Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

На рассвете следующего дня Михей разделил отряд на три равные части. Один - со старшим сыном - отправил на юг, к Ренегону. Другой - с младшим - на восток, в Ганатру.

Сам же Михей остался с последним, и принялся готовить ловушку на дороге к башни.

Новоиспеченный сотник альянса, разумеется, не знал, есть ли какая-то связь у этого окраинного форпоста культа с остальными. Не знал, что убитый был всего лишь учеником и что его учитель, настоящий мастер смерти, мгновенно узнал о его смерти, связанный с учеником замысловатой клятвой.

Однако он был уверен, что рано или поздно кто-то явиться проверить - а что делать дальше, у него всё равно указаний не было. Оставалось лишь воевать, как получиться…

Долго ждать не пришлось: всего через неделю на дороге, которую они караулили, показался караван, охраняемый сотней мертвецов.

И, похоже, они заметили засаду: потому что тонкая черная молния ударила раньше, чем огненный шары, заставляя замертво упасть соседа Михея.

Воздух наполнили крики, огонь, и взрывы - оставшиеся бойцы альянса обрушили огонь на телеги каравана, заставляя тянущих их конго зареветь от боли.

Мертвецов было немного - и они погибли, даже не добежав до отряда, лишь убив нескольких лучников. Но вот главный балахонщик в этот раз оказался куда лучше готовым к бою - он то и дело прятался либо за телами мертвяков, либо за черным щитом, а каждый удар черной молнии с грохотом разрезал воздух, забирая чью-то жизнь…

Михей поднял руку, делая жест остановить огонь. Очередная молния с треском пробила магический щит, забирая новую жизнь. Сотник альянса хладнокровно выждал ещё две секунды, и лишь затем коротко приказал:

– Огонь!

Балахонщик двигался хорошо, но предсказуемо. И в этот раз троица огненных шаров пробила его щит, когда он высунулся из-за телег в очередной раз…

Нескольких оставшихся мертвецов, поднимающихся после взрывов, добили быстро. Михей горько усмехнулся, глядя на поредевший отряд: их осталось всего семеро…

Они подошли к трупу в обгоревшем черном балахоне вместе, не сговариваясь. Михей тронул его ногой, переворачивая: ужасное, обгоревшее лицо с торчащими костями, наполовину снесенное и изувеченное взрывом…

– Нас слишком мало, чтобы достать ещё один такой отряд. – наконец, сказал Михей. – А значит, в следующей битве мы всё погибнем. Это не дело… Нам стоит разделиться - и двинуться по окрестным деревням. Покажите людям, чему научились. Расскажите, за что мы сражаемся. Пусть знают правду. Если доживете до момента когда встретите новый отряд - вы знаете, что делать. Говорят, мастеру смерти нет равных на поле боя - но сегодня мы убили одного. Потому что мы - свет.

– Мы - свет! – хором ответили шестеро его братьев по оружию, ударяя себя кулаками в грудь.

Михей, разумеется, знать не знал, что убитый ими культист всего лишь второй ученик мастера смерти, посланный проверить дела в башне. Как не знал и того, что второй отряд с его старшим сыном вскоре столкнулся с рыцарем смерти, убившем всех. Он не знал и того, что тот самый мастер смерти, охраняемый высшим фантомом, убил его младшего сына с отрядом одним ударом.

Но одно он знал наверняка - на место павших встанут другие. Потому что если всё узнают то, что ему рассказал светлейший… Не пойдут воевать лишь отъявленные трусы. И в этом он не ошибся.

Глава 77. Самый сложный план.

Наверное, только смыв с себя грязь, копоть, нагар, свою и чужую кровь, и поднявшись из неги теплой ванны, я наконец ощутил, насколько устал.

Битва была не слишком долгой и длилась всего сутки, но за эти сутки я успел умереть сотни и даже тысячи раз: и даже я сам не знал ответа, на чьем счёту было больше смертей. Может статься, и на моем собственном, когда я вновь и вновь выворачивал собственную жизнь наизнанку, вкладывая всего себя в сокрушительные удары.

Бессмертие позволило мне собраться вновь столько раз, сколько я мог: и пусть в этот раз мне не пришлось полностью лишаться тела, измученное сознание ясно давало понять, что оно на пределе.

Меня ждал важный ритуал - тот, который не получиться повторить, тот, ради которого двадцать вернейших мастеров культа, прошедшие со мной резню целой провинции, сейчас стояли в тайном каменной круге, вырезанном в секретной комнате внутри гор.

К этой части ритуала никто не пускал посторонних - по моему приказу. О неё даже не знали - хотя опытные маги догадывались, отслеживая, куда уходит сила…

Это была ставка, которую нельзя будет переиграть, и разум кричал в набат, пытаясь заставить исцеленное, отдохнувшее тело сдвинуться.

Но я позволил себе полежать ещё пять минут. А потом ещё пять… И только затем встал.

Киана обнаружилась беззастенчиво сопящей прямо на теплой земле, посреди круга пламени. Я легко улыбнулся глядя на этот вид, и отдал приказ отнести её к целителям. Не одного меня утомила эта битва.

В горы я отправился один, следуя по секретной тропе. Улос уже должен быть на месте - вместе с остальными, и больше мне не нужен был никто. Но в этот раз мои планы прервала неожиданная встреча.

– Это была тяжелая битва, а ты всё ещё выглядишь так, словно ничего не произошло. Удивительно.

Я прищурился, не понимая, откуда донесся голос. Он показался мне смутно знакомым - но именно что смутно.

– Левее и выше. Уступ на горе. – уточнил собственное местоположение голос, заметив мои попытки найти его.

В нескольких сотнях метров от меня, на небольшом горном уступе, что был по другую сторону расщелины, вдоль которой шла тропа, сидела, свесив ноги вниз, небольшая фигура в разноцветном, словно камуфлированном балахоне - коричневато-сером, прямо под цвет северных гор.

Я узнал его. Этериас Инвиктус собственной персоной.

– Неожиданная встреча. – медленно произнес я, вперив взгляд в фигуру. – Пришел тоже бросить мне вызов?

Я поймал себя на мысли, что сейчас, вероятно, лучший возможный вариант для того, чтобы и в самом деле напасть на меня. Лучший, чем когда либо. Я истощен, запасов силы смерти у меня крохи, разум устал, хочется спать…

Несколько звезд мастеров альянса при поддержке великого мага имели всё шансы взять меня в плен, просто закатав в камень и утащив затем с собой - свои силы и возможности я осознавал четко. Совсем неподалеку было немало моих людей -