Песнь первая. Дитя Грозы - Тиа Атрейдес

— Его Высочество Кей уже знает? — нарушил тишину герцог.

— Обрадую, когда приедет.

— К Каштановому Цвету?

— Разумеется.

Совместить приезд Наследника со всенародно любимым праздником — что может быть логичнее? На традиционном Весеннем балу как раз удобно представить высшему свету принца с принцессой, а заодно связать в сознании народа имя Наследника с праздником, гуляньями и прочими приятными вещами. Урман и сам бы поступил точно так же.

Оставалось лишь обсудить несколько деталей.

— Да, Урман. Думаю, ты уже понял, о чем мы будем говорить на совете.

Герцог не стал делать вид, что ни о каком совете не слышал, и просто кивнул в ответ. Несложно было догадаться, зачем Мардуку понадобилось в спешке и секретности устраивать собрание.

— Но я хочу, чтобы ты знал заранее. Ты прав, без Длинных Ушей не обошлось. Император изволил напомнить, чем Валанте грозит отход от традиционных правил наследования, и даже несколько ужесточил условия.

Урман слушал короля, время от времени поддакивая или уточняя особо важные моменты. С мнением Его Всемогущества он был полностью согласен. Позволить сесть на трон Валанты принцессе, находящейся под влиянием Темного мага, мог только очень оптимистичный и недальновидный политик, а к Императору это никак не относилось. На миг представив себе последствия — целая провинция под властью Темного, голод, разгул стихий, восстания… — он непроизвольно вздрогнул. Каким бы прекрасным правителем не была Ристана сама по себе, но в паре с Рональдом и без наследственного королевского благословения она ничего, кроме бед, Валанте не принесет.

Как в прежние времена, они с Мардуком расписали всю партию, вплоть до реплик и вопросов Урмана — управлять сборищем тщеславных, корыстных и далеко не простодушных аристократов вдвоем несравненно проще. Герцог даже согласился в ближайшее время взвалить на себя должность Советника, хоть и без особого воодушевления — он бы нашел, чем развлечься, и без постоянной грызни с Ристаной. Но раз уж взялся за благородное дело, придется идти до конца.

— А Свангер-то зачем? — Просматривая список приглашенных, Урман нахмурился. — Он не решится перечить Темному. Я бы не стал на него рассчитывать.

— Разумеется, не стал. Как будто ты привык рассчитывать на кого-то, кроме себя! Тебе не кажется, что мы играем тут в заговорщиков? — Король усмехнулся. — Как дети, честное слово. И вообще, это теперь твоя забота — умаслить кого надо, надавить на совесть, наобещать чего-нибудь. Намекни там, что есть способ защититься от Рональда, сошлись на Метрополию, на гномов, приплети принцессу Шу… сам придумай. Я старый, больной человек, мне осталось всего ничего. Ты решай — кому там дворянство, титул, плаху, — я подпишу.

— Вот спасибо, удружил.

Для старого и больного Мардук выглядел слишком уж бодрым и довольным. И, как всегда, свалил на помощника все, что только возможно и ещё немножко сверх. Урман, правда, и не возражал, разве что поворчал для порядку и из уважения к традициям.

— И скажи мне, кстати, что с принцессой Шу? Она действительно Темная? Или слухи снова врут?

— Нет, не темная. Сумрак. И если бы я знал, что это такое… — Король тяжело вздохнул. — Но она преданна брату. Насчет силы не знаю, спроси сам у Фрая — он видел, на что Шу способна. Мэтр Эридайг утверждает, что она ведет себя как нормальная девочка четырнадцати лет, разве что упрямая.

— Надеюсь, он прав.

— Да уж. Я бы предложил её в жены твоему Биану, но…

— Но не будешь.

— У неё сложный возраст, пусть подрастет немного. Может, лет через несколько, посмотрим. По крайней мере, в том, что касается безопасности Кея, на неё можно рассчитывать.

Оставшееся до совета время Его Величество посвятил обеду и беседе на посторонние темы — перед ответственным мероприятием он всегда предпочитал немного отвлечься и расслабиться, чтобы в нужный момент быть полным сил. Этот весьма здравый подход Урман оценил ещё лет двадцать с лишним назад, когда король приблизил его, совсем ещё молодого наследника герцогской фамилии, к себе. Несмотря на разницу почти в пятнадцать лет, между ними сразу установилось взаимопонимание, вскоре перешедшее в настоящую дружбу. В отличие от большинства придворных, Урман никогда не льстил и не интриговал за спиной короля, да и место при дворе не особо ценил. Зато его готовность к рискованным авантюрам и чутье на опасность вкупе с ясным умом и верностью пришлись Мардуку по вкусу, как и полное пренебрежение ко всевозможным благам, кои можно было извлечь из королевского расположения. На протяжении последних десяти лет Его Величество раз пять предлагал Урману место в Королевском Совете, но он отказывался, каждый раз придумывая никого не обманывающие отговорки. Но теперь, согласившись участвовать в последней и самой серьезной королевской интриге, Урман взвалил на себя гораздо больше, чем когда-либо собирался. И, похоже, совершенно об этом не жалел.

Встреча с остальными дворянами прошла вполне гладко и предсказуемо. В меру патетики, в меру обещаний, в меру предостережений. Как и в прошлые годы, слаженному дуэту удалось добиться практически всего, что требовалось. Семена были посеяны, почва по возможности удобрена, пора было вводить в действие основные фигуры. И на следующий день король публично объявил о своем желании в канун Праздника Каштанового Цвета пригласить Наследника в столицу.

Глава 7

235 год от Основания Империи. За четыре дня до Праздника Каштанового цвета. Суард.

В кабинет герцога Дарниша влетел бледный, как бумага, секретарь.

— Ваша Светлость! Ваша Светлость! Господин Гнор Аррагх и господин Труст желают Вас видеть!

Урман Дарниш поднял взгляд от торгового договора и прислушался. Похоже, к нему в дом вломились очередные неприятности. После забастовки докеров и поджога одного из складов компании — вполне ожидаемые, вот только определить, какую пакость на этот раз устроил ему зловредный магистр, он не мог. Но, если здесь замешан Гнор Аррагх, точно ничего хорошего. Поссориться с Гномьим Банком, когда на контракте, в который вложено столько времени, сил и денег, ещё чернила не просохли? Придворный Маг Его Величества вызывал у Дарниша все больше желания придушить его при встрече. Что он придумал? Герцог быстро перебирал в уме, в какую неучтенную щель мог просочиться этот троллий интриган. Урман вспомнил свой визит к Главе Суардского отделения Банка. Всего четыре дня тому назад не было на свете дружбы крепче и партнера надежнее. Сотрудничество богатейшей торговой компании и самой надежной в Империи финансовой организации, обещающее обеим сторонам более чем ощутимые выгоды — что может быть для банкира важнее? Для человека — ничего. А вот для гнома… Догадка, осенившая Урмана, чуть не заставила его поседеть.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});