Подстроенный отбор, или Красивая сделка с Чудовищем - Надежда Олешкевич

неправильно поняли. Не было никакой драки. Нет, она была, но то спарринг.

— Брат еще и паром вас обдавал?

И князь туда же!

— Нет, без пара, — замотала я головой.

— Дымом?! — едва не зарычал мужчина.

— Да не обдавал он меня ничем!

— А вот и ты! — сказал Леонард вышедшему из-за угла Чудовищу. — Ты заигрался, брат. Кто тебе позволил поднять руку на девушку?!

— Его светлость не поднимал на меня руку, — поспешила заверить я, подбежав за ним. — Все происходило по обоюдному согласию.

— То есть он угрозами заставил согласиться? — уточнил князь.

— Ваша светлость, — повернулась я к Чудовищу, который остановился в паре шагов от нас, — одна из невест увидела в окно нашу драку и подумала, что вы меня избивали.

— Но ведь не ел, — недобро усмехнулся он и посмотрел на Леонарда. — Какие претензии ко мне? Девушка стоит на ногах, разговаривает, смотри, вполне живая. На теле синяков от моих кулаков нет, я был предельно осторожен.

Зачем он так говорил? Почему просто не сказал, что это договорной поединок?

— Ваша светлость, — поспешила я вклиниться между мужчинами, едва старший начал наступать на младшего, — я сама попросила!

Леонард на миг опешил. Правда, ни капли не подобрел. Кажется, собрался верой и правдой отстаивать мою честь.

— Не такому нас учили родители, — процедил он.

— Они меня почти и не учили. Все из военной академии взял. Это ты у нас домашний мальчик.

— Ты забываешься! — гневался князь, не обращая внимания на такую незаметную меня.

И верно, подумаешь, какая-то человечка.

— Нет, все помню, все вижу, Лео. И точно не поддаюсь манипуляциям.

Они источали гнев. Давили друг на друга словами, энергией, возможно, даже магией. Словно два сильных зверя перед жестокой схваткой. Казалось, готовы были схлестнуться в любой миг. А я находилась между ними. Понимала, что сейчас лишняя, но не могла уйти, не хотела отступать, еще надеялась, что смогу предотвратить худшее.

Развернулась к Чудовищу, положила ладонь ему на грудь. Какое чудо, хоть кто-то посмотрел на меня!

— Пожалуйста, не надо.

Мужчина недобро сверкнул глазами. Сделал шаг назад, но нехотя, будто ему не хватало драки. Развернулся и решительно пошел к виднеющемуся отсюда озеру.

— Он больше не побеспокоит вас, — опустил руку мне на плечо князь. — Обещаю.

— Вы даже не разобрались в ситуации, ваша светлость, — сама разозлилась на него. — Не выслушали мой рассказ, сразу предъявили претензию брату, хотя его вины вообще нет.

— Если он угрозой заставил вас так говорить, то можете не стараться. Я предприму меры.

Как не взвыть? Твердолобые драконы! Самовлюбленные, с плохим слухом и напрочь отсутствующей логикой.

— Вы разочаровали меня, ваша светлость, — произнесла в сердцах и едва ли не бегом направилась к парадному входу, хотя очень тянуло пойти за Чудовищем.

Неприятно становиться яблоком раздора. Вот только присутствовало ощущение, что я только подтолкнула их к ссоре, не являлась основной причиной.

Добралась до своей комнаты, не попадаясь на глаза невестам. Приняла ванную. Пропустила завтрак, потому что снова начнутся нелепые обсуждения, которые не остановить, а все потому, что человечку никто слушать не желал. Даже Леонард, хотя проявил участие, но из всего мною сказанного вычленил отдельные слова и составил свою картину случившегося.

Вскоре появилась модистка. Впорхнула в мою комнату, будто в свою. Впустила за собой помощниц, которые принесли усовершенствованные платья и сразу разложили на кровати.

— Иномиряночка моя, — направилась Шарлотта ко мне и за руки взяла. — Наша интересная задумка к балу почти готова, но нужно только примерить и немного подправить детали.

Заразиться бы ее энтузиазмом, но плохо получалось. Меня беспокоил недавний инцидент. Неприятно становиться причиной семейной ссоры. И отпустить бы, ведь сами разберутся, вот только казалось, что Чудовище не станет ничего объяснять, а Леонард придумает жестокое наказание для брата.

— Отбор будет длиться всего неделю, зачем мне столько нарядов? — поинтересовалась, встав на ненавистный стульчик.

Модистка посмотрела на меня, как на недалекую. Марья тоже удивилась вопросу. Даже девушки-помощницы сделали вид, будто услышали несусветную глупость.

— Это теперь твой гардероб. Скажи спасибо его светлости, он обеспечил тебя, теперь не будешь ходить босой.

— Но если я не выиграю отбор?

— Заберешь все с собой. Тебе решать, что делать с вещами.

Я глянула на висевшие в шкафу наряды. Наверное, стоили они немало, учитывая, что модистка прилетала ко мне из самой столицы. С ее легкой руки наряды приобрели особый шарм, стали легкими, изысканными, подчеркивающими фигуру и капельку вызывающими. Одно ассиметрично лишилось рукава, другое красиво открывало лопатки и немного поясницу, третье тянулось тонкой, прозрачной линией-змейкой от ворота к боку и потом брызгами звездочек переходило на юбку. Где-то появилась вышивка. Что-то теперь украшали блестящие камушки. Но самым красивым было пока платье, приготовленное для сегодняшнего бала.

Дерзкое, вызывающее, полностью закрытое…

Красный цвет. Облегающая тело ткань, даже на бедрах — в Лаладаре подобного не носили. Это было вечернее платье из моего мира. Яркое, подчеркивающее мою фигуру, с высоким вырезом по правой ноге и тонкой подкладкой того же цвета, чтобы ничего провокационного не было видно.

Марья держалась за щеки, рассматривая меня. Шарлотта довольно улыбалась. Я же не могла налюбоваться своим образом и без конца вертелась перед зеркалом.

Когда модистка уехала, а до бала осталось совсем немного, незнакомая служанка принесла поднос с тремя флакончиками и поставила на туалетный столик.

— Ох, какая прелесть! — захлопала в ладоши Марья. — Это же Лоундские духи, одни из лучших в Аруме! О таких можно только мечтать.

— От кого? — спросила я.

— От его светлости. Выбирайте любые, — сказала незнакомая служанка с едва уловимым пренебрежением.

Вот, прогресс на лицо. Раньше драконицы не сдерживались при мне, теперь хоть немного контролировали свои эмоции.

Я понюхала каждый флакончик. Выбрала тонкий цветочный аромат, пшикнула на шею. Втянула воздух через нос, наслаждаясь витающим вокруг меня запахом, и попросила служанку передать князю мою благодарность.

— Хотя не надо, сама скажу все необходимое, — остановила девушку возле выхода.

— Конечно, — ехидно ухмыльнулась она и скрылась в коридоре.

— Ах, какой щедрый наш князь. Такие подарки делают только самым дорогим сердцу существам. Я же говорила, что вы выиграете.

— М-ага, — с подозрением задержала я взгляд на двери.

Не давала покоя последняя реакция служанки. Тем более Леонард не настолько расположен ко мне, чтобы преподносить нечто подобное.

— Они дорогие? — взяла я в руки флакончик.

— Очень! — ответила Марья и снова вернулась к сотворению моей прически.

— Тогда точно нужно будет его поблагодарить, — сказала задумчиво и опять покосилась на дверь.

Чего она ухмыльнулась? В духах есть подвох? Или такая реакция была из-за платья?

Я старалась сидеть спокойно. Снова и