Жертвы Сименона - Наталья Никольская

Самым трудным шагом для меня было признаться самой себе, что Ольга с самого начала была права, считая, что мы с ней должны проявить больше внимания к убийству ее попутчицы. Конечно, она приставала ко мне просто из-за своей повышенной чувствительности, а не потому, что ей что-то там подсказывало ее хваленое «предчувствие»! Ерунда. Она и понятия не имела о том, во что все это выльется. Только… Какое теперь имеет значение – почему?! Главное – я оставалась слепа и глуха, и моя глухота едва не стоила жизни одной из нас! Стоило мне подумать, что лишь по счастливой случайности вместо бедной сестренки убийце подвернулась я, как внутри у меня все холодело, и сердце начинало противно дрожать заячьим хвостом.

Нет, я просто обязана наказать этого ублюдка, который довел нас до жизни такой! Несчастная Ольга последние дни места себе не находила от страха, даже из дома боялась выходить. А я… Черт возьми, как я теперь открою шею, когда на ней такое «ожерелье»?! Врач сказал, сойдет, но когда это еще будет! Хорошо хоть, что впереди зима, можно носить свитерочки… Да за такое паскудство высшей меры мало!

Сидя в небольшом уютном кафе неподалеку от управления милиции, я старалась остудить мысли, которые у меня просто закипали от возмущения. Нужно было привести их в порядок и решить, что делать дальше: все равно же пришлось взять отгул, так надо его использовать с толком! В этот дневной час среди недели посетителей было немного, и мне никто не мешал.

Итак, посмотрим на факты. Что мы имеем? Четыре человека ехали в одном купе из Москвы в Тарасов. Ехали мирно, не ссорились, посидели все вместе в ресторане и наутро так же мирно расстались. Во всяком случае, все выглядит именно так. Правда, там был еще и пятый – назовем его «Икс», потому что, насколько я знаю, о нем до сих пор ничего не известно, кроме имени. Этот самый Икс состоял в конфликте по крайней мере с двумя пассажирами купе – актрисой и бизнесменом, который поспешил продемонстрировать свое джентльменство, чтоб «приручить» смазливую девчонку. Значит, можно предположить – в порядке теории: Икс мог испытывать неприязнь и к двум другим пассажирам, так они морально поддерживали своих попутчиков.

Актриса не успела даже сойти с поезда: была задушена прямо в купе. В тот же день при таинственных обстоятельствах исчезает бизнесмен. Еще через несколько суток в автомобильной катастрофе гибнет Дмитрий Загорулько, скромный страховой агент из Александрова Поля – тарасовской тьмутаракани. Это, пожалуй, единственный эпизод во всей истории, где обошлось без этих чертовых «таинственных обстоятельств»: трагическая случайность! Жаль человека, хотя сам виноват, бедолага: экспертиза показала, что Загорулько был изрядно «под мухой». Бывает же такое: братан, горький пьяница, живехонек, а приличный человек разок выпил – и тю-тю! Не справился с управлением.

И наконец, вчера вечером – попытка убийства моей сестры, в которой по воле случая жертвой оказалась я. Тем же способом, что и первое убийство. И наверняка – теми же самыми руками. Ошибки быть не могло: ему нужна была Ольга, а не я!

Почему он убежал, не постаравшись довести дело до конца? Ведь я его совсем не сильно стукнула, мне самой было куда хуже… Испугался, услышав голоса соседей? А может быть, понял, что перед ним не та, кого он хотел убить, и растерялся? Ведь Дрюня видел нас обеих, он знал, что у Ольги есть сестра-близнец…

Полина, Полина! Разве это сейчас важно – почему он убежал?! Главное сейчас – почему он вообще на все это пошел? Почему?! Зачем?!! Если найдешь ответы на эти вопросы, считай, убийца у тебя в кармане. Вернее, за решеткой.

Медленно потягивая за столиком остывший кофе, я думала и вспоминала, пытаясь соединить оборванные концы в какую-то более-менее логичную картину. Внезапно в ушах у меня возник испуганный голос сестры. «Дело расследовал комиссар Мегрэ… Люди ехали в одном купе в Париж, а потом их стали убивать одного за другим. А самую первую задушили прямо в поезде…» Помнится, я тогда рассказала Ольге по телефону о смерти Загорулько, а она стала нести какую-то абракадабру, ссылаясь на Жоржа Сименона…

Черт меня подери!!!

Ведь я тогда подумала, что моя сестрица просто спятила от страха. А вот сейчас, в свете последних событий, все это стало очень даже походить на правду! Теперь мне казалось, что я тоже читала нечто подобное. Но, сколько ни напрягала память, не могла вспомнить никаких подробностей.

Есть ли у нас основания считать все четыре криминальных эпизода – виновата, все три, только три! – звеньями одной цепочки? Если и есть, то их можно по пальцам перечесть. Вполне допускаю, что и здесь мы имеем дело с интересными совпадениями. С целыми тремя «совпадениями» за одну неделю… Не слишком ли?! Ведь, как сказал следователь, когда совпадений набирается слишком много, они переходят в новое качественное состояние и начинают называться по-другому…

Боже мой, но ведь это нонсенс! Полный абсурд! Убивать пассажиров одного купе… Но зачем? Почему?… Опять эти проклятые вопросы, они меня с ума сведут!

Предположим – только предположим! – что кто-то действительно поставил перед собой задачу убрать всех четверых, включая мою Ольгу Андреевну. Предположим, этот «кто-то» знает – или предполагает, – что попутчикам Айседоры Палискиене известна какая-то тайна первого убийства. Быть может, они и сами об этом не подозревают – до поры до времени, но когда эта пора придет, могут выдать убийцу. Однако он не хочет ждать, пока его выдадут, и принимает, так сказать, примитивные меры. Это я еще могу понять!

Но почему наш «мистер Икс» совершает первое убийство? Ведь не из ревности же, в самом деле! Это только моя дорогая сестренка может вообразить такую чушь. Похоже, она до сих пор в нее верит.

Минуточку, минуточку! Не стоит путаться в терминологии: под кодовым названием «мистер Икс» у нас проходит не убийца, а парень по имени Роман, за которым Жора с Ольгой поехали в Москву. А это совсем не одно и то же! Может быть… А может, все-таки – одно и то же, а?

Я честно попыталась преодолеть свой скептицизм в отношении Ольгиной версии и взглянуть на вещи непредвзято. И когда я это сделала, результат получился тот же самый: по совокупности всех имеющихся признаков Ромочка тянул разве что на опереточного злодея. Но никак не на настоящего!

Во-первых, он трус: Дрюне Старостину стоило его слегка припугнуть, и он спекся. Трус, пожалуй, способен на убийство в состоянии аффекта, но планомерно в течение недели уничтожать людей… Увольте! Да и не было там никакого особого аффекта.

Во-вторых, он трус самовлюбленный. Станет он вам рисковать своим комфортом ради острых ощущений, как же! Да он сразу умрет, если у него не будет возможности каждый день полировать ногти пилочкой и брызгать усы французскими духами. А на зоне такой возможности не будет, и он это прекрасно знает.

В-третьих, эпизод с нападением на меня – вернее, на меня как на мою сестру. Тут вообще Ромочка не тянет на убийцу: начиная с манеры разговора и кончая физическими данными душителя. Откуда, к примеру, человек из другого вагона мог знать, что Дрюня называл Ольгу «сестренкой»? Подслушал в ресторане? Едва ли: Оля говорила, сидел он довольно далеко от их столика и ретировался быстро. Роману вряд ли вообще было известно, как зовут попутчиков Айседоры: само собой, она его с ними не знакомила, а он об этом не просил…

Нет уж! Пусть они там, в столице, ловят этого Рому. Поймать его, конечно, надо. Но только затем, чтоб убедиться: он не убийца. А лично мне гораздо более подходящим кандидатом казался другой человек – тот, который ехал с Ольгой не просто «в поезде», а в одном купе. И который вчера в разговоре с предполагаемой жертвой выдал себя с головой!

Вот только мотив?… Мотив!

– …Ба! Вот так встреча, мадам!

От неожиданности я даже вздрогнула. Хотя вообще-то это прерогатива Ольги Андреевны.

Прямо перед моим столиком стоял невысокого роста мужчина в черном плаще и черной шляпе с широкими полями, из-под которой сверкали колючие глаза. Правильной формы крупный нос, «демонические» брови, сросшиеся на переносице, и реденькая каштановая бородка делали его похожим одновременно на Иисуса Христа и на Мефистофеля, и этот трагикомический контраст очень бросался в глаза. Еще мне бросилась в глаза рюмка коньяку, которую этот тип манерно держал между большим и указательным пальцами левой руки, и приклеенная к его физиономии улыбка. Кстати сказать, она вовсе не выражала радости приятной встречи.

Между тем, стоял странный субъект недолго. Не дожидаясь моей реакции, он по-хозяйски поставил рюмку на мою территорию, потом отодвинул свободный стул и плюхнулся по другую сторону стола, не сняв шляпы. Я вскинула брови.

– Простите, что я к вам без приглашения. Но согласитесь, что я имею на это право! Наша с вами последняя встреча была настолько «неформальной», что церемонии, как говорится, излишни. Помнится, вы покинули меня так неожиданно, не попрощавшись… Ну что, продолжим общение, мадам?