Речные заводи. Том 2 - Ши Найань

известно, что мы и так находимся в безвыходном положении, – сказал Сун Цзян. – Я за преступление сослан в Цзянчжоу. Сжалился бы ты над нами.

– Да что вы глупости мелете! – рявкнул лодочник. – Я и полчеловека не помилую, не то что вас троих. Недаром меня прозвали Чжан «Собачья морда». Я не признаю ничего святого. Заткните свои поганые глотки и живо прыгайте в воду!

– У нас в узлах есть золото и серебро, шелка и одежда, – продолжал упрашивать Сун Цзян. – Все бери, только оставь нам жизнь!

Но лодочник нагнулся, поднял свой сверкающий меч и громко закричал:

– Чего же вы еще ждете?

Тогда Сун Цзян, глядя на небо и тяжело вздыхая, сказал своей охране:

– Видно, я нарушил волю неба, был непочтителен к своим родителям и совершил преступление. А теперь по моей вине приходится погибать и вам.

– Не говорите так, господин писарь, – произнесли стражники, поддерживая Сун Цзяна. – Ведь мы погибаем все вместе. – Ну, ну, живее раздевайтесь, – опять закричал лодочник. – Да прыгайте в воду! А сами не прыгнете, так я вас сейчас изрублю и выброшу.

Сун Цзян и его спутники сидели, тесно прижавшись друг к другу, и смотрели в воду. Вдруг они услышали позади скрип весел. Лодочник оглянулся. Их нагоняла летящая, как стрела, лодка. В ней было три человека: один здоровый парень с рогатиной в руках стоял на носу, а двое его помощников изо всех сил налегали на весла. Брызги воды сверкали при свете звезд. Вскоре лодка приблизилась, и стоявший на носу человек, взяв рогатину наизготовку, крикнул:

– Эй, чья это лодка? Кто осмелился промышлять в этих водах? Добычу пополам!

– Никак это почтенный брат Ли? – воскликнул лодочник. – А я-то думал, кто же это такой? Ты что, тоже на работу выехал? А где твой брат?

– Так это ты, брат Чжан? – откликнулся другой. – Значит, опять здесь промышляешь? Велик ли улов?

– Узнаешь, что тут у меня, так нахохочешься, – отвечал лодочник. – Мне в последнее время не везло, да еще я проигрался в пух и прах! Вот сидел я на отмели и раздумывал над своей судьбой, как вдруг на берегу показалась толпа людей. Они гнались за тремя, которые сами прибежали ко мне в лодку. Двое из этих мерзавцев – стражники, а третий – низкорослый, темнолицый преступник. Но кто он и откуда, я не знаю. Сам он говор ит, что его сослали в Цзянчжоу, однако канги у него на шее нет. Гнались за ними братья My из города Цзеянчжэнь. Они хотели поймать его, да я понял, что тут есть чем поживиться, и не выдал их.

– Постой! – вскрикнул тот. – Может быть, у тебя в лодке почтенный брат Сун Гун-мин?

Сун Цзяну показалось, что голос этот ему знаком, и он закричал, приподнявшись в лодке:

– Добрый человек, не спасете ли вы Сун Цзяна?

– Да это действительно почтенный брат Сун! – испуганно сказал Ли. – Хорошо, что я не опоздал!

При свете звезд Сун Цзян увидел, что на носу второй лодки стоял не кто иной, как Ли Цзюнь Дракон, пенящий воды. А гребцами были Тун Вэй и Тун Мэн. Узнав Сун Цзяна, Ли Цзюнь сейчас же прыгнул к нему в лодку и голосом, полным участия, сказал:

– Какого же вы натерпелись страху, уважаемый брат! Опоздай я немного, и вас могли бы по ошибке лишить жизни. Какое-то беспокойство грызло меня сегодня, и я решил выехать на лодке за добычей. Вот уж никак не думал, что найду вас, дорогой брат, в таком опасном положении.

А лодочник, казалось, потерял дар речи и только после долгого молчания решился наконец спросить:

– Почтенный господин Ли Цзюнь, неужели этот темнолицый человек и есть шаньдунский Сун Гун-мин, по прозвищу Благодатный дождь?

– Как видишь! – отвечал Ли Цзюнь.

Тогда лодочник отвесил Сун Цзяну глубокий поклон и сказал:

– Почтенный отец! Что же вы раньше не назвали своего имени? Ведь я мог совершить злое дело! Я едва не погубил вашу жизнь.

Тогда Сун Цзян, обращаясь к Ли Цзюню, спросил, кто этот человек и как его зовут.

– Вы, конечно, не могли знать, что это мой названый младший брат. Зовут его Чжан Хэн, по прозвищу Лодочный фонарь. Живет он здесь на реке и занимается такими вот добрыми делами.

Тут Сун Цзян и стражники рассмеялись. Затем лодки направились к берегу. Чжан Хэн и Ли Цзюнь помогли Сун Цзяну и стражникам выйти на отмель. Там Ли Цзюнь сказал Чжан Хэну:

– Ну, брат, сегодня тебе представился случай познакомиться с самым справедливым человеком в Поднебесной, господином Сун Цзяном, писарем Юньчэнского уездного управления, о котором я так много тебе говорил.

Чжан Хэн выбил огонь из кремня, зажег фонарь и, осветив лицо Сун Цзяна, тут же упал ему в ноги прямо на песок.

– Дорогой брат! – взмолился он. – Прошу вас простить мне мою вину.

Только закончив церемонию с поклонами, Чжан Хэн спросил:

– Могу ли я узнать, почтенный брат, за что же вас сослали в эти места?

Ли Цзюнь рассказал ему историю Сун Цзяна. Выслушав весь рассказ, Чжан Хэн произнес:

– Я должен сказать вам, дорогой брат, что нас в семье два брата. Я – старший. У моего младшего брата отменное здоровье и белое, как снег, тело. Он может проплыть под водой пятьдесят ли и прожить под водой семь дней и семь ночей. А когда он плывет, то кажется, что в воде тянется сплошная белая полоса. Народ дал ему прозвище Чжан Шунь Белая лента в воде. К тому же он искусен в военном деле. Прежде мы жили с ним вместе на берегу Янцзы и промышляли честным трудом.

– А что же потом случилось? – спросил Сун Цзян.

– Потом мы оба проигрались, и я стал заниматься перевозкой контрабандистов. Некоторые спешили, другие были не прочь избежать уплаты пошлин. Однажды, когда в лодке все места были заняты, я шепнул своему брату Чжан Шуню, чтобы он нарядился торговцем и тоже сел с узлом в мою лодку. На середине реки я остановился, бросил якорь и, схватив нож, потребовал деньги за перевоз. По уговору мне должны были заплатить до пятьсот монет с человека, а я требовал по три тысячи. Начал я со своего брата – мы условились, что он откажется платить такие деньги. Тогда я вступил с ним в драку. Одной рукой я схватил его за голову, другой – за ноги и швырнул в воду. После этого я обратился к остальным – они сидели, оцепенев от страха, и никто из них не подумал