В ожидании Виллы - Дороти Иден

— Вилла что-то знала об этом. Она была ужасно испугана, как сказала мне медсестра.

— Я полагал, что вы пошли беседовать с доктором.

Грейс склонила голову над супом. Пар согревал лицо. От шнапса потеплело внутри. Она уже подавила панику и стала рассуждать логичнее.

— Знаете, Польсон, эта девушка, кажется, влюблена в доктора Свена Бейка. И она почему-то волнуется из-за того, что именно он давал медицинское заключение следствию. Если и ходил слух, что смерть Билла Джордана не была несчастным случаем, так это, возможно, из-за того, что доктор Бейк знает больше, чем говорит.

— Значит, его преданная и влюбленная сестра распространяет такие отвратительные слухи?

— Нет, не совсем так. — Грейс посмотрела на Польсона и вдруг сказала: — Она бы никогда и рта не открыла, если бы сама не была до смерти напугана тем, что могло случиться с Виллой.

— А что доктор Бейк?

— Сказал, что Вилла приходила к нему, чтобы убедиться в беременности, и еще, что у нее будет здоровый ребенок. О, Польсон, я молюсь, чтобы все было так.

Польсон взъерошил волосы и попробовал сменить направление разговора.

— А теперь моя новость. Пароход капитана Акселя Моргенсона прибывает сегодня или завтра.

Аксель. Еще один приятель Виллы с холодными глазами.

— Правда? И что мы будем делать?

— Познакомимся.

— А вы не думаете, что Вилла может оказаться на борту его судна?

Польсон сразу отбросил эту фантастическую идею.

— Вот что мы должны сделать, Грейс. Устроим прием. Половину расходов я беру на себя.

Грейс уставилась на него. Она с трудом могла понять такую его заботливость, принимая во внимание непродолжительность их дружбы.

— Но вы же никого толком не знаете из них.

— Не имеет значения. Это будет прием в честь друзей Виллы. Людей, которых она знала в посольстве, — Бейки, Свен и Ульрика, капитан Аксель Моргенсон и его тетушки, фон Стерпы…

— И Якоб тоже?

— Якоб? Конечно.

— Ох, как мне бы не хотелось устраивать прием, особенно сейчас.

— О, захочется, когда вы нарядитесь в какие-нибудь тряпки Виллы. Она всегда была в прекрасном настроении на вечеринках.

Дурное предчувствие снова охватило Грейс.

— Вы хотите, чтобы я надела одежду Виллы? — И медленно добавила: — Почему?

— Прием этот — для меня, — сказал Польсон. — Пора выходить из тени и встретиться с вашими друзьями.

— Не с моими, — воинственно заявила Грейс.

— На один вечер вы будете Виллой. Понимаете?

— Дурная шутка.

— Нет, не обязательно. Шутка лишь до того момента, пока кто-то из гостей не признает ее дурной. — Он взволнованно посмотрел на Грейс. — Это замечательная идея, во всяком случае лучше вашей, с абортом. И потом, вы же любите приключения.

— Ну и приключение!

— Я думал, вам понравится. С вашим-то воображением.

Снова очки-бабочки, вечерний костюм, ее духи…

— Мне придется покрасить волосы в желтый цвет? — спросила Грейс, поморщившись.

— Нет, не обязательно. Наденьте парик. Или пойдите к парикмахеру Виллы, если удастся найти его.

Глава 8

Как только Грейс и Польсон вернулись, зазвонил телефон. Неужели Вилла?

Но по тому, как спокойно она прореагировала, когда звонившая назвалась Уинифред Райт, Грейс поняла, что уже свыклась с мыслью об исчезновении Виллы. Уинифред Райт — секретарша средних лет из посольства, сообразила Грейс.

— Вы еще здесь, Грейс?

— Конечно, я не собираюсь уезжать, пока не встречусь с Виллой.

— Питер Синклер сказал мне то же самое, но он считает вас оптимисткой.

— Оптимисткой?

— Ну, может, это не то слово. — Уинифред казалась несколько возбужденной. — Он думает, что Вилла более чем ненадежный человек, и пока вы здесь, вам нужно уделять больше внимания. Могли бы вы поужинать с нами сегодня вечером?

Интересно, Питер Синклер попросил опекать ее, или Уинифред Райт взялась за это по собственному желанию?

— С удовольствием. Я, кстати, хочу вас кое о чем расспросить.

— Например?

— Вы не знаете случайно парикмахера Виллы?

— Знаю, Но надеюсь, вы не собираетесь выкраситься в блондинку?

— Почему бы нет? Кажется, Вилла после этого имела большой успех, хотя можно предположить, что шведы предпочли бы брюнеток для разнообразия. Уинифред, я собираюсь устроить вечеринку. Вы придете?

— Но вы же здесь никого не знаете!

— Некоторых знаю. А остальные — просто друзья Виллы. Будет что-то вроде свадебной вечеринки. В отсутствие жениха и невесты, к сожалению. Выпьем за их здоровье. Жаль только, что бедный Билл Джордан умер…

На какой-то момент в трубке повисло молчание. Потом Уинифред спросила: — А при чем тут Билл Джордан?

— А разве он не был другом Виллы?

— Не думаю. Он совсем не в ее вкусе: замкнутый, робкий с девушками.

— А как он выглядел? Хорош собой?

— Очень.

— Тогда могу себе представить, как Вилла пыталась вытащить Билла из его скорлупы. У нее это всегда хорошо получалось с робкими молодыми людьми.

— Он мертв, и с этим ничего не поделаешь, — грубовато ответила Уинифред.

— Странное замечание, — сказала Грейс. — Что вы хотели этим сказать? Вы думаете, он покончил с собой?

— Почему вы так решили? — Голос Уинифред стал резким и взволнованным. — Уж не думаете ли в самом деле, что Вилла разбила его сердце?

Грейс поняла, что эксперимент дал результат, и больший, чем она ожидала.

— Молодой человек, — продолжала Уинифред, — был несчастлив. Все пытались расшевелить его, но он не поддавался.

— И Питер Синклер последним предпринял такую попытку?

— Да. Но ему тоже не удалось, хотя они и здорово тогда выпили. Билл просто вышел и застрелился — или как там еще было. Ладно, к черту все это, Грейс. Мне кажется, мы говорили о вечеринке, а не о похоронах. Итак, когда она будет?

— В субботу, в шесть часов. А как насчет парикмахера?

— Есть местечко под названием «Ингрид» на Страндваген, недалеко от вас. Но не понимаю, зачем вам это?

Положив трубку, Грейс рассмеялась и посмотрела на Польсона, сидевшего в углу.

— Похоже, ходят слухи, что Вилла привела Билла Джордана к гибели. Может, именно поэтому она так истерически говорила об убийстве.

— Тогда все, что я могу сказать, так это то, что он был очень глупым молодым человеком. Потерять жизнь из-за такого мотылька, как Вилла… Если бы он знал, что у его подружки есть такая кузина…

Грейс смущенно нахмурилась.

— А что в ней такого уж плохого?.. Легкомысленная, но ведь не бессердечная, а очень добрая.

— Не переживайте так, Грейс. Один человек, во всяком случае, должен считать ее доброй. Она собирается родить ребенка, не так ли?