я его!

– Пятнадцать лет? – переспросил капитан.

– Именно! – закивала Раиса Кузьминична. – Как раз в тот год Лизка, Степана Петровича дочка, родила, а ее Юрке скоро шестнадцать стукнет. А что ж ты, сынок, так поздно этим делом занимаешься?

– Делом? А что, было какое-то дело? Отчего ваш сын умер?

– Да выпил он водки паленой, а к утру и помер. Я уж ему и молочка давала, и корня шалфейного заваривала – ничего не помогло! А потом уж, как схоронила, участковому нашему, Тихону Иванычу, говорила, что судить надо Вальку из гастронома, которая ту водку Илюшечке продала. Но он, Тихон Иваныч-то, говорит, что нету такого закона. А такой закон, чтобы народ травить, есть?

– Я, Раиса Кузьминична, вообще-то по другому поводу… – перебил капитан старушку. – Вы вот этого человека никогда не видели? – протянул он ей фотографию Ильи Моргунова номер два, жертвы недавнего дорожно-транспортного происшествия.

Та взглянула на карточку довольно равнодушно и покачала головой:

– Нет, не видала.

– Вы все же взгляните повнимательнее, может, вспомните… – не отступал настойчивый капитан, но Раиса Кузьминична вдруг вскочила и закричала:

– А ну, пошел вон, паршивец! Пошел вон, пока я тебя поленом не огрела!

Капитан испуганно шарахнулся от старушки, но тут же понял, что ее слова относятся вовсе не к нему, а к чумазому поросенку, который, проскочив через дырку в соседском заборе, забежал на огород и принялся разрывать грядку с луком.

– Варька, зараза, сколько раз тебе говорила, не выпускай своего кабана! – с криками бабушка подхватила валявшееся возле крыльца полено и бросилась к поросенку.

Тут же с соседского участка прибежала женщина лет пятидесяти в резиновых сапогах и красном тренировочном костюме. Подхватив поросенка на руки, как маленького ребенка, она попятилась и прошипела:

– А ты, баба Рая, лучше забор свой почини… Поросенок не виноватый, если у тебя дырка…

– Да я эту дырку сколько раз затыкала – твой кабан каждый раз ее заново прогрызает! Ему бы только пакостить!

– Сама виновата!

– Вот, человек из милиции пришел, – прибегла Раиса Кузьминична к последнему, самому действенному аргументу, – он тебя вместе с твоим кабаном оштрафует!

– Только и дела у милиции, чтобы с моим поросеночком разбираться! – усмехнулась соседка и ущипнула поросенка, отчего тот зашелся тонким визгом. – Я все слышала, он про Илюху твоего покойного спрашивал! Не иначе, за ним грешки какие-то числятся!

– Никаких у него грехов не было! А если его паленой водкой потравили, так Вальку судить надо было, которая…

– Пить ему не надо было, как свинье! – перебила ее соседка. – Кто не пьет, тот и не травится! А вы, молодой человек, ее не слушайте! – повернулась женщина к капитану. – Вы ей фотографию какую-то показывали? Вы ее лучше мне покажите, а то баба Рая ведь не видит ни бельмеса да не признается, очки же сделать не хочет…

– Все я вижу, что надо! – выпалила Раиса Кузьминична. – А ты в чужие дела не суйся, пока тебя не спрашивают, лучше за кабаном своим следи…

– Да-да, взгляните, действительно. – Капитан протянул Варваре фотографию Моргунова номер два. – Может быть, вы где-то видели изображенного здесь человека?

– А ну-ка… – Варвара взяла фотографию, уставилась на нее с живейшим интересом и вдруг повернулась к соседке: – Баба Рая, так это ж тот мужик, что у Глашки комнату снимал. Точно тебе говорю – тот самый.

– Помедленнее, пожалуйста! – попросил капитан Сидоров, доставая свою тетрадку. – Кто такая Глашка? Что там за история с комнатой?..

И соседка уверенно повторила, что человек с фотографии некоторое время снимал комнату у Глафиры Савеловой, проживавшей в маленьком домике неподалеку.

– А где сейчас Глафира? – осведомился капитан.

– А кто ж ее знает? – фыркнула Варвара. – У меня своих дел хватает, за всякими следить некогда! Но как от нее тот мужик съехал, она развалюху свою продала и в Мезенск переехала. Говорили, будто квартиру там получила, от тетки в наследство… Только я ничего не знаю, мне за чужими делами следить недосуг, мне своих хватает!

Капитан Сидоров поблагодарил обеих женщин и отправился на вокзал.

Но поехал он не в Петербург, по месту службы, а в небольшой городок Мезенск. Благо, до него было совсем недалеко.

В Мезенск капитан Сидоров приехал рейсовым автобусом.

Автобус остановился на центральной площади, между зданием городской управы и торговым центром «Аэлита». Пассажиры автобуса – большая, шумная цыганская семья и местные тетки, ездившие в область по своим надобностям, – быстро рассосались по узким улочкам зеленого городка. Настырный капитан огляделся и обнаружил над боковой дверью управы скромную вывеску с надписью «Милиция». Туда-то он и направился первым делом.

В прихожей отделения топтались два смуглых цыгана, уборщица раздраженно возила по полу сухой тряпкой. Видимо, райцентр Мезенск был своего рода цыганской столицей.

За деревянным барьером скучала полная крашеная блондинка лет тридцати пяти в форме сержанта милиции, выгодно подчеркивающей ее аппетитную фигуру. Подправляя малиновым лаком маникюр, она лениво перелаивалась с цыганами.

– Все равно Иван Иваныч не позволит! – повторяла она, внимательно разглядывая очередной ноготь. – Даже и не мечтайте!

– Но Люся Васильевна! – напирал старший цыган. – Ты нас только допусти, а дальше мы посмотрим…

– И смотреть нечего! – скучающим тоном отвечала блондинка. – Гражданин, а вы по какому поводу? Паспортный стол сегодня не принимает…

Последние слова она адресовала капитану Сидорову. Появление нового человека настолько ее заинтересовало, что она оторвалась от маникюра и вылупила на пришельца круглые голубые глаза.

– Капитан Сидоров, из Петербурга! – представился наш герой, протягивая блондинке свое удостоверение.

– Из Петербу-урга! – протянула та мечтательно, разворачивая красную книжечку и внимательно знакомясь с ее содержанием. – В командировку к нам?

– В общем, да… – ответил Сидоров уклончиво. Поскольку командировочного удостоверения у него не было, следовало по возможности обходить этот вопрос.

– Люся Васильевна, ты нас только допусти, а там мы сами… – снова подал голос старший цыган.

– Офигенко, незамедлительно удалитесь из помещения! – прикрикнула на него блондинка. – Некогда мне тут с вами препираться, видите – человек из самого Санкт-Петербурга по делу приехал, а вы меня тут своими глупостями отвлекаете! А ну, сей секунд покиньте здание!

Цыгане, обиженно переговариваясь, вышли за дверь.

Блондинка, подперев кулаками подбородок с круглой уютной ямочкой, преданно уставилась на столичного капитана:

– Чем я могу вам помочь?

– Мне нужна информация о жителе вашего города… – Капитан справился со своими записями и произнес: – Точнее, о жительнице, Савеловой Глафире Ивановне.

– Информация… – разочарованно протянула блондинка-сержант. – Прямо даже не знаю, как вам помочь… У нас компьютер поломался, а Костю, который его чинил, в армию забрали… А что, Савелова натворила что-нибудь у вас в Питере?