День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Врет, тварь!

Тот, кто стоял за спиной, был переполнен яростью, но его Жанна не боялась. Яркие чувства, бьющие через край — совсем не то же самое, что холодная решимость, граничащая с безразличием как к чужой жизни, так и к собственной.

— Охраняй, — приказал человек с пистолетом своему невидимому напарнику. — Если дернется, вали ее сразу!

— Есть!

Старший из двух непонятных людей, явно не милиция, но и на регулярную армию непохоже, исчез в магазине, и Жанна услышала хруст битого стекла под его ботинками. Отсутствовал он недолго, а появился не один — на руках у мужчины в комбинезоне, убравшего пистолет в поясную кобуру, и повесившего на плечо оставленный Биноевой автомат, лежала та самая женщина в синем халате продавца.

— Нужна помощь, — мрачно произнес старший. — Суки, что наделали! Черт, где же здесь врач?

— У вас нет лекарств? — спросила Жанна.

— Тебе что? — зло огрызнулся человек с пистолетом, но затем выдавил из себя: — Только перевязочные пакеты, даже промедола не осталось! Нужен доктор, в больницу нужно!

— Больница рядом, — Биноева вспомнила дорожный указатель. — По этому шоссе на север, не больше километра!

— А, черт, можем успеть! За мной!

Человек, по-командирски вооруженный пистолетом, бросился бегом, несмотря на тяжесть бесчувственного тела, оттягивавшего его руки. Его напарник, стоявший за спиной Жанны, ткнул стволом своего оружия ей под лопатку, и Биноева двинулась следом за русскими. Направлялись они, как оказалось, к укрытому в стороне от дороги УАЗу армейского образца, с брезентовым тентом. Конвоир Жанны подскочил к машине первым, открыв заднюю дверцу. Чеченка теперь только смогла рассмотреть его — невысокий но крепкий парень лет двадцати, коротко, почти наголо стриженый, в таком же, как у его командира комбинезоне и с висевшим за спиной автоматом АКМС со складным прикладом.

Командир осторожно опустил на заднее сидение тело найденной в магазине женщины, а сам уселся спереди, рядом с водителем. Его напарник, прежде чем занять место за баранкой, обратился к остановившейся в нерешительности Жанне:

— Что застыла? Давай назад тоже! Быстрее, твою мать!

Девушка послушалась, устроившись на самом краю жесткого сидения. А командир уже торопил своего бойца:

— Паша, торопись!

Молодой боец уже прыгнул за руль, поворачивая ключ зажигания и отжимая сцепление. Изношеннй мотор русского «джипа» со скрежетом завелся, и командир нетерпеливо подпрыгивавший на сидении, приказал:

— Гони!

УАЗ сорвался с места, выскочив на шоссе и помчавшись в указанном Жанной направлении. Сама чеченка, подпрыгивавшая на неудобном сидении каждый раз, когда колесо машины попадало в выбоину, придерживала голову потерявшей сознание продавщицы, лишь чувствуя, как слабо пульсирует жилка у той на шее, единственный признак теплившейся в изломанном теле жизни.

Водитель же, словно не замечая ухабов, только давил на газ да крутил баранку, так что УАЗ на поворотах едва не опрокидывался на бок. Мелькнул примеченный Жанной чуть раньше указатель с красным крестом, а затем впереди появилась и сама больница. Машина со скрипом затормозила у длинного одноэтажного кирпичного здания. На крыльце мелькнула фигура в белом халате, и старший из двух русских, высунувшись из окошка, крикнул, призывно взмахнув рукой.

— Что случилось? — немолодая женщина подошла к УАЗу. — Вы кто такие?

Полковник Басов, Российская армии, танковые войска, — представился старший. — У нас раненая в машине, нужна помощь!

— Что стряслось?

Полковник, выбравшись из УАЗа, распахнул заднюю дверцу. Врач, увидев Жанну, на которой все еще была роба «зека» с порядковым номером, нашитым на груди, растерялась, а Басов уже указывал ей на женщину, безвольно лежавшую на сидении рядом с чеченкой:

— Помогите ей!

— Несите внутрь, — распорядилась женщина в белом халате. — Я сейчас найду кого-нибудь!

Выполнить задуманное Басову помешал донесшийся откуда-то издалека металлический лязг. Такой знакомый звук, который могли издавать лишь мощный танковый дизель и стальные траки гусениц, нарастал, и через минуту перед замершим полковником появилась вывернувшая с перпендикулярной улицы боевая машина пехоты БМП-1. на бортах под слоем пыли можно было рассмотреть нанесенный по трафарету белой краской номер «902». Бронемашина затормозила в сотне метров от больницы, круглая крышка башенного люка стрелка-наводчика откинулась, и из-под брони показалась чья-то голова в шлемофоне.

— Это еще что? — растеряно пробормотал Басов.

А события развивались. Следом за БМП на небольшую площадь перед больницей выскочил милицейский УАЗ с синими полосками на пыльных бортах. Машина резко затормозила, и из нее выскочило сразу пять человек в серой униформе. Трое из них даже были вооружены автоматами, и на каждом был надет бронежилет.

Дальнейшее произошло очень быстро. Приплюснутая башня БМП-1 развернулась, и оба ствола спарки из гладкоствольной пушки 2А28 «Гром» и пулемета ПКТ уставились на милицейскую машину. Сухо застучал пулемет, и обшивка с синей краской брызнула во все стороны. Очередь в упор прошлась по кинувшимся врассыпную милиционерам, и те, кто был рядом с Басовым, видели, как двух человек сбило с ног.

— Что за херня?! — боец по имени Паша выпучив глаза смотрел на то, как пулеметные очереди косят разбегавшихся милиционеров.

— Все в укрытие, — приказал полковник. — Туда! — Он указал на жидкие кустики в двух десятках шагов от машины. — Бегом!

Милиционеры, встреченные шквалом огня, тем временем бежали, даже не думая вступать в бой с бронемашиной, а те, кто находились в БМП, забавлялись от всей души. Короткий ствол пушки шевельнулся, качнулся влево-вправо, громыхнул выстрел, и патрульный УАЗ разнесло вдребезги прямым попаданием осколочного снаряда ОГ-15В.

Тем временем русские, рядом с которыми держалась и Жанна Биноева, добрались до кустов, вломившись в заросли. Полковник Басов опустил на землю лишившуюся сознания женщину, нервно схватившись за пистолет и даже не понимая, насколько смешным выглядит этот жест. А бронемашина, продолжая огрызаться короткими очередями из спаренного пулемета, тронулась с места, навалившись всеми своими тринадцатью тоннами боевой массы на то, что осталось от милицейского уазика. Обугленный металл скрипел под гусеницами, когда БМП несколько раз по-танковому развернулась на одном месте. А затем шевельнулась ее башенка, и ствол пушки оказался нацелен на здание больницы.

— Господи! — выдохнул Басов, увидев, как из главного выхода выскочило несколько человек в белых халатах и еще кто-то в больничных пижамах.